Воспользовавшись моментом, пока Су Сяосяо ухаживала за братом, Толстяк придвинулся к Цзян Чэну и прошептал на ухо: «Доктор, она правду говорит?»
Многочисленные случаи предательства со стороны напарников лишили Толстяка базового доверия к людям. Теперь он верил только словам Доктора, не доверяя даже самому себе.
«Мне кажется, она слишком легко раскололась», — Толстяк покосился на Су Сяосяо, которая сидела к ним спиной, вытирая лицо брата, сглотнул и продолжил: «Я думал, нам придется применить какие-нибудь методы, чтобы развязать ей язык».
Цзян Чэн с брезгливостью посмотрел на надувшего щеки Толстяка, в чьих глазах горел недобрый огонек, и подумал, что тот сильно изменился.
Испортился парень, набрался замашек следователя, допрашивающего несгибаемого вражеского агента.
«И еще этот алтарь, это же...»
«Скорее всего, она говорит правду», — Цзян Чэн прервал бесконечное ворчание Толстяка. Затягивая шнурки на ботинках, он бросил пару взглядов в сторону Су Сяосяо и Су Аня. «Сейчас она больше всех хочет поскорее закончить задание, только так у её брата появится шанс выжить. Ей уже наплевать, кто выйдет первым и кто получит награду».
«Ох, Доктор...» — Толстяк, казалось, очень переживал из-за беспечности напарника, но старался говорить ровным тоном: «Ты веришь ей на слово, что это её брат? А вдруг это притворство?»
«Ты же видел, парень хоть и здоровый, но соображает хуже меня», — Толстяк ткнул пальцем себе в лоб. «Может, Су Сяосяо заманила его сюда, чтобы использовать как живой щит в критический момент, а заодно и нас запутать».
«Хм», — Цзян Чэн с любопытством оглядел Толстяка с ног до головы. «Толстяк, скажи мне честно, Кошмар сотворил с тобой что-то, пока меня не было?»
«Доктор, Кошмар меня и при тебе не баловал», — упрямо ответил Толстяк.
«Два момента», — Цзян Чэн выпрямился и помахал двумя пальцами перед его носом. «Во-первых, никто не станет тащить за собой живой щит, когда сам едва ноги волочишь».
«Во-вторых», — продолжил Цзян Чэн, — «как ты объяснишь пулевое ранение в плече Су Аня?»
Толстяк замялся, но снова открыл рот, собираясь возразить.
Цзян Чэн прервал его, ущипнув за пухлую щеку и слегка похлопав по ней. «Толстяк», — вздохнул он.
«Что ты хочешь сказать, Доктор?» — Толстяк вытаращил глаза.
«Ты очень крут, когда стараешься», — искренне произнес Цзян Чэн. «Но не слишком усердствуй, потому что у тебя просто нет таких мозгов, как у меня». Голос Цзян Чэна внезапно стал патетичным.
Толстяк: «...»
С тех пор как они вышли, прошло не менее четырех-пяти часов, но солнце над головой всё так же ярко сияло. Если смотреть прямо на него, слепящий свет почти лишал зрения.
Время здесь словно утратило всякий смысл.
Цзян Чэн забился в тень скалы, Су Сяосяо тоже перетащила брата в укрытие. Немного солнечного света — это хорошо, но избыток мог быть губителен.
Толстяк выкроил время, чтобы взглянуть на Су Аня — тот всё еще не приходил в сознание.
Но странно: его мертвенно-бледное лицо немного порозовело, и кровь остановилась.
Су Сяосяо вытерла окровавленные руки песком и села рядом с Цзян Чэном.
Они молчали: один смотрел на море, другая — в пустоту.
Толстяку вдруг показалось, что он видел эту сцену в каком-то сериале — так обычно ведут себя пары перед расставанием.
Подождав немного, Толстяк не выдержал. Он боялся, что скоро внезапно стемнеет, а оставаться вне здания было опасно.
Твари из леса и те так называемые жители Города Черного Камня могли появиться в любой момент.
На самом деле, по сравнению с лесными монстрами, жители города казались Толстяку более подозрительными. Город, который появляется на море только ночью... что за люди могут там жить?
«Прошу прощения», — Толстяк поднял руку. «Мы... когда мы вернемся?»
Цзян Чэн взглянул на Су Сяосяо, та никак не отреагировала. «Еще немного подождем», — прищурившись, сказал он.
Его взгляд был устремлен в сторону здания, дверь которого была открыта, а внутри клубился какой-то нерассеивающийся туман.
«Вы чего-то ждете?» — Толстяк моргнул. Ему показалось, что он разгадал их план.
«Пора».
Су Сяосяо, опершись рукой, спрыгнула со скалы. Несмотря на хрупкое телосложение, у неё были отличные пропорции, а кожа на стройных ногах казалась ослепительно белой.
Толстяк, пребывая в некотором замешательстве, снова был назначен ответственным за транспортировку бессознательного Су Аня. Цзян Чэн и Су Сяосяо шли впереди, а Толстяк семенил следом.
Это было не только желание Су Сяосяо — Доктор тоже не возражал.
Перед тем как войти в здание, Цзян Чэн и Су Сяосяо на мгновение замерли, а затем шагнули в серый сумрак.
Внутри здание было в плачевном состоянии, повсюду виднелись следы, оставленные временем. К счастью, они шли медленно, так что Толстяк с ношей на спине мог за ними поспевать.
Проходя мимо обломка каменной колонны, Цзян Чэн резко остановился. Толстяк, державшийся на расстоянии меньше метра, едва не врезался в него.
«Кто здесь?!»
В следующую секунду в руке Су Сяосяо появился острый камень.
Из-за колонны медленно вышла фигура. «Не нервничайте», — непринужденно произнес Чэнь Жань. «Это я».
Толстяк уставился на него и спросил: «А ты что здесь делаешь?»
«В той комнате не было никаких подсказок, вот я и решил прогуляться», — на его губах заиграла легкая улыбка, он прищурился и добавил: «Всё лучше, чем просто сидеть и ждать».
Он посмотрел на Су Аня за спиной Толстяка и притворно удивился: «Что с ним? Что-то случилось?»
Было очевидно: Чэнь Жань заметил их, как только они вошли.
Он прятался в тени, а теперь разыгрывал случайную встречу...
«Когда ты вышел?» — спросила Су Сяосяо.
«Ну...» — Чэнь Жань постучал пальцем по лбу и спустя пару секунд с улыбкой ответил: «Примерно сразу после того, как вы ушли».
Его тон был вежливым, но сквозила в нем какая-то развязность. Толстяк посмотрел на Доктора и Су Сяосяо, но на их лицах не было особого удивления, словно они заранее знали, что Чэнь Жань уйдет.
Затем Толстяк осознал суть проблемы: та старая женщина!
Доктор предупреждал его, что с ней нужно быть настороже. Причину он не назвал, но Толстяк вдруг вспомнил фразу, которую та выкрикнула в припадке безумия.
Она сказала, что все живы, никто не умер, все живут в её теле.
В теле!!
Он резко вскинул голову, и его мысли мгновенно вернулись к девушке на мотоцикле, которая таинственным образом исчезла, находясь в одной комнате с этой старухой.
«Господа», — улыбнулся Чэнь Жань. «Давайте теперь поднимемся вместе. Если там снова произойдет нечто подобное, то...»
Он замолчал и беспомощно развел руками: «Боюсь, придется принять некоторые крайние меры».
#
Обновлено: 08.04.2026