Глава 110 — Глава 110. В поисках Клана Красных Глаз

Квартал клана Хьюга перевели на режим повышенной готовности. Вся его территория наполнилась гнетущей, предвоенной атмосферой, и виной тому было таинственное «предупреждение», что внезапно появилось в кабинете Хьюги Хиаши. 【Когда маятник коснётся двенадцатой черты】 【Лунный свет озарит незапертую дверь】 【Под вздохи птицы в клетке】 【Я заберу дар Хамуры】 【— Шура】 — Глава клана! Мы уже доложили в Башню Хокаге! Но Хокаге-самы нет на месте, АНБУ отправились на его поиски! — напряжённым голосом доложил ниндзя из Побочной Ветви Хьюга, опустившись на одно колено перед залом совета. В зале совета уже собрались старейшины Главной Ветви Хьюга и глава побочной ветви, Хьюга Хизаши. Хьюга Хиаши, восседавший во главе зала, окинул взглядом стоявшего за дверью ниндзя и жестом велел ему удалиться. Тот, словно получив помилование, поспешно поднялся и ушёл. — Этот Шура просто невыносим! — В прошлый раз он убил спецпосланника Кумогакуре, чтобы подставить наш клан, да ещё и ранил главу! — Это уже ни в какие ворота не лезет! Если он посмеет явиться снова, то живым не уйдёт! Старейшины Главной Ветви кипели от ярости. В их словах смешались унижение, стыд и лютая ненависть к Шуре. Подумать только, великий Клан Хьюга, второй по силе клан ниндзя в Скрытой Деревне Листа, известный на весь мир, — и какой-то таинственный выскочка смеет бросать им такой наглый вызов! Он открыто заявил, что заберёт Бьякуган — это же прямое посягательство на их честь! Старейшины Главной Ветви привыкли к своему высокому положению и никогда прежде не сталкивались с подобной дерзостью. Восседавший во главе стола Хьюга Хиаши холодно обвёл старейшин взглядом, невольно ощущая разочарование. Сотни лет назад Клан Хьюга разделился на Главный и Побочный Дома. Главный Дом состоял из четырёх ветвей, а вместе с линией самого главы — из пяти. Наследник каждой из них становился старейшиной и получал высшее право голоса в совете клана. При этом унаследовать ветвь мог лишь один. Если у старейшины рождалось двое детей, то по традиции старший становился его преемником, а младшему ставили Проклятую Печать Птицы в Клетке, низводя его до Побочного Дома. Подумав об этом, Хиаши взглянул на своего младшего брата, Хизаши. Среди всех высокопоставленных членов клана, собравшихся в зале, лишь Хизаши носил повязку, скрывающую Проклятую Печать Птицы в Клетке на лбу. Лишь он один принадлежал к Побочному Дому. — Хизаши, как думаешь, какова его цель? — вопрос Хиаши вывел того из задумчивости. Он ровно сидел на татами и спокойно ответил: — Глава клана, я подозреваю, что Шура — один из ниндзя нашей деревни. — Что? — Абсурд! — Невозможно! — Хизаши, не говори ерунды! Слова Хизаши вызвали среди старейшин бурю негодования, и каждый спешил оспорить его догадку. Хиаши поднял руку, призывая к тишине. — Я верю, что Хизаши говорит не без оснований. В нашу прошлую встречу с Шурой он был тяжело ранен. Враг, очевидно, прекрасно осведомлён о способностях нашего клана. Сперва Хиаши объяснил это старейшинам, а затем повернулся к брату: — У тебя есть какие-то доводы? — Да, — медленно начал Хизаши. — Во время прошлого боя я с удивлением обнаружил, что Шура прекрасно знаком с техниками Мягкого Кулака. В его тайдзюцу даже прослеживались элементы Стиля Конохи и самого Мягкого Кулака. — Более того, он наверняка проникал в Коноху не только в эти два известных нам раза. А значит, он либо настолько хорошо знает наш барьер, что способен отыскать в нём лазейку и проскользнуть незамеченным, либо… На этом Хизаши умолк, но все в зале и так поняли, к чему он клонит. Если задуматься о первом варианте, то насколько же могущественным должен быть этот человек? Присутствующим невольно вспомнился Учиха Мадара. Появись в