«Бессмысленно» — ударило в голову юноши.
«Как это? Бессмысленно?», — вокруг был только белый туман, отделяющий от света и любых звуков. Всё за этой размытой стеной являлось неизвестным, оно больше не интересовало Юму, что задавался лишь одним вопросом.
«А есть ли тогда в моей жизни смысл? И вообще, ради чего я живу?».
Внезапно резкая боль пронзила его правую руку и светлая пелена растворилась перед взором, открыв уже знакомые стены пещеры. Синеволосая девушка, идущая впереди, тянула парня за кисть, заставляя тело невольно двигаться дальше.
Ее действия как бы говорили: «Ты идешь с нами, даже если не согласен!»
Спорить не было сил, поэтому, смиренно выдохнув, Юсато лишь вырвал свою руку и окинул взглядом отдаляющийся факел. В эту же секунду его сердце снова начало биться чаще.
Идя по скользкому камню, юноша постепенно стал привыкать к почти непроглядной темноте и звону капель. Со звуком мозгу также стали доступны и слабый вой ветра, и гоблинские переговоры вдали, и тяжелое дыхание товарища.
Было понятно, что маг устала от всех этих перебежек, атак, планирования, долгого стресса и волочения Хаято, однако, при этом, она все еще в сознании и держится. Герой же упрекнул себя, мол, не может и сосчитать ситуаций, когда он при первой возможности сразу впадал в недееспособное состояние и подвергал всех опасности, а потом как-то смел еще и критиковать синеволоску за логичное, но жестокое решение.
Юме стало очень тошно, ведь даже сейчас он снова бездействует, рассуждая обо всем этом. Стыд взыграл в его голове, заставив отвести взгляд от ведущей. Мимо парня пронеслась мысль на подобии: нужно сделать хоть что-то.
Он догнал девушку и здоровой рукой тоже схватил мечника, что из-за ран даже не двигался. Затем, пересилив боль, Юсато потащил лидера с большей силой, весьма увеличив общую скорость передвижения.
«Это — всё, чем я сейчас могу помочь».
Лицо Арвен выдало удивление, но тут же девушка пришла в норму и также ускорила шаг. За несколько минут троица преодолела весь оставшийся туннель, выйдя к началу развилки.
Товарищи замерли, лишь на мгновение выглянув из-за стены. Их взгляды метнулись по сторонам. Тени пещеры остались пусты, ни звука, ни движения. Убедившись, что путь свободен, они сорвались с места и со всей возможной скоростью побежали к выходу.
Группа не могла и думать об осторожном побеге. Всё случившееся в миг сорвало ограничители, это была финишная прямая, на которой нельзя останавливаться.
И вот, троица наконец-то пересекла это темную границу, вновь оказавшись под теплыми лучами долгожданного солнца. От радости группа, не сбавляя ходу, понеслась дальше изо всех сил. Уставшие ноги и легкие горели, непривыкшие к яркости глаза слезились и жглись, ступни чуть ли не спотыкались из-за вернувшегося сцепления, а уста застыли в искривлённых улыбках.
За несколько секунд спринтеры добежали до места, которое раньше служило подготовительным лагерем. Однако и тогда они не остановились, лишь оставив за спиной километр, пара рухнула.
Тёплая поверхность под ладонями казалась нереальной после сырого холода пещеры. Мир вокруг наполнился звуками: шелестом листвы, щебетом птиц, далёким шорохом травы. И всё это звучало так громко после глухой тишины подземелья.
Юма тяжело дышал, пытаясь унять дрожь в ногах и боль в сломанной руке. Каждая мышца горела от напряжения, сердце всё ещё колотилось так, будто пыталось вырваться из груди. Лёжа на спине, он смотрел в бледно-голубое небо, по которому лениво плыли облака.
«Жив...».
Грудь всё ещё сжимал страх, а в голове эхом отдавались звук шагов, сопение гоблинов и их гортанные крики. Но теперь они казались далеким кошмаром, оставшимся позади. И в знак этого парень просто закрыл глаза, позволяя солнечному свету согреть лицо.
Его дыхание начало выравниваться. С каждой секундой напряжение уходило, оставляя за собой лишь усталость и… что-то ещё.
«Жив... Я жив», — воспевал Юма.
Уголки его рта непроизвольно дрогнули и тихий смешок сорвался с губ. Сначала он был коротким и сдавленным, больше похожим на выдох, но следом стал чуть громче. И вот Юсато уже смеялся. Он смеялся хрипло, с надрывом..
