Глава 65 — Глава 65

Правая рука Цинь Вэня мгновенно покрылась Священным пламенем Пурпурного Пламени. Он наотмашь полоснул ладонью по воздуху. Чудовищный жар священного пламени в то же мгновение с легкостью расплавил обычное стальное оружие! Пятеро нападавших застыли в оцепенении, но быстро пришли в себя. — Ку… культиватор?! — Нам конец, босс! Бежим! Вздумали бежать? Поздно! Цинь Вэнь взмыл вверх, подобно прыгающей рыбе, и широко развел руки, разбрасывая крохотные искры Священного пламени Пурпурного Пламени. Пятерым стражам, окружившим его, за секунду прожгло головы и груди; они испустили дух на месте. Снова взмах рук – и еще пять стражей, только что расправившихся с прислугой, а также четверо, преграждавших путь карете Ли Дафу, были заживо испепелены священным пламенем. Главарь стражей, сидевший в карете и уже приготовившийся прикончить Ли Дафу, услышал снаружи неладное и поспешно выскочил проверить, в чем дело. — Что случилось?! Он обвел взглядом окрестности и обнаружил, что все его братья распластаны на земле. — Третий! Пятый! Главарь потряс за плечи двух лежащих рядом парней и перевернул их тела, но лишь увидел у обоих в межбровье по обугленной дыре. — Они мертвы, не тряси их. Спокойный голос раздался прямо за спиной главаря. — Это ты! Тот резко обернулся и увидел перед собой Цинь Вэня. — Я недооценил тебя! Что ж, тогда познай на себе всю мощь техники меча клана Ню! С этими словами главарь сделал выпад и нанес рубящий удар. Меч шел обманчиво медленно, но в этот удар была вложена вся его недюжинная сила! — Пш-ш… Однако клинок не выдержал даже легкого касания ладони Цинь Вэня, объятой Священным пламенем Пурпурного Пламени. Меч просто переплавился пополам. Цинь Вэнь с насмешкой произнес: — Техника меча клана Ню? Ну и «ну». Главарь совершенно опешил: — Ты культиватор? — Какой догадливый, — ответил Цинь Вэнь и нанес удар ногой в грудь противника. Главарь отчетливо услышал, как одна за другой хрустят его ребра. Сила, которой он не мог противостоять, подхватила его, и он отлетел назад. Сломав подряд три дерева, тело главаря наконец остановилось, повиснув на четвертом стволе и безжизненно покачиваясь на ветру. Цинь Вэнь отряхнул руки и постучал по стенке кареты: — Ли Дафу, всё кончено. Со злодеями покончено. Ли Дафу вместе со всем семейством снова вышел наружу и пал ниц перед Цинь Вэнем. — Бессмертный господин, вы спасли наши жизни! Ли не знает, как отблагодарить вас, в этой жизни я готов быть вашим рабом, готов служить вам верой и правдой… — Довольно, довольно, — перебил его Цинь Вэнь. — Кто тебя просит в рабы наниматься? Твои слуги перебиты, так что потрудись сам сесть на козлы. — Разумеется, без проблем! — Затараторил Ли Дафу. Хотя семья Ли Дафу от страха не смела выглядывать наружу, они слышали последний вскрик главаря стражей. Только тогда они осознали, что этот статный юноша вовсе не какой-то странствующий герой, а самый настоящий бессмертный! Поскольку телеги больше не было, Цинь Вэню пришлось перебраться внутрь кареты и сесть вместе с женой и дочерью Ли Дафу. Самому же Ли Дафу пришлось потрудиться и лично править лошадьми. Впрочем, он считал, что возможность везти самого бессмертного – это то, чем он сможет хвастаться до конца своих дней. Небо постепенно светлело. После ночного происшествия ни чете Ли, ни Цинь Вэню уже не спалось. Карета, мерно покачиваясь, катилась в сторону Юнчэна. Внутри кареты Цинь Вэнь сидел с закрытыми глазами, восстанавливая силы и усваивая седьмой уровень намерения меча. Ли Сяоцинь то и дело украдкой поглядывала на него, и восхищение в ее глазах было невозможно скрыть. И раньше Цинь Вэнь казался ей красивым и благородным героем. А теперь, узнав, что он бессмертный, она и вовсе не могла сдержать трепета в сердце. Госпожа Линь, видя состояние дочери, подбодрила ее: — Доченька, будь смелее. — Матушка, о чем вы такое говорите… — смутилась девушка. — Уж матери ли тебя не знать? — Улыбнулась госпожа Линь. Вообще-то Ли Дафу уже присмотрел для Ли Сяоцинь жениха из хорошей семьи. Но разве может даже самая знатная семья среди смертных сравниться с бессмертным? Госпожа