деревне второй Мадара, нынешней Конохе было бы нечего ему противопоставить. Хоть Третьего Хокаге и называли сильнейшим, он всё же значительно уступал Первому и Второму, не говоря уже о Мадаре, который мог сражаться с Первым на равных. Поэтому вторая версия — что Шура был одним из своих — казалась куда более правдоподобной. Их размышления прервал ещё один ниндзя из Побочной Ветви, стремительно вошедший в зал. — Глава клана! — Третий Хокаге-сама просит вас явиться в Башню Хокаге для совещания. Услышав приглашение, Хиаши убрал со стола «предупреждение». — Я обсужу дальнейшие действия с Хокаге-самой. А вы постарайтесь в ближайшие дни никуда не выходить, — произнёс Хиаши, обводя старейшин взглядом своего Бьякугана. Старейшины сочли это оскорблением, их лица помрачнели. Однако, вспомнив о силе врага, что с лёгкостью ранил обоих братьев, а затем ушёл от погони АНБУ, они умерили свой пыл. Их собственные навыки были на уровне обычного джонина или токубецу джонина — в столкновении с таким противником им вряд ли удалось бы выжить. Поэтому квартал клана Хьюга и перевели на осадное положение: все бойцы рангом не ниже чунина собрались во дворе Главного Дома. Использование Бьякугана, обычно запрещённое на территории клана, было разрешено. Более того, три группы посменно вели круглосуточное наблюдение, чтобы никто не смог проникнуть внутрь. С такими мерами предосторожности, да ещё и с подкреплением из элитных ниндзя от Хокаге, Хиаши был уверен — враг не проскользнёт в квартал клана Хьюга незамеченным! Глядя вслед уходящему брату, Хьюга Хизаши опустил глаза. О чём он думал в этот миг, было известно лишь ему одному. … А «призрачный вор», отправивший то самое послание, в это время находился далеко от деревни, на северо-западе Страны Огня. — Это здесь? — спросил Менама, стоя на горной тропе. Его лицо скрывала маска лисы. Активированный Глаз Кагуры уже уловил необычную волну чакры. Впереди, на склоне горы, приютилась небольшая деревушка, жители которой жили простой жизнью: вставали с рассветом, ложились с закатом. Их дома, чуть больше двадцати небольших деревянных хижин, были разбросаны по склону и стояли на фундаментах из щебня. Появление Менамы не осталось незамеченным — работавшие в поле крестьяне тут же его увидели. Загадочный человек в черном плаще и маске лисы, от которого исходила зловещая аура, никак не походил на доброго гостя. Селяне тут же побросали работу и бросились обратно в деревню. Вскоре у ворот выстроилось больше десятка человек, вооружённых кто чем: вилами, коромыслами, мотыгами. Они старались придать своим лицам как можно более грозный вид, но это были всего лишь простые крестьяне, и по мере приближения таинственной фигуры их ряды охватывала паника. Топ… Менама остановился прямо перед ними. Его взгляд из-под трехглазой маски лисы впился в одного из мужчин — самого худощавого. — Если не хотите умереть, выдайте мне Клан Красных Глаз, — произнёс он и метнул кунай с печатью взрыва в стоявший неподалёку коровий хлев. Бум! Мощный взрыв разнёс постройку в щепки. Перепуганные до смерти селяне загалдели, переругиваясь и споря друг с другом. Спустя мгновение толпа вытолкнула вперёд старика. Тот, дрожа, сделал пару шагов и с плачем взмолился: — Господин, мы правда не знаем, что это за Клан Красных Глаз! Менама молча указал на худощавого мужчину в толпе. Крестьяне переглянулись и тут же грубо вытолкнули его вперёд. — Нельзя! У меня жена беременная! — рыдая, умолял тот. Но никто его не слушал. Более того, старик предложил: — Господин, может, нам и его жену привести? Только пощадите нас, простых людей. Услышав, как прежде добрый староста готов отдать и его беременную жену, мужчина больше не смог сдерживаться. Его глаза налились алой чакрой, скрыв зрачки. (конец главы)