: ]
«Значит, Учиха Мадара прямо у меня под ногами?» – подумал Цинъюань.
В оригинальной истории этот момент был описан весьма туманно.
Возможно, Учиха Мадара приказал Белому Зецу затащить Обито в подземную пещеру, а потом наплел парню, что тот свалился туда сам. А может, все так и было: Обито еще на стадии пробуждения Шарингана неосознанно использовал часть силы «Камуи».
— Ты как, Рин… Какаши? — Обито, чье тело и голову завалило лишь наполовину, смотрел на них левым глазом.
— Обито! — зрачки Какаши сузились. Он бросился к товарищу, пытаясь сдвинуть огромный валун и вызволить друга.
Увы, как бы Какаши ни старался, камень не сдвинулся ни на миллиметр.
— Не надо, Какаши… Я уже не жилец. Вся правая часть тела раздроблена, я совсем ее не чувствую.
Услышав это, Какаши в отчаянии уперся руками в стену, коря себя за ошибку. Это все его вина. Именно он привел к такому исходу.
Цинъюань молча наблюдал за сценой из глубины пещеры. Трогательно? Безусловно, узы этой троицы крепки. Но… В сердце Обито за людей считаются только Какаши и Нохара Рин. Остальные, как бы хорошо к нему ни относились, для него пустое место. Стоит ему перевернуться на темную сторону, как он, не моргнув глазом, попытается убить учителя и его жену. И это при том, что Кушина во время тренировок Обито по-доброму кормила его онигири и заботилась о нем.
Именно поэтому Цинъюань в свое время решил не сближаться с Обито. Во-первых, незачем, а во-вторых, можно попасть в поле зрения Учихи Мадары и стать лишь очередной ступенькой в плане по очернению Обито.
«Сейчас Намикадзе Минато должен быть уже в пути», – прикинул Цинъюань.
Когда прибудет Минато, они вместе взорвут Мост Каннаби, и миссия будет считаться выполненной. Благодаря этому заданию Цинъюань по возвращении наверняка получит повышение и сможет участвовать в отборе на чунина. Скорее всего, хватит простой внутренней аттестации.
«Дайсеки мертв?»
Цинъюань вдруг заметил среди груды камней тело врага. Похоже, из-за брошенной им негашеной извести Дайсеки не смог выбраться: ему размозжило голову, оставив снаружи только туловище.
Раз уж подвернулась такая удача, Цинъюань тут же решил заняться мародерством. Стоило ему протянуть руку, как он наткнулся на добычу.
«Ничего себе! Таскал с собой тридцать тысяч ре!»
Обнаружив в сумке Дайсеки толстую пачку купюр, Цинъюань немедленно провел процедуру справедливой конфискации, переложив деньги в свой карман.
«Хм?», – внезапно он нащупал еще и свиток с техникой.
Развернув его, он увидел описание ниндзюцу ранга С под названием «Выброс Земли: Подводное Плаванье». Техника позволяла с помощью чакры превращать твердый грунт под ногами в жидкость и быстро перемещаться под землей.
«Видимо, он как раз осваивал эту технику, но, к сожалению, не преуспел», – покачал головой Цинъюань. Теперь все это досталось ему. Если бы Дайсеки действительно овладел «Выбросом Земли: Подводное Плаванье», его бы не раздавило.
Размышляя об этом, Цинъюань не прекращал работу: жилет шиноби Ивагакуре, кунаи, сюрикены, взрывные свитки и прочее имущество перекочевали в его свиток печати.
— Какаши, я хочу подарить тебе свой Шаринган. Это будет моим подарком в честь твоего повышения до джонина.
Пока Цинъюань обирал труп, Обито почти закончил прощаться с Какаши.
— Рин, используй свое медицинское ниндзюцу. Пересади мой Шаринган вместе с роговицей в левую глазницу Какаши.
— Обито… — Какаши потерял дар речи.
