«Хамви» действовали как пехота прикрытия танков во время Второй мировой. Броня у БТРа крепка, но он слеп и неповоротлив в ближнем бою. Джипы расчищали ему путь.
Всё свелось к простому уравнению: либо наёмники подавят пулемётчиков на джипах и дадут Тобиасу вернуться к «Утёсу», либо враг задавит их огнём, БТР подойдёт вплотную, высадит десант, и одна термобарическая граната решит исход боя не в пользу обитателей бункера.
— Всем вольный огонь! — скомандовал Калькулятор. — Подавить пулемётчиков на джипах! Дайте Тираннозавру возможность стрелять!
Из всех щелей бункера по «Хамви» ударили автоматы. Но толку было чуть. Американская техника, даже списанная, славилась защитой. Философия Пентагона проста: железо можно купить, а за убитого солдата платить дорого. Страховка, похороны, скандалы в прессе — один «двухсотый» обходится казне чуть ли не как танк «Абрамс».
Бронещиты на турелях «Хамви» закрывали стрелков почти полностью, оставляя лишь узкую щель для обзора.
До машин было метров триста. Они неслись на полной скорости, виляя на ухабах. Попасть в амбразуру щитка — задача из разряда «выиграть в лотерею».
Калькулятор понимал, что это жест отчаяния. Ставка ва-банк.
Но если кто и умел выигрывать в такие лотереи, так это Ван Тао. Правда, по движущейся мишени на триста метров он стрелял впервые в жизни. Но месяц изнурительных тренировок вбил навыки в подкорку. Руки всё делали сами.
Он замер, выжидая, как охотник. Водитель джипа крутил руль, машина виляла, и в какой-то миг фронтальная проекция щитка оказалась прямо перед прицелом.
Пф-ф-т!
Глухой хлопок Mk14 с глушителем утонул в грохоте боя.
Но результат был громким. Пуля калибра 7,62 пробила тактические очки пулемётчика, вошла через глазницу в мозг и выключила свет в его голове навсегда. Пулемёт на левом «Хамви» замолк.
— Красавцы! — заорал Калькулятор, решив, что стрелка достала шальная пуля. — Огонь по второму! Дожмём его!
Пф-ф-т!
Ван Тао не слушал. Он уже поймал в прицел второго. Ещё один удачный момент, ещё одно нажатие на спуск. Он бил не просто в силуэт, он бил в лицо. Шлемы тут не помогут.
Второй пулемёт захлебнулся. Тобиас, почуяв, что давление ослабло, тут же метнулся к «Утёсу».
Бам-бам-бам!
Длинная очередь разорвала воздух. Зелёные трассеры впились в «Хамви». Если БТР держал удар крупного калибра, то джипу ловить было нечего. Броня, рассчитанная на автоматные пули, прошивалась 14,5-мм снарядами навылет.
Экипаж первого джипа превратился в фарш. Кровь и ошмётки плоти забрызгали салон.
Тобиас перевёл ствол на второй джип. Водитель, видя участь товарища, заложил крутой вираж и дал по газам, удирая прочь. Из выхлопной трубы повалил чёрный дым — педаль газа вжали в пол.
Ван Тао опустил винтовку. Делать ему было больше нечего. БТР ему не по зубам, а единственная доступная цель трусливо сбежала. Он сел на пол, прислонившись спиной к стене.
Калькулятор, заметив это краем глаза, нахмурился. «Что за дела? Рекомендация Антона, а в бою сдулся? Испугался?»
Тобиас же о милосердии не слышал. Он знал другое правило: добивай. Он тщательно прицелился в улепётывающий джип и начал бить одиночными. На десятом выстреле удача улыбнулась ему — пуля угодила в корму, что-то разворотив внутри. «Хамви» резко сбросил скорость. Тобиас тут же добавил длинную очередь, и машина встала окончательно.
Тем временем БТР-80 оказался в ловушке. Его оптика, родом из прошлого века, имела кучу слепых зон. Стрелять по бункеру — это одно, а выцеливать юрких пехотинцев в траншеях на ходу — совсем другое.
Вичи, видя, что прикрытие БТРа уничтожено, расплылся в хищной улыбке.
— Аха-ха! Отведай-ка папочкиного угощения! — заорал он, выскакивая из укрытия с трубой на плече.
Взяв упреждение, он нажал на спуск. Сзади вырвался сноп пламени, и граната устремилась к цели. БТР, словно специально, подставил борт. Кумулятивная струя прожгла броню как бумагу.
— Есть пробитие! Тор, давай ещё! У-ху-у! — Вичи бесновался от адреналина.
Тор сунул ему второй заряженный РПГ. Вичи выстрелил почти не целясь. БТР уже замедлился, и вторая граната влетела в лобовую проекцию. Вспышка, взрыв.