От такого зрелища Арвен, сидя неподалёку, удивлённо повернула голову. Её волосы прилипли к вспотевшему лбу, дыхание всё ещё сбивалось, а взгляд говорил о том, что сил на лишние эмоции у неё почти не осталось. Но, глядя на Юму, она вдруг почувствовала что-то странное. Её брови слегка приподнялись, а губы невольно дрогнули в слабом подобии улыбки.
— Ты чего? — прохрипела она с необычайно мягким голосом.
Юма же не ответил, а просто продолжил смеяться.
***
Опомнившись, девушка наконец обратила внимание на Хаято, всё ещё лежавшего без сознания.
— Нужно поспешить, — её голос прозвучал устало, но твёрдо.
— Ага... — коротко откликнулся Юма.
Они поднялись на ноги, но, прежде чем вновь взяться за Хаято, оба замерли на секунду. Арвен с трудом сдержала ещё один вздох и первой шагнула к товарищу. Наклонившись, она ухватилась за стойку его воротника и слегка потянула вверх.
— Давай... — начала девушка. Однако, не услышав шагов за спиной, обернулась.
Юма стоял на месте, не делая ни малейшей попытки помочь. Арвен раздражённо прищурилась, напряжённость и усталость лишь усилили её вспыльчивость.
— Ты чего встал? Ждёшь, пока я одна его дотащу?! — вспыхнула она.
Парень повернул к ней голову и спокойно, почти невозмутимо спросил что-нибудь острое
На что смутившаяся синеволоска лишь направила левую руку к поясу. Она коротко провела по кожаной части пальцами и нырнула кистью в компактную сумочку, что, кажется, предназначалась для похода. Девушка порылась в ней пару секунд, а после протянула среднего размера нож с чехлом.
— Вот. Только зачем? — спросила маг с любопытством.
Юноша выхватил лезвие и, зацепившись взглядом за символ искры, находящийся на грани жесткости, отвлеченно проговорил.
— Нууу, задумка есть одна. Правда нужно время.
— А у нас его нет, как ты мог понять.
— Уверена, что мы сможем аккуратно донести Хаято? — Юма сразу бросился к самой сути. Он говорил спокойно, однако в голосе слышалась нотка сомнения. — Сил почти не осталось, а ты предлагаешь корячиться и отрубиться на половине пути?
Арвен раздраженно вздохнула и в грубой форме ответила.
— Ты предлагаешь делать полдня носилки?
«Вообще, это было бы лучшим вариантом, вот только...».
— Конечно нет, если мы просто положим Хаято на ветку с широкой площадью, будет легче перевозить его, да и риск, что рана откроется, уменьшится.
Арвен нахмурилась, но в итоге согласилась. Вдобавок всеми правдами и неправдами Юма смог убедить собеседницу пожертвовать ее чистый плащ на перевязку своей руки.
«Победа».
Парень поднял нож и замахнулся, начав марш-бросок до дома, что сопровождался неимоверно тяжелыми выдохами и волочением ног по земле. Примерно в таких условиях и прошел час, однако путь ещё не был завершён. Всё, о чём Юма мог думать — это ноги, налитые свинцом. И хотя его идея действительно облегчила «переноску», позволяя авантюристам сменять друг друга, с каждым шагом оставаться в сознании было все тяжелее. Еще и Хаято иногда слабо стонал во сне, после чего Юсато невольно ловил себя на мысли.
«Он хоть понимает, что мы тут с ума сходим, таща его?», — конечно герой не испытывал ненависти к пострадавшему, он скорее пытался закрыть свое беспокойство.
Останавливаться приходилось раз, но даже тогда юноша не получил передышки в полном смысле этого слова. Каждое неверное движение отзывалось множеством криков от Арвен. Темноволосый смиренно терпел.
— Нытик, ты, конечно, не идиот, раз в твою голову пришла такая идея, но, мог бы придумать, как сделать эту груду легче!
Юма, замученный в конец, только выдохнул:
— Ну, прости... И вообще, у меня есть имя.
— Да плевать мне на твое имя, захочу — буду нытиком до конца жизни звать! Понял, нытик?
— Как тебе угодно, дура, — случайно вылетело из уст собеседника.
