Глава 28 — Том 1. Глава 27. Двойное сокрушение.

С самого детства в голову ей вбивали холодный ум, прагматизм и цену совершенства. Она не просто жила этими понятиями, скорее понятия жили ею. Жили до тех пор, пока девушка не рухнула. Падение оказалось болезненным и запоминающимся, а самое главное — одиноким. Она, брошенная и слабая, осталась перед закрытыми воротами фамильного поместья. Ей не хватило сил и задатков, чтобы гнаться за навязанными идеалами. Поэтому от безвыходности изгнанница отправилась в путешествие. Может, где-то там она найдет свое место в жизни? Неизвестно. Море качало ее из стороны в строну и наконец она добралась до острова. Остров тот был наполнен самыми разными людьми: глупцами, идиотами, лидерами, одиночками, стариками, детьми. Но лишь в крохе всех жителей она порой замечала потенциал. И именно этот потенциал ярко пылал в юноше, что шел сейчас перед ней. Его светлые волосы отливали золотом, а меч болтался у пояса. Парень назвался Хаято и тут же пригласил девушку к себе в отряд. Правда отряд тот состоял из него и самой изгнанницы. — Ну, это только пока что, — мягко улыбнулся незнакомец. Настолько мягко, что девушка заподозрила неладное. Человек перед ней казался совершенно нормальным и доброжелательным. Однако этот потенциал, что скрывался за его улыбкой, он... кого-то напоминал. Напоминал тех холодных, но совершенных людей из поместья. Словно вот он — идеал, который ждали от девушки, идеал, готовый идти по любой, но выгодной, тропе. Все его повадки и манеры настораживали ее, велели не доверять наигранной улыбке. Не даром, этот человек принял к себе слабую и бесполезную изгнанницу, только вступившую в ряды авантюристов. — Ладно, думаю, мы уже рядом. Пора бы и отдохнуть, как считаешь? — всё также спокойно спросил Хаято. — Без разницы, — на что аккуратно ответила она. — Тогда решено. Светловолосый мечник достал клинок из ножен и внимательно осмотрел лезвие. Как бы невзначай он бросил: — Не сказать, что лютоволки особо опасны, их главное преимущество в командной работе, — металл сверкнул под лучами солнца. — Вблизи своего логова они обычно не охотятся, чтобы не обнаружить его местоположение. Там остаются всего лишь волчица и пара другая. В общем, атаковать лучше сейчас. Хоть девушка и показывала своему спутнику маску безразличия, на самом деле она внимательно слушала его. Парень говорил вещи, которые маг впервые слышала и о которых даже не догадывалась. Стало очевидно, он явно был выше нее. — Учитывая то, что в их стаях немного особей, будет не трудно. Ударим, добьем и уйдем. Юноша глаголи с такой уверенностью и спокойствием, что девушку тянуло просто довериться и подчиниться. Однако ее осторожность вдруг щелкнула. — И заберем детенышей? — словно уличив в обмане, резко насела она. — Конечно, после продади… — Врешь, — перебила синеволосая. — Что, прости? — Врешь. Ты ведь просто собираешься вырезать их печень и засунуть в ту трубку? — товарищ указала на сумку у ног Хаято. Его мягкая улыбка на миг спала, а взгляд похолодел. — Как поняла? — Просто предположила. Самки кормят детенышей особой пищей, поэтому их маленькая печень очень ценится у богатеев. Выгоднее продать органы волчонка, нежели доставить его живым для обучения. Хотя об этом мало кто знает. Светловолосый мечник опустил свой ледяной глаз в сторону. — Ты... против этого? По спине девушки пробежали мурашки, но лицо не выдало страха. Или так думала только она? Казалось, будто Хаято давно всё понял и просто вел бессмысленную игру. — Нет, мне без разницы. — Тогда отлично, — голос вновь потеплел. — Интересный ты человек. Изгнанница не придала этому большого значения, она думала лишь о предстоящей цели. Логово люволков представляло из себя полость, едва уходящую вниз по диагонали. Встав перед ней, маг направила свой посох в сторону входа. — Дланью своей, господ, спали