Предъявив удостоверение «Лован» сотрудникам пристани на озере Синлун, Сюэ Чжоу сел в скоростной катер и вскоре был на базе.
Пройдя три уровня проверки безопасности, он направился к столу, заваленному горами бумаг, и деликатно постучал по столешнице.
Из-за бумажной баррикады тут же вынырнула девушка с двумя хвостиками и очками на носу. Сюэ Чжоу вспомнил её — Чэнь Мэнмэн, она представлялась в прошлый раз.
Увидев Сюэ Чжоу, Чэнь Мэнмэн расцвела, её улыбка была ярче цветов в парке Синлун.
— О, Сюэ Чжоу! Ты пришел! А у нас для резервистов пока никаких задач нет. У тебя какое-то дело?
Сюэ Чжоу вежливо кивнул:
— Я могу пройти в архив? Хочу изучить материалы по Аномалиям.
— Вау, какой прилежный старшеклассник, я и забыла, что ты еще учишься! — Чэнь Мэнмэн вскочила со стула, её пушистые хвостики забавно подпрыгнули.
Она была одета в приталенную белую рубашку и коричневую клетчатую юбку чуть ниже колен — образ, сочетающий игривость и строгий офисный стиль. Указав на правую дверь в холле, она перешла на местный сленг:
— Короче, чешешь через ту дверь до упора, там направо, потом снова до упора и налево. И ты на месте!
— А столовая?
— Столовая прямо по левой стороне, не промахнешься. Кстати, сегодня кормят просто отменно! — оживилась она, указывая направление. — Может, сходим вместе пообед...
— Я предпочитаю есть один. Спасибо за маршрут.
Сюэ Чжоу перебил её, не дожидаясь окончания фразы. Он запомнил дорогу, вежливо кивнул и направился в сторону пищеблока. Продолжать диалог не входило в его планы — социальные ритуалы людей казались ему утомительными и бессмысленными.
Чэнь Мэнмэн, увидев, как решительно он удаляется, обиженно надула губы.
— И почему Линь Сяо сегодня с ним не пришел? — пробурчала она себе под нос и, немного подумав, тоже поспешила в столовую.
Кормили в «Лован» действительно на убой — шведский стол для сотрудников. Конечно, омаров и вина урожая 87-го года здесь не подавали, но для госучреждения уровень был впечатляющим.
В этот день каждый, кто заглянул в столовую, не мог не заметить одного странного парня, похожего на школьника.
С момента, как он вошел, он не переставал есть. На его столе росла башня из идеально чистых тарелок.
Именно с этого дня в столовой «Лован» родилась легенда.
Сначала она звучала как: «Тот парень, что съедает шесть порций за раз».
По мере того как слухи передавались из уст в уста, версия трансформировалась в: «Тот парень, что за один присест съел шестерых мужиков».
А чуть позже и вовсе сократилась до жутковатого: «Человек, который ест людей».
В итоге за Сюэ Чжоу закрепилось прозвище «Таоте».
Многие даже начали обращаться к нему «Брат Таоте», но это случится позже.
Когда Сюэ Чжоу наконец насытился и встал из-за стола, его провожал хор изумленных шепотков: «Е-мое...», «Жесть...», «Да ну нафиг...».
Даже повар специально вышел из кухни, чтобы молча уставиться на стол, где остались лишь пустые тарелки, вылизанные до блеска. По губам повара читалось всё то же сакраментальное «Е-мое».
Чэнь Мэнмэн, наблюдавшая за этим гастрономическим марафоном, сидела с отвисшей челюстью. Она перевела взгляд на живот Сюэ Чжоу — тот оставался таким же плоским, как и до еды.
— Куда в него столько влезает?.. Там что, черная дыра?
Следуя инструкциям Чэнь Мэнмэн, сытый и довольный Сюэ Чжоу подошел к дверям архива.
Пока он шёл по коридорам, его [Иньские глаза] сканировали пространство. Три кордона на входе были лишь верхушкой айсберга. Само здание было напичкано скрытыми защитными мерами и очищающими барьерами.