Однако крика и возмущений не последовало. Вместо этого Арвен просто пошатнулась и свалилась на бок. Юма поздно это заметил: усталость замедлила его реакцию, и только через пару секунд до него дошло, что что-то не так. Его взгляд, вдруг резко расширился.
Казалось, что вот вот и из под грудной клетки девушки вылетит птица, так сильно рвущаяся к свободе. Однако, похоже, что пернатой не хватало выносливости и единственным вариантом для нее оставалось колыхаться в агонии.
Ощутив весь хаос, дрожащая кисть понеслась к чужому плечу. Кончики пальцев не просто коснулись одежды: они ухватились за конечность и стали беспорядочно трясти ее.
— Эй, что с тобой? — раздалось встревоженно. — Тебе плохо?
Но вместо полноценного ответа последовало лишь раздражение.
— Ты, что, идиот? Хватит меня трясти, нытик!
Услышав уже привычную грубость, беспокоившийся Юма волной сбросил с себя протяжный и облегченный выдох. Удивительно, но сейчас разум полностью проигнорировал оскорбление личности парня. В этот момент его голова была забита только одной мыслью.
«Бог мой, а я уже подумал, придется тащить два тела», — тут же за плохую шутку юноша дал сам себе мысленную пощечину.
— Орет на весь лес! Хочешь еще каких-нибудь тварей привлечь? — вырвала из внутреннего монолога всё еще валяющаяся Арвен.
— А, нет, ладно, извини, — промямлил герой. — Я просто подумал, что ты это... того.
— Говорю же, нытик! Мана кончилась, а он трагедию разводит! Даже если бы я покинула сей бренный мир, у тебя на руках остался бы полуживой человек, — сделав короткую передышку, продолжила маг. — Ты что, первый день живешь?!
Подобный выговор продолжался около минуты, за которую в сторону парня прилетала огромная куча, наполненная разными эпитетами и синонимами к словам «нытик», «идиот», «дурак». Только, к сожалению или к счастью, Юма ментально вырубился еще на фрагменте с «бренным миром». Неожиданно, но он сделал это сам.
— ...Надеюсь, ты это запомнил!
— Ага, да... А ты, ам, чего лежишь? — с явным подозрением спросил Юсато.
— О, боже, ты меня все поражаешь и поражаешь! Как я без маны то пойду? Давай не ной и клади меня к этой туше!
Повиновавшись в мгновение ока, Юма обречённо схватил девушку за руку и потащил к ветке. Шагая, он перебирал варианты: просто забить и бросить эту бесящую даму или взять и лечь спать прямо тут. Лимит на умственные и физические действия давно исчерпался.
Однако разум не дал совершить желаемого, ведь, что с вариантом сбежать тогда из пещера, что с этими предложениями, герой никогда больше смог бы спать спокойно.
«Да, тяжело иметь совесть».
Подтянув юницу на метр ближе, синеглазый взял выскользнувшую руку поближе и уже собирался идти дальше, но кое-что заметил.
Ради интереса, волоча спутницу, парень держал ее за запястье и считал пульс. Все-таки его беспокоило и в то же время занимало невероятно быстрое сердцебиение. С виду казалось, словно у мага тахикардия. Однако, помимо отсутствия сил, собеседница ни на что не жаловалась. Что же это за феномен?
«Сто тридцать пять, сто тридцать шесть, сто тридцать...».
— Аэм, а ты хорошо себя чувствуешь?
— Да я сказала же, что нормально! Чего не уймешься?
— Просто. Просто твое сердце... бьется раза в два быстрее нормы.
— Ага, два сердца — в два раза быстрее, — также безмятежно пронеслась вместе со звуком листвы речь.
Взяв ветку в руки, юноша лишь удивленно повернулся, на что, опережая вопрос, эмоционально дала ответ Арвен.
— Серьезно? Знаешь, как перевязывать людей, но впервые слышишь о такой особенности у мага?
— Ну...
— Да и вообще, меня целый день кое-что интересует: что же ты за чудак такой? Допустим, зачем вообще пошёл в авантюристы, если в этом деле ничего не смыслишь? Ты действительно идиот?
И снова гнетущее для парня молчание нависло над его головой.
— Я кажусь себе идиотом только из-за того, что продолжаю тебя слушать, — героя попытался отшутиться, однако не вышло. — Ладно, уловил. Знания, ну, просто.... просто сосед был лекарем, вот я кое-что и впитал, даже если не особо и пытался.
Раздался щелчок языком.
