Когда разъярённый Третий Мизукаге добрался до Резиденции Мизукаге и распахнул двери зала совета, тот уже был полон. Не хватало лишь его самого да следовавшего по пятам Ягуры Каратачи.
— Хм! — холодно фыркнул он. Не обращая внимания на подчинённых, вскочивших, чтобы поприветствовать его, Третий с нескрываемым раздражением тяжело опустился на своё место во главе стола и недобрым тоном обратился к главному старейшине:
— Старейшина, что всё это значит? Почему вы не могли сказать мне напрямую, а созвали это собрание у меня за спиной?
Несмотря на свой гнев, Третий Мизукаге сохранял базовое уважение к главному старейшине и говорил с ним подчёркнуто вежливо.
Причина крылась в особом статусе этого человека.
Он был соратником Первого Мизукаге, Бьякурена, и помогал ему основывать Деревню Тумана. За свои заслуги он был наделён властью, сопоставимой с властью самого Каге.
Более того, система управления Тумана отличалась от других скрытых деревень. Мизукаге, как верховный лидер, обладал абсолютной властью лишь в вопросах войны. Большинством же внутренних дел деревни ведал именно главный старейшина.
Конечно, обычно старейшина не шёл наперекор Мизукаге, понимая важность сохранения авторитета лидера, но в случае крайней необходимости у него было на это полное право.
— Господин Мизукаге, на сей раз я действительно превысил свои полномочия, — старейшина не стал усугублять конфликт и тут же признал свою ошибку, давая Третьему возможность сохранить лицо. — Однако слишком многие просили об этом совете, и я просто не мог им отказать.
Раз уж старик, видевший всю историю Деревни Тумана от её зарождения, сказал так, Третий Мизукаге больше не мог срывать на нём злость. В конце концов, именно Первый Мизукаге наделил его такой властью.
Третий обвёл всех присутствующих острым взглядом, пытаясь определить, кто из них был заодно с Ягурой, а кто пришёл просто из любопытства.
— Вы хотели созвать совет, и вот я здесь. Так кто-нибудь объяснит мне, какова повестка дня?
Под его пронзительным взглядом большинство собравшихся смущённо отвели глаза. Лишь Ягура Каратачи без малейшего страха встретил его взгляд своими большими пурпурными глазами.
В этот миг его невысокая, почти мальчишеская фигура излучала ауру несокрушимой мощи, заставляя смотреть на него как на неприступную гору.
— Господин Мизукаге, на повестке дня сегодня лишь один вопрос: отмена действующей системы выпускного экзамена в Академии ниндзя!
— Это невозможно! — отрезал Третий Мизукаге.
— Господин Мизукаге, раз уж мы созвали совет, то решение будет приниматься общим голосованием. Вашего личного несогласия недостаточно, — продолжал давить Ягура.
— Ягура прав. Я тоже поддерживаю отмену этого экзамена! — раздался голос.
Это был голубоволосый молодой человек, за спиной которого виднелись два меча в форме рыб, обмотанные бинтами.
«Хозуки Чигецу», — мысленно отметил Третий, переводя взгляд на говорившего.
Хозуки Чигецу, выходец из побочной ветви клана Хозуки — самого могущественного в Тумане — и нынешний лидер Семи Мечников Тумана, владелец парных мечей Хирамекарей. Хоть он и не был главой клана, но представлял его на совете, поскольку нынешний глава, Хозуки Мангецу, был ещё слишком юн.
Едва он закончил, как с другой стороны раздался ещё один голос:
— Я тоже поддерживаю!
На этот раз говорил мужчина средних лет с красивым, почти женственным лицом и длинными прямыми чёрными волосами.
«Сюхё!» — Третий сделал ещё одну мысленную пометку.
Поскольку оба выступивших в поддержку Ягуры были представителями великих кланов, Мизукаге перевёл взгляд на третьего.
Это был мужчина со странной и даже пугающей внешностью. Две красные точки между бровями, глубокие тёмные круги под глазами, причудливая причёска с торчащими косичками, вызывающее выражение лица и улыбка, в которой читалась неприкрытая жажда крови.
Глава клана Кагуя, обладателей улучшенного генома Шикоцумьяку, — Кагуя Кокоцу.
Однако Кокоцу, очевидно, не собирался ничего говорить. Он лишь обводил всех присутствующих безумным взглядом, словно прикидывая, с кем бы ему подраться.
Подождав ещё немного и убедившись, что больше никто не собирается выступать, Третий Мизукаге бросил на Ягуру презрительный и насмешливый взгляд.
«А я-то думал, раз ты сумел убедить главного старейшину и устроил весь этот цирк, то у тебя есть серьёзный козырь! И что в итоге? Всего лишь это? Ты ведь не думаешь, что, перетянув на свою сторону кланы Хозуки и Юки, сможешь заставить меня уступить? Серьёзно? Неужели ты и вправду так думаешь?»
— Раз вы закончили, теперь моя очередь говорить. Вы видите лишь верхушку айсберга, считая экзамен в Академии слишком жестоким, но вы не понимаете истинной причины, по которой я ввёл эту систему!
Третий Мизукаге медленно поднялся, обводя всех ястребиным взглядом.
— Какова цель Академии ниндзя? Готовить свежую кровь для деревни! Но наша Деревня Тумана расположена в море, на островах с крайне ограниченной территорией и ресурсами. Мы просто не можем позволить себе содержать столько шиноби! И что же делать? Только отбирать и растить лучших! Но как определить, кто из выпускников Академии лучший? Истинный потенциал шиноби можно раскрыть, лишь поставив его на грань жизни и смерти! А теперь вы так просто требуете отменить эту систему. Тогда я спрошу вас: что делать с таким количеством выпускников каждый год? Кто их будет содержать? Ты, Каратачи Ягура? Клан Хозуки? Или клан Юки?
Мощная аура вырвалась из старческого тела Третьего Мизукаге. Он поочерёдно ткнул пальцем в Ягуру и его сторонников, и его напор был так силён, что сломил их решимость.
Хозуки Чигецу и Сюхё опустили головы, не смея больше возражать. Лишь один Ягура продолжал стоять на своём.
— Но! Даже если цель — отобрать самых одарённых в смертельной схватке, зачем заставлять их убивать друг друга? Господин Мизукаге, в Стране Воды полно горных разбойников и пиратов, почему бы не сделать целью их?
— Разбойников и пиратов… Хм, — Третий Мизукаге презрительно фыркнул. — Ты думаешь, эта шушера способна загнать шиноби в угол?
— Одного не хватит — пусть будет двое. Двоих мало — пусть будет пять или десять! Бандиты и пираты никогда не кончатся, и это в любом случае лучше, чем заставлять товарищей убивать друг друга! — настаивал Ягура.
— Хм! Мальчишка, для шиноби чувства — самое бесполезное бремя! Если не научиться отсекать их, то рано или поздно они станут причиной твоей гибели! — то ли наставляя, то ли предупреждая, бросил Третий.
— С этим я не могу согласиться! Разве мы не собрались вместе и не основали деревню именно потому, что нас объединяли общие чувства и цели? Если у людей не останется чувств, какая тогда разница между другом и врагом? Между одной страной и другой?
Ягура вскочил, ударив по столу. Его лицо выражало крайнее волнение.
— Хм, какой наивный мальчишка! Раз так, мне больше не о чем с тобой говорить. Начинайте голосование! — сказал Третий Мизукаге и, водрузив на голову свою шляпу Каге, медленно сел.
Обновлено: 21.01.2026