**Глава 15. Бесконечное деление**
Какаши Хатаке рухнул на колени, его тело всё еще окутывал легкий сизый дымок. Из-под обгоревшей маски проглядывала слабая, едва заметная улыбка — смесь боли и немого облегчения. Превозмогая слабость, он медленно выпрямился и, к изумлению присутствующих, глубоко склонился перед Лю Му, коснувшись лбом земли.
В этом жесте было всё: безмерная благодарность за сохраненную жизнь и признательность за милосердие к Конохе.
Лю Му неловко кашлянул, чувствуя себя не в своей тарелке.
«Получил в лицо огненным шаром и теперь бьет поклоны? — подумал он, косясь на джонина. — Это что, какой-то скрытый мазохизм?»
— Довольно, — Лю Му постарался придать голосу твердости. — Жители деревни здесь ни при чем, и я не жажду лишней крови. Уходи.
Какаши еще раз коротко поклонился и поднялся, собираясь уйти. Его больше не заботило, что происходит внутри квартала Учиха. Он понимал: если Лю Му захочет уничтожить Коноху, он сделает это одним щелчком пальцев. Противостоять такой силе было невозможно, а мастер такого уровня не стал бы размениваться на пустые интриги.
Но стоило Какаши сделать шаг, как пространство вокруг заполнили тени.
Несколько фигур в серых жилетах и характерных фарфоровых масках лисиц окружили их. Во главе отряда стоял человек, не скрывавший лица — Данзо Шимура, один из старейшин Конохи и лидер «Корня».
Увидев израненного Какаши, Данзо нахмурился.
— Какаши, что здесь произошло? — его голос был сухим и властным.
Хатаке похолодел. Он боялся не гнева Данзо, а его фанатичной подозрительности. Для лидера «Корня» любой, кто не носил протектор деревни и обладал силой, автоматически становился шпионом. А шпионов Данзо либо ломал на допросах, либо уничтожал на месте.
Лю Му был для него идеальной мишенью. Но Лю Му был «крепким орешком». Не просто крепким — он был силой, с которой Данзо не совладать. Если старик спровоцирует его, Коноху ждет катастрофа, по сравнению с которой недавний огненный шар покажется детской забавой.
— Ничего особенного, — быстро ответил Какаши, стараясь говорить уверенно. — Я просто неудачно потренировался и задел себя собственной техникой.
Данзо одарил его презрительной усмешкой, после чего перевел взгляд на Лю Му. Парень выглядел обманчиво слабым — его чакра едва ли дотягивала до уровня заурядного генина. Но когда Данзо увидел его глаза, в воздухе отчетливо запахло жаждой крови.
— Убить его! — коротко скомандовал старик.
Лю Му даже опешил от такой прямолинейности. Он слышал о деспотизме Данзо, но не ожидал, что тот прикажет казнить незнакомца, даже не спросив имени.
В то же мгновение двое оперативников Анбу сорвались с мест. Их короткие клинки, сверкнув сталью, устремились к горлу и сердцу Лю Му, перекрывая любые пути к отступлению.
— Нет! Стой! Остановитесь! — в отчаянии закричал Какаши.
Он знал: если Лю Му разозлится, гнев этого существа не переживет никто из присутствующих. Но было поздно. Клинки с характерным свистом рассекли плоть юноши.
Данзо наблюдал за этим с каменным лицом. Для него это была лишь очередная рутинная зачистка.
— Какаши, когда всё закончится, я жду от тебя внятных объяснений, — холодно бросил он.
Но Хатаке не слушал. Он замер, его плечи мелко дрожали, а на губах заиграла странная, пугающая улыбка.
— Поздно... теперь уже слишком поздно... — прошептал он.
Шиноби Анбу недоуменно переглянулись. Сын Белого Клыка Конохи выглядел так, будто окончательно лишился рассудка.
И тут «труп» Лю Му начал меняться. Тело парня стало прозрачным, утратило форму и внезапно распалось на три водяные змеи. Они с мерзким шипением извивались в воздухе, но самым жутким было другое: у каждой змеи была человеческая голова — лицо Лю Му с горящими алыми глазами. И эти головы... они хихикали. Тонко, надрывно, пробирая до костей.
Змеи не остановились. Они начали делиться.
Одна превратилась в три. Три — в девять. Девять — в двадцать семь.
За считанные секунды рой прозрачных тварей окружил отряд Анбу. И деление продолжалось с пугающей скоростью. Оперативники, чьи сердца были закалены годами кровавых миссий, почувствовали, как их охватывает первобытный, неконтролируемый ужас.
— Не сметь трусить! — рявкнул Данзо, хотя и сам ощутил неприятный холодок. — Это всего лишь жалкое гендзюцу!
Он был разочарован в своих людях. Неужели простая иллюзия могла так легко сбить их с толку? Данзо резко взмахнул рукавом и его пальцы сложились в печать.
— **[Развейся!]**
Мощный импульс чакры волной разошелся во все стороны. Любая иллюзия должна была рассыпаться в прах под этим напором.
Но в следующий миг Данзо оцепенел. Змеи не исчезли. Напротив, они начали обретать плоть и кровь, превращаясь в фигуры, которые старик узнал бы из тысячи.
Прямо перед ним стояли люди, чьи имена давно стали легендами, чьи кости десятилетиями тлели в земле.
Первый Хокаге, Хаширама Сенджу.
Второй Хокаге, Тобирама Сенджу.
— Это... этого не может быть! — прохрипел Данзо.
Его ноги подкосились. Величественный и непоколебимый лидер «Корня» едва сдерживал желание рухнуть на колени. Но когда из марева теней медленно вышла третья фигура, по лбу Данзо градом покатился холодный пот.
Перед ним стоял Мадара Учиха.
Обновлено: 23.01.2026