— Готов! Победа, ха-ха-ха!
Вичи швырнул пустую трубу и, схватив третью гранату, всадил её в горящий остов уже чисто для удовольствия. Экипаж погиб ещё после первого попадания. Но РПГ — штука дешёвая, дешевле бронежилета, так что Вичи не жадничал. Особенно когда платит контора.
Атака захлебнулась. Самый страшный первый натиск был отбит. Потеряв броню, пехота не решилась идти на бетонный дот по открытому полю — это было бы самоубийством.
Наступила тишина. Нереальная, звенящая тишина. Калькулятор сам не верил, что они отделались так легко — отбили атаку трёх бронемашин без потерь.
«Везучие мы черти, — подумал он. — Пулемётчиков шальными пулями сняло, надо же...»
В хорошем расположении духа он объявил:
— Тираннозавр, Огнемёт! Отличная работа. Каждому премия — тысяча долларов!
— Спасибо, босс! — донеслось снаружи от Вичи.
— Э-э... — Тобиас даже растерялся. — Ты чего такой щедрый? Аж не по себе.
Калькулятор, только что улыбавшийся, помрачнел:
— Тебе деньги не нужны, что ли?
— Нужны! Босс, ты всегда был самым щедрым!
— То-то же.
Остальные лишь закатили глаза от этого цирка.
Главный герой дня, Ван Тао, двумя выстрелами решивший исход боя, сидел молча. Он даже не понял, что это он убил пулемётчиков. Он искренне считал, что просто помогал Тобиасу подавлять огнём, а всю работу сделал «Утёс». В хаосе боя никто не заметил его снайперской работы.
Жизнь вернулась в прежнее русло, словно и не было никакой атаки, если бы не три чадящих остова перед бункером.
Пока Тобиас заливался соловьём, расписывая свои подвиги, к ним подошёл Калькулятор. Вручил Тобиасу пачку купюр, а затем повернулся к Ван Тао.
— Сибирский Тигр. Я знаю, это твой первый серьёзный бой. Бояться — это нормально. Но в следующий раз я жду от тебя большей активности. И да, за то, что заметил отсутствие наблюдателя — держи.
Он протянул Ван Тао триста долларов.
— Понял. Спасибо, — вежливо ответил Ван Тао, хотя и был сбит с толку.
Калькулятор ушёл. Тобиас задумчиво почесал затылок. За этот месяц он успел узнать Ван Тао — тот не был трусом. Наоборот, парень был повёрнут на стрельбе. Его реакция «давайте жахнем первыми» говорила о многом. Струсил? Тобиас в это не верил.
«Ладно, потом расспрошу, без лишних ушей», — решил он.
Ван Тао же, довольный, сунул триста баксов в карман. Обижаться? Пф-ф. Деньги дали, пару слов сказали — и ладно. Урок усвоен: в следующий раз надо изображать бурную деятельность, даже если делать нечего.
Через час Калькулятор снова вышел на связь, обменялся паролями и открыл ворота.
В бункер вошёл отряд из двенадцати человек. Экипировка — с иголочки, всё российское. На рукавах — запоминающиеся шевроны: белый череп на чёрном фоне с красной окантовкой.
Командир прибывших перебросился с Калькулятором парой фраз на русском — только «р-р-р» раскатистое и слышно.
Ван Тао, привыкший палить сотнями патронов в день, сегодня сделал всего два выстрела и чувствовал себя неуютно.
— Белый Медведь, — спросил он Антона, — а чем мне вообще этот бронированный «Хамви» брать?
Антон посмотрел на него как на идиота:
— Ты забыл? У тебя в рюкзаке пачка бронебойных лежит! Заряжай и бей. С трёхсот метров лёгкую броню «Хамви» они шьют насквозь.
Ван Тао хлопнул себя по лбу:
— Точно! Бронебойные! А я в суматохе и забыл про них совсем.
Антон не стал его корить. Новичок, что с него взять. Месяц по мишеням стрелял, а сегодня впервые настоящий бой.
Калькулятор закончил разговор с русским командиром, они обменялись рукопожатиями.
— Собираем вещи! — прозвучал голос в наушниках. — Мы меняем район дислокации. Забираем всё своё.
Услышав это, Ван Тао вдруг почувствовал укол грусти. Он даже смайлик сегодня на стене не нарисовал...
— Набей рюкзак гранатами, — шепнул ему Антон, проходя мимо. — Не будь дураком, не тащи одни трусы и носки. И выкинь нахрен свои учебные патроны.
Если бы не совет Антона, Ван Тао точно набил бы рюкзак патронами. А так — оба дружно отправились «собирать вещи» (читай — мародёрить казённые гранаты).
Обновлено: 03.02.2026