Задиристый эдитор мемов про Наруто высмеивал позёра Саске — и вдруг сам очнулся в его теле, без чакры, без клана, зато с системой, которая платит очками за понты. Хочешь силу — выпендривайся эффектнее оригинала: холодный взгляд, дерзкие фразы, любой жест на камеру конвертируется в прокачку. Вот только цена ошибки в мире шиноби — не смех в комментариях, а Орочимару, Акацуки и клинок у горла. Сможет ли новый Учиха обратить чужую ненависть в культ личности и выжить там, где оригинал проиграл?

Задиристый эдитор мемов про Наруто высмеивал позёра Саске — и вдруг сам очнулся в его теле, без чакры, без клана, зато с системой, которая платит очками за понты. Хочешь силу — выпендривайся эффектнее оригинала: холодный взгляд, дерзкие фразы, любой жест на камеру конвертируется в прокачку. Вот только цена ошибки в мире шиноби — не смех в комментариях, а Орочимару, Акацуки и клинок у горла. Сможет ли новый Учиха обратить чужую ненависть в культ личности и выжить там, где оригинал проиграл?