— А почему пошел в авантюристы.... ммм, не знаю. Детская мечта, наверное. Да и знания, как видишь, помогли в этом. Хотя это трудно назвать прям «знаниями», всего лишь первая помощь с какой-нибудь ненужной мелочью. Однако, мелочь, не мелочь, но, думаю, каждый должен это...
— Скукотища.
Собеседница фыркнула и, не дожидаясь продолжения, закатила глаза.
— Ладно, запомню. А теперь можешь заткнуться и идти дальше? На разговоры вообще-то силы тратятся.
Выдав одно короткое «Нда» на неприятную правду, Юма вновь схватил ветку. В его мыслях витало много того, что он хотел бы высказать, например то, как спутница противоречит себе, указывая на энергозатратность разговоров, хотя сама полдороги не смолкала, а еще, допустим то, как ее жизнь сейчас лежит на руках юноши и она, понимая это, строит из себя кого-то. Ну, да ладно, все-таки Юсато уже успел привыкнуть к ее особенностям.
И вообще, есть темы поинтереснее, если конкретно, на подобии второго сердца.
«Второе сердце… Маги со вторым сердцем», — эта мысль застряла у него в голове, словно предательски зацепившаяся за одежду колючка. — «То есть, в этом мире подобное считается обыденным?»
Второе сердце — это звучало одновременно абсурдно и логично. Абсурдно, потому что в прошлом мире Юсато такого не было, впрочем, в прошлом мире и магии с монстрами то не было. Парень скосил взгляд на Арвен, которая уже, казалось, и думать забыла о том, что только что случайно раскрыла ему нечто совершенно ненормальное с его точки зрения.
«Узнать бы побольше».
— Слушай, а ты чего пошла в авантюристы? — невзначай спросил Юма.
На что последовало слабое «м?».
— Ага, я нытику ни слова не скажу! Не дождешься общения со мной!
— Слушай, а может ты просто общаться нормально не умеешь?
— С нытиками по другому нельзя!
— И вот опять. Еще ведь свое любопытство накормила, а мое мне не даешь. Несправедливо, — тихо проговорил Юсато.
Он чуть повернул голову в сторону, оценивая девушку внимательнее.
— Дорогая, по виду, мантия, манеры, говор, знания и магия. Да по любому из какого-нибудь старого рода, — размышлял синеглазый вслух, будто проговаривая мысли самому себе. — Чего же тогда сама стала рисковать жизнью ради грошей? За характер из дома выгнали? — в шутливой манере отомстил он.
Ответа не последовало. Выдохнувшая маг слегка дёрнулась после последних слов, а затем просто сглотнула.
Юма моргнул.
«А? Серьезно? Неужто прям в точку попал?».
— Аэм, я...? — слегка разволновавшись, парень остановился и слабо ткнул собеседницу в плечо.
— Идиот...
«Похоже, что да», — ударило по голове. В миг разум Юмы прояснел и выдал.
«Действительно выгнали?».
А не перегнул ли тогда палку герой? Вроде, в него летело еще больше грубости и оскорблений, соответственно, все справедливо... но почему же стало вдруг так тяжко?
Из-за всех перетягиваний кармического троса Юма ощущал себя весьма неоднозначно. Глаза его упали на потрепанные кеды, носы которых уже заметно истязались под весом всего произошедшего. Казалось бы, мелочь, но для попаданца это был удар. Единственное, что отвлекало от сей проблемы, так это чувство вины и стыда.
— Извини.
Ответа вновь не последовало. «Ладно» — подумалось юноше. Он решил, мол, раз человек не хочет говорить, значит, остается лишь молча сожалеть.
Подобно и прошла следующая половина часа. Арвен заснула, а Юма всё глубже проваливался в мысли, которые уже не казались такими безобидными.
Он шёл на автомате, не замечая ни смены освещения, ни лёгкого ветра, раскачивающего листву. Разум плавал где-то между усталостью и тягостными догадками, а тело двигалось по инерции. Казалось, ещё чуть-чуть и он просто провалится в эту вязкую пучину, где нет ни боли, ни мыслей, ни Арвен с её колкостями, ни Хаято, которого он тащил наперекор всему.
Так было до тех пор, пока со стороны ветки не послышался грубый кашель. Конечно, Юма не смог пропустить такой звук. Героя звали по имени.
Парень медленно повернулся и испуганными глазами уставился на источник всего.
— Х-хаято?
Обновлено: 17.01.2026