Полуденное солнце Миэрина било в глаза сквозь ажурные резные ставни, рисуя на каменном полу причудливые узоры. Визерис сидел в своем кабинете, перебирая свитки с отчетами о городских доходах. Перед ним стоял кубок с охлажденным лимонным нектаром – единственное, что могло спасти от этой жары.
Трое представителей Железного банка вошли без лишнего шума. Их серые одежды из дорогой, но скромной шерсти выдавали принадлежность к Браавосу, как и холодная расчетливость во взглядах.
— Ваше высочество, — старший из них, Терро Дендарис, склонил голову. — Благодарим за прием.
Визерис жестом предложил гостям сесть.
— Ваш город... впечатляет, — начал Терро, осторожно выбирая слова. — Но его экономика основана на институте, который Браавос не признает.
— Рабство, — спокойно констатировал Визерис.
— Именно. И это создает определенные... трудности для наших операций здесь.
Визерис отхлебнул нектар, давая банкирам время осмотреться. Его кабинет был обставлен с показной роскошью – валирийские статуэтки, золотые подсвечники, карты на стенах. Демонстрация силы, но не глупого бахвальства.
— Железный банк всегда находил способы работать там, где есть прибыль, — заметил Визерис. — Деньги не пахнут, как говорится.
Младший из банкиров, черноволосый Лорант, не смог сдержать ухмылки.
— Наш банк действительно заинтересован в открытии представительства в заливе работорговцев, — продолжил Терро. — Но наши законы...
— Ваши законы запрещают браавосцам владеть рабами, — перебил Визерис. — Но не запрещают торговать с теми, кто их использует.
Терро обменялся взглядами с коллегами.
— Есть и другой вопрос. Если – когда – вы вернете Железный трон, признаете ли вы долги короны? Роберт Баратеон должен банку значительные суммы.
Визерис задумался, постукивая пальцами по ручке кресла.
— Долги короны – это обязательства перед народом Вестероса. Если я стану королем, я их признаю. Но... — он сделал паузу, — если вы хотите что бы я их признал в момент, когда я сяду на Железный трон, Железный банк прекратит кредитовать узурпатора иначе можете забыть о долгах, а так же возможно, мы могли бы обсудить условия реструктуризации
Лорант оживился:
— Например?
— Например, — Визерис налил гостям вина, — снижение процентов в обмен на эксклюзивные права Железного банка в Миэрине.
Терро задумался.
— А как же... деликатный вопрос с рабством? Нам нужно решение, которое сохранит лицо банка перед Советом Браавоса.
— У меня есть предложение, — неожиданно сказал третий банкир, молчавший до сих пор. — Мы могли бы создать... промежуточный статус. Не рабы, но и не свободные граждане. Контрактные работники.
Визерис поднял бровь:
— Интересно. Продолжайте.
— Технически это не будет рабством. Люди будут заключать контракты на работу на определенный срок. Формально – добровольно.
— А если они откажутся? — поинтересовался Визерис.
— Тогда они нарушат договор, — улыбнулся банкир. — А за это уже можно наказать по закону.
Визерис задумался. Это было... изящно.
— Это может сработать, — наконец сказал он. — Но процесс должен быть постепенным. Слишком резкие изменения разрушат экономику города.
— Мы понимаем, — кивнул Терро. — Наш банк готов предоставить заем в пятьсот тысяч золотых на выгодных условиях... если вы гарантируете нам эксклюзивные права и поддержку в этом переходном периоде.
Визерис встал и подошел к окну. Внизу, на площади, кипела жизнь – торговцы, рабы, ремесленники. Все это должно было измениться. Но постепенно. Мудро.
— Договорились, — повернулся он к банкирам. — Но я хочу, чтобы первое представительство открылось уже через месяц.
Терро улыбнулся – впервые за всю встречу.
— Железный банк всегда выполняет свои обязательства.
Когда гости удалились, Визерис остался один в кабинете. В воздухе витал запах пергамента, чернил и чего-то еще – запах власти, запах будущего.
Он подошел к карте Вестероса, висевшей на стене, ещё один камень выбит из фундамента власти Роберта, очень важный камень.
— Скоро, — прошептал он. — Очень скоро.
А в это время в саду Дейенерис наблюдала, как Немерия кормит лебедей. Две женщины, две судьбы, два разных пути к одному человеку.
Совет в Красном замке
Зал Малого совета был похож на раскалённую кузницу. Воздух дрожал от зноя и ярости, пропитанный запахом перегоревшего вина и пота. Роберт Баратеон сидел во главе стола, но не как король — как разъярённый вепрь, готовый растерзать любого, кто осмелится ему перечить.
— ТРИДЦАТЬ ТЫСЯЧ ДОТРАКИЙЦЕВ! — его рёв потряс стены. — И ЭТОТ ТАРГАРИЕНОВСКИЙ УБЛЮДОК РАЗМОЛОТИЛ ИХ В ПЫЛЬ?! А ТЕПЕРЬ СИДИТ В МИЭРИНЕ, КАК НАСТОЯЩИЙ ДРАКОН?!