существ, оскверняющих этот мир. Заставь их бояться и визжать, молить и биться на тот свет. — Иронично, что молитва звучит так жутко, — прокомментировал Хаято. Девушка никак не отреагировала. Из кончика ее посоха шаг за шагом высвобождались крупицы света, перерастающие в одну искру. — Помнится, второе сердце мага бьется непрерывно. Однако при этом заклинания вы кастуете некоторое время. — зевая рассуждал светловолосый. — Выходит, из-за маленькой мощности одного, сначала нужно ждать несколько ударов, а уже затем выпускать ману? Он говорил так, будто прекрасно знал ответ на свое предположение, но всё-таки хотел услышать его именно от девушки. Этот человек... этот человек был очень наблюдательным, за несколько секунд он догадался до того, что преподавали в поместье мага. Хоть это и были лишь основы. — Да, — ответила девушка и голубая искра сорвалась в направлении входа. — Ммм, раз это вы всем управляете, какой же тогда смысл в самой молитве? Тут же из логова послышался скулеж и несколько подпалённых особей выскочили наружу. Хаято не медлил, он перерезал глотки двум ослабленным лютоволкам, а третьего просто заколол. — Без обращения никак, — ответила Арвен. — Сомневаюсь... Ну, ладно, давай еще раз. — Дланью своей, господ, спали существ, оскверняющих этот мир. Заставь их бояться и визжать, молить и биться на тот свет. Послышался новый вой, однако никто не вышел. — Еще. Заиграл скулеж. Еще. Еще. Еще. Когда звуки прекратились, Арвен склонилась от усталости, а юноша подошел к ней и с улыбкой велел остаться. Остальное за ним. Следом из укрытия послышался последний вой. И тот вскоре оборвался. Девушке даже не надо было представлять зрелище, она всё понимала. Когда парень вышел, в руке его была троица барахтающихся волчьих малышей, а на лице не тени эмоций, просто спокойствие. Он приставил лезвие к телу детеныша, а затем легко и быстро пронзил мех. Изгнанница в очередной раз никак не отреагировала. Она не была садисткой, просто не возражала жестокости, не оправдывала, но понимала. Вообще, казалось, и Хаято не испытывал никакой радости. Он делал то, что давало ему неплохой заработок. Вот каким человеком нужно быть, чтобы стать выше. И вот каким человеком не смогла стать Арвен. — Да, ты и правда не осуждаешь, я удивлен, — с чем-то более искренним, чем обычно, мечник глянул на нее. Похоже, юница действительно заинтересовала лидера. — Фух, еще немного и домой. Но, как только он собрался приступить ко второй особи, вдруг из ниоткуда выскочил взрослый лютоволк и пасть его сжалась на предплечье мечника. Вскрикнув, тот резко проткнул нижнюю челюсть нападающего, хватка которого ослабла, а клыки отпустили конечность. — Вот же. Вернулись раньше времени, — пробормотал Хаято. В этот момент слева возник еще один лютоволк. Магзверь бросился вперед, но жертва отклонилась и металл скользнул по всей длине мощного тела. Арвен вздрогнула, она вздернула посох и принялась читать. — Дланью своей, господ, спали существ, оскверняющих этот м... дзаах, — однако ее голень прокусили. Светловолосый бросился к ней и одним движением рассек спину свирепого монстра. Он отошел назад, прикрывая собой неспособную встать Арвен. Клыкастая орава вновь напрыгнула на мечника, но тот, пытаясь заколоть каждого, отогнал большинство. Пять хищников, пять целей, пять угроз. — Как насчет залпа? — спросил запыхавшийся напарник, чьи глаза вновь похолодели. — Н-не могу. — Ох, ладно. Дрожащим взглядом синеволоска посмотрела на Хаято. И прежде чем она вымолвила команду бежать тому, звери вновь открыли цепь атак. С трудом, но мечник не упускал не одной. По началу его стойка была преимущественно обороняющейся, а движения тяжелыми и нелепыми. Но уже через десяток блоков юноша умудрился в первый раз ранить одну из особей. Медленно он адаптировался к темпу противников, всё лучше и лучше парируя их