— Если она говорит, что знает, как совладать с моим состоянием, то незачем ждать следующего Полнолуния… — пробормотал Бенн Орторен после недолгих раздумий.
Изначально он планировал встретить здесь ещё одно Полнолуние и лишь потом отправиться в путь. Но раз уж Шарлотта Линлин заявляет, что у неё есть решение, почему бы не махнуть прямиком на Пирожный Остров? Там он и дождётся луны, а заодно лично проверит, правду ли она говорит.
Разумеется, Орторен не то чтобы слепо верил каждому слову Катакури. Шарлотта Линлин сама страдала от пищевых расстройств и регулярных приступов безумия – она теряла голову по любому пустяку. Мог ли такой человек действительно исцелить его?
Но с другой стороны, терять ему было нечего. Даже если на Пирожном Острове он, как обычно, сорвётся с цепи, разгребать последствия придётся Пиратам Большой Мамочки. Его это мало волновало.
К тому же, учитывая, сколько лет Линлин прожила со своим недугом, возможно, у неё и впрямь имелся дельный совет от одного безумца другому?
Как говорится, хронический больной со временем сам становится врачом – вот только врач не может исцелить себя. Так что, если она не в силах помочь себе, то, может, поможет ему… Что ж, звучит правдоподобно. И дело вовсе не в том, что Орторена заинтриговал подарок, который она якобы для него подготовила. Совсем нет.
И всё же любопытство брало своё. Когда Катакури впервые пригласил его на Пирожный Остров, Орторен наплел кучу отговорок и выставил ворох нелепых требований. И всё равно Шарлотта Линлин прислала ему камень весом в тысячу фунтов. Что же она решит подарить ему на этот раз?
Если подумать… он и впрямь начал этого ждать.
— Хорошо, так когда мы выступаем? — С нетерпением спросил Катакури, едва Орторен дал согласие.
Орторена здесь ничего не держало, так что он хлопнул себя по колену и заявил:
— Куй железо, пока горячо. Если тебе удобно, выдвигаемся сегодня.
Катакури, опасаясь, что тот передумает, не медлил ни секунды. В конце концов, привезти его назад и было единственной целью визита на остров Териан.
— Мы готовы в любую минуту. Идём сейчас же!
— Ладно, дай мне секунду. Соберу вещи, посмотрю, нужно ли взять что-нибудь с собой, — бросил Орторен, поднимаясь и направляясь в дом во дворе.
Даже когда Орторен скрылся внутри, улыбка не сходила с лица Катакури.
— Катакури-нии-сан, этот парень и впрямь настолько силён? — Крекер, которого до этого момента игнорировали, наконец нашёл возможность вставить слово.
— Его боевой молот вон там. Если не веришь, попробуй поднять, — ответил Катакури, беря со стола большой кувшин с водой и делая глоток.
Крекер со скептическим видом расправил плечи. — Ладно, я попробую. Оружие, выкованное из пяти блоков по тысяче фунтов? Да оно должно весить больше, чем стандартный трехмачтовый корабль. Слабо верится…
С этими словами Крекер подошёл к горну и ухватился за рукоять молота.
Он резко рванул его вверх. Молот слегка сдвинулся.
Одно это уже доказывало его силу – будучи сыном Шарлотты Линлин, он определенно обладал незаурядной мощью.
Но когда поднять молот одним рывком не удалось, лицо Крекера помрачнело. Похоже, Орторен действительно родился с чудовищной силой. Откинув пренебрежение, он вцепился в рукоять обеими руками, и мышцы под его печеньковой броней напряглись. Глубоко вдохнув, он потянул вверх изо всех сил.
Массивный молот немного приподнялся, но всего через несколько секунд лицо Крекера стало пунцовым, словно он задерживал дыхание так долго, что капилляры вот-вот лопнут.
И всё же гордость не позволяла ему просто бросить ношу. Сцепив зубы, он удержал молот и осторожно вернул его на прежнее место.
Наконец выпустив рукоять, Крекер шумно выдохнул и несколько секунд тяжело дышал. Повернув голову, он увидел Катакури, который наблюдал за ним с легким оттенком иронии.