Его лицо побагровело, жилы на шее вздулись, будто верёвки. Кулак с грохотом обрушился на стол, заставив кубки подскочить.
— Я НЕ ДАМ ЭТОМУ ВЫРОДКУ СОБРАТЬ АРМИЮ! НЕ ДАМ ЕМУ ПРИПЛЫТЬ К НАШИМ БЕРЕГАМ! Я ВЫШЛЮ ФЛОТ, РАЗОРВУ ЕГО НА КУСКИ И ВЫКИНУ В МОРЕ, КАК ЕГО ПРОКЛЯТОГО ОТЦА!
— Ваше величество… — начал Джон Аррен, но Роберт перебил его, плюнув на пол.
— НЕ «ВАШЕ ВЕЛИЧЕСТВО»! ГОВОРИТЕ, ЧТО ДЕЛАТЬ БУДЕМ!
— Флоту потребуются месяцы, чтобы добраться до Миэрина, — спокойно, но твёрдо сказал Станис, его голос был как скрежет камня. — А даже если мы высадимся, осаждать пирамиды — безумие. Мы ослабим королевство.
— ОСЛАБИМ?! — Роберт захохотал, но в смехе не было веселья — только бешенство. — ТЫ ХОЧЕШЬ, ЧТОБЫ ОН ПРИПЛЫЛ С СВОИМИ ЕВНУХАМИ К НАМ?!
— У нас есть другие способы, — лениво протянул Ренли, развалившись в кресле. — Наёмники. Убийцы. Безликие, например.
Роберт замер, его глаза вспыхнули.
— ДА! ЧЁРТ ВОЗЬМИ, ДА! НАЙМЁМ ЭТИХ ТЕНЕЙ, ПУСТЬ ВЫРЕЖУТ ВСЕХ ТАРГАРИЕНОВ И СУЧЁНЫША И ЕГО ШЛЮХУ СЕСТРУ!
— Золота нет, — сухо заметил Петир Бейлиш. — Казна пуста. Железный банк уже стучит копытом.
— ТАЙВИН! — Роберт повернулся к Ланнистеру, его голос стал тише, но от этого ещё опаснее. — ТЫ НАЙДЁШЬ ЗОЛОТО. ПОТОМУ ЧТО ЕСЛИ ЭТОТ ДРАКОН СЯДЕТ НА ТРОН, ТО НЕ ТОЛЬКО МОЯ ГОЛОВА БУДЕТ ТОРЧАТЬ НА ПИКЕ НАД КОРОЛЕВСКИМИ ВОРОТАМИ. НО И ТВОЕЙ ДОЧКИ. И ТВОИХ ВНУКОВ.
Серсея, до сих пор молчавшая, резко подняла голову.
— Мой отец не допустит, чтобы какая-то драконья мразь угрожала нашему дому, — её голос был сладок, как яд. — Но посылать армию в Эссос — глупость. Пусть убийцы сделают своё дело тихо.
— Великий мейстер, — Роберт обернулся к Пицелю. — Ты что, язык проглотил?
— Ваше величество… — старик вздохнул. — Война в Эссосе ослабит нас. Если Визерис и правда собрал силу, лучше встретить его здесь, на нашей земле, где мы сильнее.
— ТРУСЛИВАЯ СТАРАЯ П...А! — Роберт плюнул. — А ТЫ, БАРИСТАН?
Лорд-командующий Королевской гвардии стоял неподвижно, его лицо было каменным.
— Я служу короне. Поход в Эссос оставит Вестерос без защиты. Пираты, банды, мятежники — всё это поднимется, как только армия уплывёт.
— Не слишком ли ты заботишься о безопасности королевства? — язвительно бросила Серсея. — Или, может, просто не хочешь, чтобы твоих драконов тронули?
Баристан даже бровью не повёл.
— Я никогда не давал повода сомневаться в моей верности.
Внутри же он сжимался от стыда. Предатель. Ты предал их. И теперь не знаешь, как это исправить.
— ХВАТИТ! — Роберт в ярости ударил кулаком по столу. — ВАРИС! НАЙДИ МНЕ УБИЙЦ. САМЫХ ДОРОГИХ. САМЫХ ТИХИХ. ПУСТЬ ЭТОТ БЕЛОВОЛОСЫЙ СЛИЗНЯК И ЕГО СЕСТРИЧКА СДОХНУТ, ТАК И НЕ УЗНАВ, ОТКУДА ПРИШЁЛ УДАР.
— Как пожелаете, ваше величество, — паук склонил голову.
Роберт тяжко опустился в кресло, его гнев медленно остывал, но в глазах всё ещё тлели угли.