Нохара Рин вытерла лицо и, сдерживая скорбь от потери товарища, сказала Какаши:
— Иди сюда. Начинаем операцию.
Сказав это, она начала доставать необходимые инструменты из медицинской сумки.
«Ну, понеслась. Шаринган с горячей заменой», – мысленно усмехнулся Цинъюань.
Самое удивительное в мире шиноби – это Шаринган. Прямо-таки универсальный плагин: неважно, потянет система или нет, установить может каждый. А ведь пересадка глаза – сложнейшая хирургическая операция. Зрительный нерв не восстанавливается. Чтобы глаз заработал, нужно соединить нервные окончания.
Зрительный нерв состоит из более чем миллиона отдельных волокон. Идеально состыковать нерв донорского глаза с нервом реципиента – задача по сложности сравнимая со сваркой перерезанного оптоволоконного кабеля с миллионом жил. И это без какой-либо цветовой маркировки, один в один, без единой ошибки. Не говоря уже о последующем иммунном отторжении и восстановлении кровоснабжения.
То, что Нохара Рин способна провести пересадку глаза в таких варварских условиях, заставило Цинъюаня в очередной раз подивиться всемогуществу медицинского ниндзюцу.
«Шиноби Ивагакуре стягивают кольцо окружения», – дух Цинъюаня-отступника прилетел с разведки.
— Понял, — едва заметно кивнул Цинъюань.
В оригинале Какаши и остальные точно так же чуть не погибли перед взрывом моста, оказавшись в кольце врагов. В итоге их спас только подоспевший Намикадзе Минато.
Это навело Цинъюаня на мысль, что, возможно, в этом и заключалась истинная цель миссии: позволить Намикадзе Минато одним махом накрыть собравшихся шиноби Ивагакуре. Ведь если бы Желтая Молния лично отправился на это задание, враги, завидев его, тут же разбежались бы или начали изматывающую партизанскую войну.
«Как раз чакра почти восстановилась», – отметил про себя Цинъюань.
На этой миссии, помимо боевых заслуг, его главным приобретением стал опыт. Многие приемы, о которых говорил Цинъюань-отступник, требовали личной практики, чтобы стать настоящим навыком. Этот опыт и знания были «софтом». А «железом» стали удвоенный объем чакры после приема запрещенных препаратов и частичное слияние с талантом Цинъюаня-отступника.
Теперь, когда софт и железо развивались параллельно, сила Цинъюаня росла скачкообразно. Сейчас он мог бы с легкостью победить себя прошлого, даже действуя одной рукой!
— Живучие же вы тараканы, надо же, выжили. — Из другого прохода вышел Хоко.
Он уже перевязал рану на руке и теперь с некоторым удивлением смотрел на Цинъюаня и остальных, которых не раздавило обвалом.
— А ты, я погляжу, использовал подлый трюк против Дайсеки, — взгляд Хоко остановился на Цинъюане. Заметив, что парень все еще мародерствует на теле товарища, джонин Ивагакуре нервно дернул уголком рта. — Пф-ф, сначала прикончу этого седовласого щенка.
Хоко почувствовал, что в Какаши что-то изменилось. Приглядевшись, он понял: тот пересадил себе Шаринган! При виде этого глаза врага загорелись жадностью: если этот сопляк смог, то почему бы и ему не попробовать?
Хоко поднял клинки. Лезвия без рукоятей были примотаны белыми бинтами прямо к его запястьям – по одному на каждой руке.
Какаши посмотрел на Хоко с решимостью во взгляде.
— Цинъюань, оставь его мне.
Какаши шагнул вперед, заслоняя собой товарища, и поднял нинто. Он должен отомстить за Обито.
В следующее мгновение обе фигуры исчезли. Когда они появились вновь, по пещере разнесся звон металла. Короткий клинок, доставшийся Какаши от отца, Хатаке Сакумо, и не сломавшийся за всю его жизнь… разлетелся на куски!
Обновлено: 22.01.2026