— Как? Повышение?
Мысли Юмы на миг застопорились. Он и не догадывался, что такой поворот вообще возможен.
Сотрудница гильдии, проверяя его жетон, спокойно объяснила: в системе учитывается не только само выполнение миссии, но и вклад, оказанный другими авантюристам. Конкретно в данном случае, после рейда пещеры в ней не осталось почти никого живого, кто мог бы оказать достойное сопротивление. И этот факт тоже сыграл свою роль.
Таково устройство, где успех определялся не только собственными усилиями, но и их последствиями. Поэтому юношу повысили.
Он едва моргнул. Поверить было нелегко. И всё же подтверждение лежало перед глазами: новый жетон слегка блестнул под лучами солнца. Парень заметно нахмурился. Его серьёзно повысили? Это казалось нелепым. В груди шевельнулось что-то неприятное. Какой смысл в этом ранге, если Юма не смог спасти напарника? Если сейчас не может даже взять кружку со стола? Губы сами собой сжались в тонкую линию.
Девушка достала из ящика пять железных монет и протянула их юноше. Он хотел было просто уйти подальше от всего этого, но деньги есть деньги, вот нерешительно и принял плату.
Не глядя на впередистоящего, как бы вскользь собеседница упомянула, что недавно сюда заходил еще один выживший член гоблинского рейда. Кажется, её звали Арвен.
— А?
— Ах, точно, синеволосая и грубая. Она, кстати, также получила награду за участие в рейде, — дополнила приемщица.
Пропустив через себя эти описания, глаза легко екнули.
«Значит... значит, Арвен всё-таки в порядке?», — громко разразилась мысль. Да так громко, что, казалось, вся полупустая гильдия сейчас канет в небытие.
Невольно на душе стало как-то спокойнее, словно освободили от некого груза, словно дали слабую передышку. И в этой передышке губы парня незаметно прогнулись, впервые за несколько тяжелых дней он наконец-то услышал что-то хорошее и это по-настоящему порадовало его. Герой не мог описать испытываемое чувство, как и то, откуда оно исходит. Однако, странно...
Ранее он уже решил, маг для него — обычный незнакомец. И наоборот. Так почему же зрачки снова заблестели?
«Наверное, сейчас мне нужно думать не об этом... да», — украдкой юноша глянул на пять железных в его руке. Это, на секундочку — два полноценных дня жизни. Тогда, может, уже и не стоит никуда идти?
«Нет... чем больше буду отстраняться сейчас, тем хуже будет потом, я так думаю».
Только вот вместе с решимостью показался и прохладный образ трупа, в чьих руках был меч, а на голове темные волосы. В своем собственном представлении Юма занял место Хаято.
Сколько не хвались, не убеждай себя, кошмары и воспоминания не оставят в одиночестве. За последнюю бессонную ночь он успел хорошо прочувствовать и обдумать это. Резкий приступ судорожных вдохов и тряски нынче не казался чем-то необычным. Можно ли считать это концом? Однозначно сказать нельзя, ведь со всей усталостью пришел и луч надежды, началом координат которого стала весть об Арвен. О той, кого всё-таки удалось спасти.
Теперь у юноши только один выход: унять тряску.
«Мне это откровенно не нравится, но по-другому никак, верно?» — Юма сглотнул, выпрямил спину и шагнул дальше. Он просто подошёл к доске с заданиями, пробежался взглядом по объявлениям и сорвал одну из листовок.
— Хочу зарегистрировать задание.
Наконец-то раздались шаги, знающие, что им нужно.
Прошло уже минут сорок, как Юма покинул город. Дорога тянулась ровной лентой среди редких деревьев. Они стояли поодиночке, а местами группировались по двое-трое. Тень от их крон ложилась короткими рваными пятнами на некогда залитую дождем землю. Сейчас же почва полностью суха, лишь редкие лужи напоминают о ливне.
Вообще, климат здесь довольно странный. То неимоверно холодно, будто устоявшейся осенью, то жарко, будто в летний зной. Появляется ощущение, мол, остров постоянно путешествует от экватора вверх и вниз. Но это же невозможно, да?
И вообще, какая же тогда зима в этом мире? И когда она? Судя по отсчету, сейчас.
Ладно.
Миссия проста: добыть немного «лазурной чешуи» — материала, используемого в качестве сырья для среднего снаряжения. С этой чешуей запарно работать, также приходится достаточное количество времени собирать необходимое количество, однако и защитные свойства приемлимые.
