*Перевод: **Astarmina***
То лето казалось одновременно долгим и коротким.
Рана на спине Цезаря в итоге оставила шрам.
Гамильтон до последнего дня из кожи вон лез, пытаясь уговорить меня поехать в столицу, но отец решительно отказал.
В день прощания, как и при первом появлении Цезаря, в зале выстроилась внушительная процессия для проводов.
Когда Цезарь остановился передо мной, я вдруг подумала, что его чёрные волосы заметно отросли за лето.
— Счастливого пути, Ваше Высочество.
Я поклонилась, слегка присев и выпрямившись, точно как при нашей первой встрече. В отличие от того раза, Цезарь мягко улыбнулся мне.
— У Хелены всё ещё только один ученик, Леонард?
От этого неожиданного вопроса я быстро взглянула на стоящего рядом Леонарда, а затем снова перевела взгляд на Цезаря.
— Да, это так.
— Что ж, уступлю первенство родному брату, его всё равно не превзойти.
— Простите? Что вы имеете в виду?
— Научи меня фехтованию.
Дзыыынь!
Ах, этот звуковой эффект я бы предпочла прикрепить не к себе, а к окружающим.
Особенно к Гамильтону — ему бы гигантский размер подошёл.
— Каким образом? Я ведь не поеду в столицу.
— Ничего страшного. Я сам буду приезжать каждое лето. Это ведь допустимо, герцог?
Цезарь повернулся к моему отцу с улыбкой.
Отец, нисколько не растерявшись в этой неожиданной ситуации, ответил:
— Мы всегда рады видеть вас, Ваше Высочество.
Какой контраст с Гамильтоном, с лица которого схлынули все краски.
— Ты ведь обещала, помнишь? Быть рядом, пока я не взойду на вершину.
Хм. Эээ. Ну да, я действительно дала такое обещание, он тогда так переживал...
Видя моё замешательство, Цезарь протянул руку с лукавой улыбкой:
— Так что? Примешь меня в ученики?
...В сущности, у меня нет причин отказывать.
Я и сама давно мечтала обучать такого одарённого парня.
Усмехнулась, глядя на него:
— Я довольно строгий учитель, Ваше Высочество.
— А я чертовски упрямый ученик, учитель.
— Хорошо. Гонять вас буду нещадно.
Я пожала протянутую Цезарем руку. Точно так же, как при нашем первом знакомстве.
— Вернусь, когда наступит лето, — сказал он с бодрой улыбкой.
Но его улыбка, кажется, сильно отличалась от той, четырнадцатилетней. В ней уже не было взгляда беглеца.
А, вот оно что.
Он решил стать императором.
— Тогда до встречи.
То лето казалось одновременно коротким и долгим.
Одно из немногих по-настоящему бурных лет в моей скучной жизни.
Обновлено: 02.02.2026