— Цилиня? Ты имеешь в виду того парня из Запретного леса? Вы с ним и вправду не разлей вода, вечно друг о друге думаете. Если он согласится, можешь забирать.
Хотя это и было неожиданно, Му Юньяо не стала возражать. Если рядом с Чэнь Чанъанем будет Цилинь, его и вправду вряд ли кто-то осмелится обидеть.
— Тогда, наставница, я пошёл.
— Хорошо.
— Наставница, когда меня не будет, вы обязательно будьте счастливы и радуйтесь жизни.
— Я поняла.
— Наставница, обязательно радуйтесь!
— Угу.
— Наставница…
— Катись!
— Есть!
Чэнь Чанъань, весело напевая, зашагал прочь, уже предвкушая, как он оторвётся в этом прекрасном и разнообразном мире.
Увидев его нескрываемую радость, Му Юньяо помрачнела.
Что это значит? Что это, чёрт возьми, значит?! Неужели он так счастлив, что уходит от меня? Да, я сама его выгнала, но как ты смеешь радоваться?!
Тсс!
Внезапно Чэнь Чанъань почувствовал за спиной леденящий холодок и замер, невольно вздрогнув. За десять тысяч лет он слишком хорошо изучил этот холод.
«Хех, сама же меня выгнала, и сама же недовольна. Ну и переменчивая женщина!»
Эту фразу Чэнь Чанъань, конечно, не осмелился произнести вслух, лишь подумал про себя. Он перестал выпендриваться и степенно зашагал прочь, пока не скрылся из вида Му Юньяо.
Жилище Чэнь Чанъаня находилось недалеко от Запретного леса. Не прошло и времени, нужного для сгорания благовонной палочки, как он уже был на его окраине.
Запретный лес — само название говорило за себя. Это было место, полное запретов, куда обычные люди боялись даже приближаться, не говоря уже о том, чтобы войти внутрь. Ведь здесь даже самые слабые демонические звери достигали пятого уровня, что было равносильно человеческому эксперту сферы Божественных Сил!
Чэнь Чанъань не имел духовной силы, но о совершенствовании знал немало.
Уровни силы в этом мире делились на: Сбор Духа, Конденсация Юань, Истинная Ци, Сверхъестественный, Божественные Силы, Превращение в Бога, Пустота, Всевышний, Бессмертие и Император.
Его наставница была одной из немногих великих экспертов на пике уровня Императора.
Обычные люди боялись сделать и шагу в Запретный лес, но для Чэнь Чанъаня это было всё равно что вернуться домой. Он прогуливался по нему так свободно и непринуждённо, будто по собственному саду. И за всё время ему не встретился ни один демонический зверь, словно их здесь и не было.
— Мама, почему мы прячемся? Кто этот юноша? Он совсем не выглядит опасным, — спросил в чаще леса молодой зверёк с недоумением во взгляде.
— Не опасным? Он — ходячая катастрофа! Запомни его лицо. Если увидишь его здесь, прячься как можно дальше, поняло?
— Почему?
— Почему? Для других этот лес — запретное место из-за нас, а для нас — из-за него! Не задавай лишних вопросов, просто запомни мои слова.
Не встретив по пути ни одного зверя, Чэнь Чанъань невольно вздохнул.
— Эх, я настолько великолепен, что у меня нет друзей. Ну правда, чего вы стесняетесь? Я же не против. То ли дело мой Да Хуан!
Продолжая свой путь, Чэнь Чанъань добрался до самого сердца Запретного леса. Там, неподалёку, лениво спал, свернувшись калачиком, могучий Цилинь.
Почувствовав приближение Чэнь Чанъаня, Цилинь едва заметно дёрнул веком, но глаза так и не открыл. Чэнь Чанъань подошёл и сел рядом, оперевшись спиной о его могучий бок.
— Да Хуан, — тихо позвал он.
Чэнь Чанъань отчётливо почувствовал, как дыхание Цилиня стало тяжелее, словно это имя было ему очень по душе!