выпады. На протяжении всей битвы Арвен выжимала из себя оставшиеся силы, вот только их не хватало даже на малейшее чудо. Тогда она еще несколько раз начинала фразы, мол, убегай уже. Ожидаемо, ни одна из них не заканчивалась полностью: девушка наблюдала за новыми царапинами и укусами, но не осмеливалась отвлекать. Да и вообще, Арвен чувствовала нечто странное. Несмотря на боль, лицо Хаято украшала едва заметная улыбка. Его волосы качались из стороны в сторону, а губы издавали слабые смешки, когда удавалось попасть по врагу. — Мхах... мхаахаха! Двое из вас уже свалились, однако вы не останавливаетесь! Алые ленты на теле парня продолжали появляться и в один момент клинок выпал из его рук. — А? Поняв то, что ситуация перевернулась, израненное дуо лютоволков начало приближаться. И вот Арвен наконец осмелилась. — Беги ты уже! Зачем делаешь всё это?! Какой смысл тебе умирать сейчас!? — захлебывалась в слезах она. — Если хочешь самопожерт… Внезапно парень повернулся и в девушку бросилась возросшая его пустота. — Ошибаешься, — перебил ее Хаято. — Не о каком самопожертвовании и речи не идет, я просто не бегу. — Поче-почему? — Глупый вопрос, — окровавленная рука лидера указала на детенышей за спинами их родителей. — Моя цель в другой стороне. . . . . . . . . . . . . . — …если я убегу, жертва Сатоши и Хиори будет напрасной... — Чего? Что несешь? Сатоши? Хиори? О чем ты говоришь? «Подожди... откуда ты их знаешь? Ты же... умер». Образ перед Арвен медленно начал растворяться: волосы товарища потемнели, а рост немного уменьшился. «Ты не, точно... теперь передо мной не ты, а Юма». Юма стоит, его одежда изорвана, руки в ссадинах. Вокруг него пять лежащих на земле лютоволков. Меч юноши лежит в стороне, вместо него он сжимает увесистый камень. Оставшиеся три монстра кружат. Парень делает рывок и камень попадает по одному, но зверь не падает, а лишь отступает. Следующим ударом герой промахивается и теряет равновесие, один из волков бросается ему в бок. Только вот клыки впиваются не в плоть, а в толстую ткань пояса. Из сумки вываливается книга с потрепанным переплетом. Юсато хватает её и со всей силы бьёт ближайшее чудовище по черепу, отчего страницы разлетаются и последний израненный зверь валится набок. Не успев порадоваться, синеглазый также оседает на колени, а потом и на бок. Парень не встает. Несколько секунда Арвен просто смотрит на товарища и вдруг ледяной ужас подкрадывается к ее горлу. Она подползает до Юмы, видя, как смерть уже тянется к его лицу. — Ты не умрёшь… Не так, как он, — шепчет девушка, сжимая посох. Слова молитвы вырываются шёпотом, потом криком. Пламя устремляется к ране Юмы и в тот же миг раздаётся его душераздирающий стон. Плоть шипит, кровь сворачивается, края раны чернеют, но поток уже не хлещет с такой силой. Арвен снова и снова читает молитву, пока мана полностью не кончается, а юноша не замирает. Его сердце едва колотится, а грудная клетка ни капли не поднимается. Девушка дрожит, она не понимает, не понимает, в чем дело. Что ей сделать? Что она может? Нет, изгнанница больше ничего не может. Это конец, конец для самого слабого и трусливого, но человека. Опять нет. Не просто человека, а друга. Маг падает локтями на грудь Юмы и вновь задыхается слезами. Она сжимает его одежду, повторяя одно и то же «Живи». Ничего, полнейшая пустота. В надежде найти хоть единственное утешение, Арвен судорожно прислоняет свое ухо к ослабевшим губам Юмы и вдруг слышит тихий шепот. — Пожалуйста... Она наклоняется еще ближе. — Пожалуйста... встань с руки. Невольно синеволосая отпрыгивает. Тут же раздается бешеный рев легких, а затем кашель. Маг лишь подносит руку к лицу и вытирает подсохшие слезы. Юноша тянет свою ладонь, в ответ лицом она как бы говорит «Нет, лежи», однако потуги не прекращаются и герою помогают встать. — Пора... найти остальных.