Её можно подобрать с малых ящериц, обитающих у Лазурной реки. В листовке отмечалось, что вода там пропитана маной, и из-за этого имеет необычный, будто светящийся, оттенок. Жизнь ящериц же как раз-таки тесно связана с этой обогащенной жидкостью.
Парень не знал, насколько это правда, но природа здесь давно доказала, что способна удивлять.
Пока шагал, он заметил, растительность вокруг стала гуще. Чем дальше шёл, тем больше становилось зелени. Кроны деревьев начали смыкаться, а воздух наполнился лёгкой прохладой. Наконец, сквозь листву мелькнул голубоватый отблеск — река.
На её берегах росли странные цветы, о которых герой раньше никогда не слышал. Ближе к воде тянулись вытянутые, полупрозрачные стебли, похожие на водоросли, но колышущиеся не в воде, а в воздухе. Он осторожно провёл рукой — растения были холодными и слегка влажными, будто пили влагу прямо из тумана. Среди них выделялись лазурные папоротники: листья впитывали свет, отражая его мягким, приглушённым сиянием.
Синеглазый сделал ещё шаг вперёд, замечая, как с края камня вдруг что-то сорвалось. Глаза не успели запечатлеть это существо, однако уловили нечто блестящее на земле, лазурная чешуйка. Нет, не одна, две лазурные чешуйки.
Они действительно выглядели необычно — размером с крайнюю фалангу большого пальца, плотные и слегка искрящиеся, словно крошечные артефакты.
«В моей памяти одна такая сдавалась за три медяка, то есть на данный момент я заработал уже шесть монет. Что ж, этого мало».
Да и существо по-прежнему оставалось где-то вне поля зрения. Слышно его тоже не было: лишь тихий шум реки, слабый ветер и бульк, раздавшийся несколько минут назад.
«Вода?» — пришла в голову неплохая догадка. Герою было известно, что некоторые ящерицы могут находиться под водой до шестнадцати минут. Еще же и в листовке говорилось, мол, это ответвление — единственное ближайшее место обитания, уплыть не вариант.
Парень решил проверить свою теорию. Он уселся на берег и стал наблюдать за водной гладью. Прошло пять, десять, пятнадцать, двадцать, двадцать пять минут. Ничего: ни булька, ни другого движения.
«Нда».
Темноволосый вознамерился не торопиться и неспешно обследовать окрестности. С того момента, как от него сбежали, ни одна из особей больше не попадалась на глаза. Вокруг была довольно открытая местность, те же деревья росли далековато.
В подобных пейзажах пролетело некоторое время. И вот посреди обхода взгляд зацепился за что-то блестящее у самой кромки воды. Пять новых чешуек, выстроившихся дугой, будто их сдуло сюда легким порывом ветра. Через полтора часа, уже в другой части берега, повезло снова: семь лазурных камней лежали на гладком валуне под водой.
Юма молча опустил руку в прохладную гладь и на несколько секунд просто замер, наблюдая, как на коже собираются тонкие струйки и капли.
Пальцы нащупали гладкий камень: плоский и тёплый с одной стороны. Парень вытащил его, покрутил в руке. Вероятно, кто-то когда-то запускал его по воде… или он просто давно лежал здесь, впитав всё местное спокойствие. Герой не стал кидать его обратно, просто положил рядом.
Отражение в воде чуть исказилось от ряби: бледное лицо, прищуренные темно-синие глаза, немного растрепанные волосы.
Он тихо выдохнул, позволяя себе чуть больше, чем просто короткий привал.
Постепенно Юсато понял, ящерицы могут прятаться гораздо лучше, чем он ожидал. Возможно, их окраска сливалась с лазурной травой и влажной галькой или же они просто научились замирать в идеальных укрытиях. А может быть это юноша слепой?
— Не исключено, — сейчас у него было всего четырнадцать чешуек, всё еще мало. Однако, после нескольких задумчивых кругов, молодой человек слегка приблизился к общему пониманию ситуации.
Опять послышался бульк. Он огляделся — ничего. Было ясно, необходимо искать возле воды, чем, в принципе, парень и занялся. Так прошел весь день, солнце уже близилось к горизонту, а в кармане было шестьдесят семь чешуек.
— Если подумать, то дневная норма сделана. Фух, — с этим выдохом Юма наконец-то присел. Его ноги ныли от долгой ходьбы, а старые кеды превратились в нечто непрезентабельное. — Нда, всё же здесь красиво.... Ввва, и прохладно. Кофты нет, плащ потерял, а футболка... надо бы ее постирать. Хах, в своем мире я об этом не забывал. Хотя, в качестве оправдания, тут у меня и возможностей меньше. Вообще, чем стирать? Обычным мылом? Еще и руками, ага, стиральной машинки нет, к сожалению...