— Он умрёт. Как и его отец. Как и весь его проклятый род.
Совет затих. Все понимали — это не конец.
Это только начало.
А где-то за морем, в Миэрине, Визерис Таргариен стоял на балконе своей пирамиды, глядя на запад.
Он знал.
Они боялись.
И это было прекрасно.
Великая пирамида. Тронный зал из черного камня.
Пирамида Визериса тонула в золотом свете заката, когда во внутренний двор начали съезжаться паланкины великих господ Миэрина. Их одежды из тончайшего льна и шелка шуршали по черному мрамору, а золотые маски — символ их статуса — отражали последние лучи солнца.
Визерис восседал на новом троне — вырезанном из черного валирийского камня, с подлокотниками в виде драконьих голов. Дейенерис стояла справа от него, облаченная в платье цвета лунного света, ее серебристые волосы заплетены в сложную дорнийскую косу. Слева, чуть в тени — Немерия Мартелл, в платье цвета спелой сливы, с едва уловимой ухмылкой на губах.
— Величайший господин Миэрина, — первым склонился Граздаан зо Лорак, его золотая маска с рубинами сверкнула в свете факелов. — Город процветает под вашей рукой.
Визерис кивнул, пальцы медленно постукивали по голове каменного дракона.
— Господа, — его голос был спокоен, но в нем чувствовалась сталь. — Железный банк предложил... изменения.
Зал замер. Даже фонтаны во внутреннем дворе будто затихли.
— Рабство, — продолжил Визерис, — останется. Но только на бумаге оно будет называться иначе. Пожизненные контракты.
Гул пронесся по залу.
— Это богохульство! — вскочил Хиздар зо Лорак, его маска с бирюзой дрожала от гнева. — Наши предки тысячу лет...
— Ваши предки, — холодно перебил Визерис, — не торговали с Браавосом. А мы будем.
Лорант, представитель банка, стоявший у колонны, едва заметно кивнул.
— Железный банк откроет представительство в Миэрине, — продолжал Визерис. — Золото будет храниться здесь. Никаких рисков, никаких пиратов.
Глаза господ загорелись. Даже Резнак задумался.
— Но как это будет работать? — осторожно спросила Гализаа зо Гализа, единственная женщина в Совете.
Лорант шагнул вперед:
— Раб — простите, контрактный работник — получает документ. Технически он может его расторгнуть... заплатив неустойку. Которая, конечно, превышает его возможности.
— А если он сбежит? — прошипел Резнак.
— Тогда он нарушит закон, — улыбнулся Визерис. — А наказание за это... вам хорошо известно.
В зале повисло молчание. Господа переглядывались.
— И... Браавос согласен на это? — недоверчиво спросил Граздаан.
— Деньги не пахнут, — усмехнулся Лорант. — Главное — правильные слова на бумаге.
Постепенно господа начали кивать. Даже Хиздар, скрепя сердце, согласился.
Когда совет закончился, и господа разъехались, Визерис остался на террасе, глядя, как солнце садится за пирамидами.
— Они купились, — сказала Немерия, подходя к нему с кубком вина.
— Они увидели золото, — поправил Визерис. — Люди всегда верят в то, во что хотят верить.
Дейенерис молча смотрела вдаль. Ее лиловые глаза отражали огни зажигающихся в городе фонарей.
— А что будет с теми, кто действительно захочет свободы? — тихо спросила она.
Визерис повернулся к ней, его тень легла на мраморные плиты, длинная и острая, как клинок.
— Свобода, сестра, — сказал он мягко, — это иллюзия. Одни цепи заменят другими. Но если они будут верить, что могут их разорвать... они будут служить лучше.
Где-то внизу, в городе, заиграли барабаны. Начинался праздник.
А Визерис уже смотрел на запад, где за морем ждал Железный трон.
И он знал — теперь ничто не остановит его.
Так же хочу представить синопсис.
Группа детей, очнувшись в изолированном кратере, пытается выжить в условиях дикой природы, не помня ни своего прошлого, ни того, как они там оказались. Их лидер, 14-летний Алекс, ведет их через голод, болезни и нападения хищников, но один за другим они погибают. Когда умирает последняя девочка, Алекс находит скрытый вход в скале и спускается в подземный комплекс, где обнаруживает бесчисленные капсулы с усыпленными детьми.
На экране компьютера загорается сообщение: «Вас приветствует программа КОВЧЕГ, руководитель Александр». Алекс осознает, что он — искусственный интеллект, созданный для наблюдения за экспериментом. Система предлагает ему начать цикл заново, но перед ним встает выбор: продолжить программу или попытаться ее разрушить.
Финал оставляет вопрос открытым: является ли Алекс последней надеждой детей… или их тюремщиком?
Ваше мнение, сразу скажу когда(если) писать буду, не знаю, но явно только после того как закончу оставшиеся 4 книги
Обновлено: 18.02.2026