И без того красный Крекер смутился ещё сильнее. Немного раздосадованный и почти по-детски надувшийся, он пробормотал:
— Нии-сан!
Со стороны это выглядело нелепо – взрослый мужик за сорок, а ведёт себя так. Если бы Орторен это увидел, он бы наверняка отвесил ему подзатыльник от испанского стыда.
Но Катакури явно привык к подобному поведению своих братьев и сестёр. Он усмехнулся:
— Теперь-то ты понимаешь? Одной этой силы достаточно, чтобы считать его могучим бойцом – и это мы ещё не берем в расчёт стальное тело, которое он унаследовал от Мамочки.
Услышав это, Крекер был вынужден признать поражение. Родословная семьи Шарлотта славилась грубой силой, но даже его старший брат Катакури – так называемый «величайший шедевр», – не унаследовал «природную божественную мощь» Мамы. Крекер знал это слишком хорошо.
А что до стального тела Мамы? До сих пор ни один из её детей не получил этот дар – ни единый.
Единственным, кому оно досталось… был Бенн Орторен, который даже не носил фамилию Ш4арлотта.
Семья Шарлотта состояла из пиратов до мозга костей, воспитанных на вере в то, что сила – это всё. Катакури заслужил любовь и уважение близких своим характером, но была и другая причина: он был достаточно силён, чтобы этого требовать.
В тот миг Крекер и сам не заметил, как начал признавать этого… внезапно объявившегося брата.
Орторен же понятия не имел, что творится у того в голове. Да если бы и знал – ему плевать. Примет его Крекер или нет – какая разница? Главное, чтобы под ногами не путался. А если начнёт действовать на нервы, Орторен без колебаний отправит его вкалывать в доки. А если не справится… что ж, переломает ему ноги.
…
Пока Катакури и Крекер болтали, Орторен вышел из дома с длинным мечом в богато украшенных ножнах. Похоже, больше он ничего с собой не брал.
Заметив озадаченный взгляд Катакури, Орторен почесал затылок и немного смущенно произнёс:
— Я всё осмотрел, но брать там особо нечего. Только этот меч – он принадлежал моему старику. Подумал, вручу его ей как подарок, когда доберёмся до Пирожного Острова.
В те времена, когда он жил здесь с отцом, Орторен не то чтобы приносил пользу обществу. Его папаша был великим пиратом – такой человек не станет жить тихо или искать обычную работу даже на покое.
С таким примером перед глазами Орторен вырос под стать родителю. Как-то раз он заикнулся о том, чтобы пойти в доки таскать грузы и подзаработать. Старик лишь фыркнул, обозвав его бесперспективным. Настоящий мужчина должен жить грабежом – что это за талант такой, кирпичи ворочать?
Орторен пытался спорить, доказывая, что честный труд благороден. От этого Серонис чуть кровью не зафонтанировал от ярости. После того случая Орторен перестал взывать к его разуму.
Их жизнь на острове Териан в основном держалась на том… что Серонис подрабатывал местным вышибалой, собирая плату за покровительство в порту.
Но его уже давно не было в живых, а все сбережения давно испарились. Ни тот, ни другой не имели привычки копить деньги, так что к этому моменту у Орторена действительно не осталось за душой ни гроша.
— Подарок? — Катакури оживился. Тот факт, что Орторен вообще задумался о подобном, давал надежду: возможно, его чувства к Маме не так холодны, как он опасался.
Он не знал, что это было частью последней воли его отца. Перед самой смертью Серонис сжал руку сына и сказал, что если выпадет шанс, он хочет, чтобы Орторен отдал этот меч Шарлотте Линлин. Чтобы даже после смерти он мог хоть как-то защищать свою богиню.
Орторен старался не задумываться об абсурдности отцовских идей. За долгие годы он привык к его бредням. Плевать. Хотел он этого – пусть будет так.
Всё-таки предсмертное желание. Нужно исполнить.
…
Прочитали? Не забудьте поставить «Спасибо»! Ваша активность помогает делать работы лучше, ускоряет выход новых глав и поднимает настроение переводчику!
Обновлено: 20.02.2026