Линь рассудила, что если ее дочь выйдет замуж за этого молодого и талантливого бессмертного, то весь их клан Ли окажется под его защитой. Какая благодать! — Бессмертный господин, позвольте узнать ваше почтенное имя? — Спросила госпожа Линь, решив помочь дочери. Цинь Вэнь открыл глаза и мягко улыбнулся: — Мое имя – Цинь Вэнь. От этой улыбки сердце Ли Сяоцинь окончательно растаяло. В этом бессмертном было какое-то магическое обаяние, будто он вовсе не принадлежал этому миру. «Неужели все бессмертные обладают такой неземной аурой?» – подумала она. На самом деле, Ли Сяоцинь была не единственной, кто испытывал подобное при встрече с Цинь Вэнем. Жители континента Тяньсюань, сталкиваясь с выходцами с Голубой планеты, первым делом чувствовали их необычайную притягательность. Всё дело в харизме современного человека, которую было не скрыть. Возможно, именно поэтому тех чернокожих и белокожих людей здесь не принимали за демонов или чудовищ. Госпожа Линь продолжала с улыбкой: — Осмелюсь спросить, сколько лет бессмертному Цинь? — В этом году исполнилось двадцать четыре. — А обзавелись ли вы уже женой и детьми? — Путь Бессмертия долог, я пока не помышлял о мирских делах. — О, значит, у вас еще нет супруги? — Лицо госпожи Линь просияло от радости. На самом деле, стоило ей заговорить, как Цинь Вэнь сразу понял, к чему она клонит. Дорога всё равно была скучной, так что он охотно поддерживал беседу, не спеша раскрывать карты. Госпожа Линь слегка подтолкнула Ли Сяоцинь вперед: — Бессмертный Цинь, как вам моя дочь? Цинь Вэнь со знанием дела оглядел Ли Сяоцинь с ног до головы. Девушка так застеснялась, что отвернулась, прикрыв лицо длинным рукавом. — Стройна и изящна, держится с достоинством. Обладает красотой, способной затмить луну и посрамить цветы. Видно, что в доме такого почтенного юаньвая, как Ли, она обучена музыке, шахматам, каллиграфии и живописи. Истинно добродетельная и образованная дева. Цинь Вэнь осыпал ее похвалами с самым серьезным видом, чем несказанно обрадовал госпожу Линь и привел в восторг саму Ли Сяоцинь. Мать решила сразу перейти к делу: — В таком случае… если я предложу вам ее в жены, согласитесь ли вы, бессмертный Цинь? Цинь Вэнь с улыбкой покачал головой: — Есть преграда между бессмертными и смертными. Если практик свяжет свою жизнь со смертным, то в миг неизбежной разлуки из-за смерти его сердце Дао может пошатнуться. Для меня это не принесет блага. Госпожа Линь была глубоко разочарована, а Ли Сяоцинь упрямо закусила губу, втайне проклиная судьбу за то, что она не культиватор. Зато Ли Дафу, правивший снаружи, облегченно выдохнул. Он много странствовал и понимал больше своей жены. Ли Дафу прекрасно знал, что чувства между практиками и обычными людьми не сулят ничего хорошего ни одной из сторон. Но, судя по всему, его дочь уже успела отдать свое сердце этому юноше. Какая девушка не полюбит героя, особенно того, кто спас ее дважды и к тому же оказался бессмертным? Ли Дафу и с закрытыми глазами видел, что его дочь увязла в своих чувствах по уши. В этот момент он услышал, как дочь снова заговорила в карете: — Брат Цинь, неужели я действительно не могу практиковать? Ли Дафу вздохнул: «Всё никак не отступится». — Для культивации нужен духовный корень, — ответил Цинь Вэнь. — Если он у тебя есть, ты, конечно, сможешь практиковать. — А как узнать, есть ли он у меня? — Спросила Ли Сяоцинь. Цинь Вэнь принялся рыться в сумках-хранилищах на своем поясе. — Сейчас посмотрю… Ага, осталась одна. Он достал из одной сумки сферу поиска духовных корней. — С помощью этой вещицы можно проверить наличие корня. Протяни руку. Смущаясь, Ли Сяоцинь протянула свою тонкую нефритовую ладонь, и Цинь Вэнь вложил в нее сферу. — О? Стоило сфере коснуться руки, как она тут же отреагировала. Вскоре артефакт начал светиться: яркое оранжевое сияние становилось всё гуще и насыщеннее. Удивленный Ли Дафу даже остановил карету и поспешно заглянул внутрь. Когда свет немного померк, над сферой завис призрачный иероглиф «Земля». А чуть выше него вспыхнула цифра – девять! — Девятый ранг, Земной духовный корень?!