Прохладный ветер обдул лицо парня, принеся с собой мурашки и шелест листьев. Похоже, пора закругляться.
Встав и отряхнувшись, Юма повернулся в сторону дороги и зашагал. В этот момент до него вновь донесся уже привычный бульк. Герой решил не обращать на это внимание, потому даже не сбавил темп.
И тут послышался еще один бульк. И еще один. И еще. Что-то всплыло и направилось к берегу.
Да, это — она, лазурная.
«Всё же была в воде? А время? Боже, как всегда...».
Парень на мгновение задержал взгляд на ящерице. Внутри что-то колебнулось — он уже собрал минимум на день, мог спокойно вернуться. Так зачем делать лишние телодвижения?
«Чтобы нормально поужинать».
Юма тяжело вздохнул, но все же решился: осторожно, стараясь не шуметь, приблизился к существу и рефлекторно протянул к нему правую руку.
Слабость, не отпустившая с ранения, дала о себе знать: хватка получилась мягкой и ящерица тут же выкарабкалась. После чего вцепилась в руку мелкими зубами. В обычной ситуации боль была бы незначительной, вот только сейчас чувство пронзило как нож. Юма стиснул зубы, сдержал всхлип и, перехватив зверька здоровой рукой, наконец прижал его к себе. В ответ ящерица тут же укусила и второй раз — менее болезненно, но раздражающе.
Юноша немного помучался, удерживая извивающееся существо, и, не видя иного выхода, решился на грубый, но, как он надеялся, действенный метод: авантюрист бережно обтер ящерицу о ткань. По ней посыпались листочки.
Слегка разочарованный результатом Юма бросил короткий взгляд на меч — мысль мелькнула, но не прижилась. Он тяжело выдохнул и, не желая превращать добычу в жестокость, отпустил ящерицу. Она же молнией юркнула в воду и вскоре исчезла из виду.
Не сказать, что синеглазый до сих пор боялся самого факта убийства, ведь после гуманоидного и разумного гоблина пресмыкающееся не вызвало бы прежней реакции. Однако такой поступок всё еще был отвратным в глазах смотрящего.
«Теперь точно пора возвращаться».
***
— Вот, две железные и тридцать одна медная монета. Пересчитывать будете?
— Да, пожалуйста.
Вокруг было неожиданно оживлённо. Несмотря на поздний час, зал кипел жизнью: у длинных столов шумно общались небольшие команды, где-то в стороне спорили более крупные отряды, перекрикивая друг друга, а между ними сновали соло авантюристы — те, кто отдыхал в одиночестве. Воздух наполнился звоном голосов, смехом и гулом обсуждений, всё будто вернулось к привычному для этого места ритму.
Юма, чувствуя нарастающую усталость, не стал задерживаться. Он спокойно двинулся к выходу, лавируя между столами и спинами воинов. Всё, чего ему хотелось сейчас — добраться до постели и забыться сном.
Однако, когда он уже почти скрылся за дверью, из толпы к нему устремились три пары внимательных глаз.
— Так один из тех двух? Похоже, я был прав.
В шуме и суете почти невозможно было разглядеть того, кто, перешептываясь, наблюдал, да и уставший Юма вообще ничего не заметил.
Через полчаса он уже переступил порог всё той же старой, но ставшей родной гостиницы. Здесь было по-прежнему тепло, как и в самый первый раз.
«Ммм… Новый посетитель?».
У дальнего столика сидел молодой парень, с удовольствием уплетая горячий суп. Он ел за обе щеки, старательно чередуя ложку с твёрдым, но вполне съедобным хлебом. Юма сразу узнал этот запах — безымянная похлебка с мясом и овощами. Простой, но тёплый аромат мгновенно разжёг аппетит. Рот наполнился слюной, и герой поспешил к стойке, где, как обычно, дежурила безэмоциональная управляющая.
Помывшись и даже не удосужившись как следует высушить волосы, Юсато вернулся, заказал суп и остался ждать у стойки с меню.
Вскоре туда подошёл и новый посетитель. Парень с синим шарфом — определённо авантюрист, и, судя по всему, новичок. Моложе Юмы, возможно, на год. Мягким голосом он лишь поздоровался и спросил, где девушка с каштановой косой. На что получил обычный, в стиле Юмы, ответ.
Через несколько минут появилась и сама управляющая. Герой забрал свой ужин и устроился за свободным столиком.
— Хах, хороший сегодня был день, — пробормотал он под нос, наконец позволив себе чуть-чуть расслабиться.
Обновлено: 17.01.2026