— Владыка Пика, вы… — ученик застыл с округлившимися глазами.
— Что «вы»? Если силенок не хватает, то и жаловаться нечего!
Ученик, глядя на то, как Хун Цзунь не оставляет буквально ничего, обиженно пустил слюну:
— Вы бы хоть капельку подливки оставили…
Но Хун Цзунь вел себя совсем не по-людски. Он вывалил рис прямо в общий поднос, обтер им все остатки соуса до зеркального блеска и только потом переложил обратно в свою миску.
Ни крошки не оставил.
При этом сам Владыка Пика ни капли не смущался. Не успел – твои проблемы. Я тебе даже фору дал, а ты всё равно проиграл. Ходи голодным.
Довольный собой, он ушел, неся полную до краев миску. Толпа учеников провожала его взглядами, в душе костеря «старого хрыча» за такую жадность.
Старожилы перенесли это спокойнее – они привыкли, что Хун Цзунь на кухне гребет всё под себя. А вот новички пребывали в шоке.
И четверти часа не прошло, а еда закончилась?
— Обалдеть, и это всё?
— Да я только вкус распробовал!
— Я вообще не наелся!
Они не могли в это поверить, но опытные товарищи лишь усмехались:
— Да бросьте. С такой скоростью вы даже говна поесть вовремя не успеете. Мы тоже еще голодные.
На кухне Пика Божественного Меча выживали только быстрые, точные и беспощадные. Хочешь вторую порцию? Забудь, это из области фантастики.
Ужин закончился так же стремительно, как и начался.
Но самым несчастным оказался Цянь Юцай. Пока он пытался поздороваться с Хун Цзунем, всё съели без него. Когда он опомнился, старожилы уже вылизывали подносы.
Цянь Юцай стоял с открытым ртом, не зная, смеяться ему или плакать.
После еды все принялись за уборку. Новички под руководством старших быстро освоили правила и начали споро наводить порядок.
Только тогда Цянь Юцаю наконец удалось переговорить с Хун Цзунем.
Хун Цзунь, пребывая в отличном расположении духа, улыбнулся распорядителю:
— А ты молодец. Неплохо тут всё на кухне устроил.
— Благодарю, Владыка Пика.
— Отныне во всём слушайся парня Чанцина. Любые его просьбы выполняй немедленно и в полном объеме, понял?
Цянь Юцай, только начавший радоваться похвале, остолбенел.
Слушаться Е Чанцина? Он, распорядитель, отвечающий за всю кухню, теперь должен подчиняться какому-то ученику-слуге?
Кто бы мог подумать, что обычный визит на кухню закончится для него такой потерей статуса.
Но раз приказ отдал сам Хун Цзунь, спорить было бесполезно. Цянь Юцай лишь подавленно кивнул:
— Слушаюсь.
— Вот и славно.
Удовлетворенно кивнув и обменявшись парой слов с Е Чанцином, учитель с учениками покинул дворик.
На обратном пути Сюй Цзе, всё еще под впечатлением от мастерства повара, принялся наседать на сестер:
— Вторая старшая сестра, младшая сестренка, ну вы даете! Мы же одна семья, как вы могли скрывать от меня такую вкуснятину?
Лу Юю, сощурив глаза, весело ответила:
— Но ведь третий старший брат сам говорил мне: «Нам, культиваторам, должно помышлять лишь о самосовершенствовании, и нельзя отвлекаться на мирское». Я и подумала, что тебе такое не интересно.
— Это само собой! Но еда младшего брата Чанцина – совсем другое дело. Это как пилюли: она приносит пользу самосовершенствованию.
Сюй Цзе ответил это, даже не покраснев.
В его памяти до сих пор жил вкус той миски риса. К тому же, он не врал: еда Е Чанцина действительно помогала в культивации.
Свинина по-домашнему укрепляла тело, а тофу мапо закалял плоть, что было огромным подспорьем для тех, кто находился на Стадии Закалки Тела.
В малом дворике всё стихло. Цянь Юцай, так ничего и не поев, ушел восвояси, решив вернуться завтра пораньше.
Оставшись наедине с Сяобаем, Е Чанцин немного помедитировал, принял лекарственную ванну и рано лег спать.
Жизнь вошла в размеренную колею, и Е Чанцину это нравилось. Приключениям он всегда предпочитал покой и стабильность.
Обновлено: 20.02.2026