Видя, что Цилинь по-прежнему его игнорирует, Чэнь Чанъань с улыбкой продолжил:
— Мы с тобой знакомы почти десять тысяч лет. Не знаю, может, я прожил слишком долго, но в последнее время часто вспоминаю прошлое. Помнишь нашу первую встречу? Я с энтузиазмом посмотрел на тебя, и ты с не меньшим энтузиазмом посмотрел на меня. Я поздоровался, а ты так обрадовался, что проглотил меня целиком. Так что можно сказать, мы с тобой — друзья не на жизнь, а на смерть, почти родня. И вот я…
— Ты, чёрт возьми, чего сказать-то хочешь?!
Цилинь наконец не выдержал. Тот случай был не из тех, которыми гордятся. Он проглотил Чэнь Чанъаня, а этот парень несколько дней просидел у него в животе, и ему хоть бы хны, только болтал без умолку. В итоге его ещё и наставница Чэнь Чанъаня отлупила. Вспомнить стыдно… по-звериному стыдно!
— Я ухожу.
При этих словах Цилинь на мгновение замер, но потом снова закрыл глаза и ответил:
— Опять тайком сбегаешь погулять? Твоя наставница не в уединении, я чувствую её ауру.
— На этот раз я ухожу далеко и, возможно, надолго.
Далеко? Надолго?
Услышав это, Цилинь равнодушно бросил:
— Ну, меня это не касается. Счастливого пути.
— Раньше, когда я сбегал, ты всегда радовался. Что случилось на этот раз?
— Ерунда! Раньше твоя наставница была в уединении, и уходил ты недалеко. Ты что, не знаешь, какие правила она для нас установила? Ты-то бессмертный, а я ещё пожить хочу!
Хоть Цилинь и был королём Запретного леса, перед Му Юньяо он не смел своевольничать. Он не решался нарушать установленные ею правила, иначе последствия были бы непредсказуемыми.
— Расслабься, моя наставница согласна. В этот раз я ухожу надолго, и мне нужен сильный спутник для защиты. Моя наставница сама назвала тебя, Да Хуан. В её глазах ты… настоящий эксперт, — серьёзно произнёс Чэнь Чанъань.
Эти слова заставили Цилиня встрепенуться.
Эксперт? Неужели в глазах *той самой* он тоже эксперт?
— У твоей наставницы… хороший вкус. Куда идём? Выдвигаемся прямо сейчас! — Цилинь резко вскочил на ноги, отбросив Чэнь Чанъаня в сторону.
— Куда ты так торопишься?
— Ещё бы! Боюсь, твоя наставница передумает.
— Не передумает, она сама меня выгнала. Эх, со временем я ей просто надоел.
Увидев опечаленное лицо Чэнь Чанъаня, Да Хуан замер. Этого парня наконец-то выгнали?
— Разве ты не был зеницей её ока? Она бы никогда не выгнала тебя.
— Раньше был зеницей, а теперь — сорняк под ногами. Ладно, не будем об этом, только душу травить.
Цилинь не стал вникать во все хитросплетения, ведь возможность отправиться в путешествие была для него важнее всего на свете.
— По старой схеме?
— Опять по старой? Я больше не хочу быть собакой!
Да Хуан хоть и любил путешествовать, но понимал, что в своём истинном облике показываться на людях не стоит. Раньше, когда они сбегали с Чэнь Чанъанем, он всегда превращался в большую жёлтую собаку, но со временем это стало его раздражать.
Я, великий Цилинь, а меня все собакой кличут! У меня что, нет чувства собственного достоинства?!
— Это же временная мера, для удобства, — с улыбкой уговаривал его Чэнь Чанъань.
— Чэнь Чанъань, ты что, держишь меня за дурака, который никогда не выходил в мир? Люди ездят на лошадях, на ослах, на демонических зверях! И только ты, чёрт возьми, разъезжаешь на собаке! Нет, в этот раз я ни за что не стану собакой! Хочешь — сам становись, а я на тебе поеду!
— Эй, мы же братья, чего нам делить? Давай сначала пойдём, а по дороге договоримся, хорошо?
— О чём угодно, только собакой я не буду!
— Хорошо, хорошо, не будешь. Ты не собака.
Обновлено: 21.01.2026