Едва войдя на базу, Сюэ Чжоу предусмотрительно запихнул Черныша глубоко в карман брюк, прикрывая его своей аурой. Несмотря на то, что паук имел ранг [Квази-Бедствие], местные варды могли доставить ему серьезные неприятности.
Взять, к примеру, эти панорамные окна в коридоре, залитом солнцем.
Стекло было непростым. Свет, преломляясь через него, трансформировался в концентрированную [Солнечную эссенцию] — субстанцию, смертельную для Аномалий.
Если забросить сюда какого-нибудь [Злобного духа], через десять минут от него останется лишь выжженное пятно на полу. Даже переворачивать не придется — прожарка будет равномерной.
Или двери в кабинеты.
Все они были изготовлены из [Древесины Ян], а резьба на них представляла собой не просто узор, а древние охранные глифы и изображения зверей-хранителей. Классический метод защиты от проникновения скверны.
Даже в светло-бежевой штукатурке на стенах Сюэ Чжоу уловил знакомый запах. В смесь явно добавили порошок из [Полыни]. Эффективность изгнания зла — сто процентов.
— Ц-ц-ц, «Лован» денег не жалеет, — мысленно восхитился Сюэ Чжоу.
Масштаб впечатлял. Если даже в таком рядовом филиале есть подземное хранилище [Проклятых артефактов] и копия [Древа Фусан], то организация действительно мощная.
Эти мысли навеяли воспоминания о событиях многовековой давности, когда в архивах «Лован» (или их предшественников) появилось досье на некую сущность. Ему присвоили кодовое имя и довольно обидное прозвище.
Кодовое имя: [Владыка Багровой Луны].
Основанием послужили рапорты выживших, которые видели во тьме руин лишь пару глаз, сияющих, как кровавая луна в безлунную ночь. Сущность пожирала других Аномалий.
Пол: Неизвестен.
Внешность: Неизвестна.
Законы поведения: Неизвестны.
Атрибут: Неизвестен.
Способности: Неизвестны.
Титул «Гуйцзюнь» (Владыка) означал «Король среди Аномалий», а не указывал на гендерную принадлежность. Так и повелось — [Владыка Багровой Луны].
Звучало пафосно и грозно.
А вот народное прозвище оказалось куда более нелепым.
Оно было полной противоположностью величественному титулу — «Бич Аномалий».
Почему Сюэ Чжоу назвали именно так?
Всё просто. В те времена, в силу определенных обстоятельств, ему приходилось часто питаться. И где бы он ни появлялся, все местные призраки и духи исчезали.
Кто-то был съеден, кто-то в панике бежал, едва почуяв его ауру. Аномалии десятой дорогой обходили места его обитания.
Как следствие, там, где останавливался Сюэ Чжоу, человеческое общество процветало в мире и спокойствии. Паранормальная активность падала до абсолютного нуля.
Руководство «Лован» знало о существовании [Владыки Багровой Луны], но никто из оперативников ни разу не видел его в лицо.
У них была лишь аксиома: «Там, где Владыка, Аномалий нет».
Отношение организации к нему было сложным — смесь ненависти и благодарности. С одной стороны, он был неконтролируемым фактором. С другой — он не трогал людей и не приносил бедствий, наоборот, поддерживал баланс Инь и Ян, выполняя работу застильщиков.
Поэтому «Лован» скрипя зубами молчаливо дозволял ему бродить по своим территориям.
Да и будем честны: поймать [Владыку Багровой Луны] они всё равно не могли.
А если бы и поймали — сил бы не хватило удержать. Так что выбрали тактику философского игнорирования: пока не буянит — пусть гуляет где хочет.
Висящий веками ордер на арест был скорее «работой на публику», чтобы сохранить лицо организации. Мол, мы бдим и ищем.
Хотя, конечно, если бы Сюэ Чжоу решил устроить хаос, им пришлось бы вмешаться, невзирая на потери.
Обновлено: 22.01.2026