**Глава 49. Песок, унесённый ветром**
Скрытый Песок.
Когда-то величественная цитадель, ныне деревня представляла собой печальное зрелище — сплошное переплетение шрамов и руин. С тех пор как буйство Шукаку превратило это место в пепелище, жители отчаянно пытались восстановить свои дома, но казна была пуста. Денег не хватало даже на то, чтобы накормить выживших, не говоря уже о восстановлении ключевых торговых путей. Страна Ветра, видя это плачевное состояние, попросту отвернулась от своих защитников. Они основали «Новый Скрытый Песок», а затем прислали своего ставленника, нового Казекаге, чтобы тот прибрал к рукам остатки былого величия.
Многие шиноби наотрез отказались покидать родные стены. Причина была прозаична и жестока: новый Казекаге, втайне от высшего руководства, потребовал от переселенцев непомерную «плату за переезд». Те, кто не мог заплатить, были обречены гнить в нищете, ютясь в пыльных пещерах и землянках старой деревни.
Прежний правитель давно исчез, бросив свой народ на произвол судьбы. Лишившись братьев, Канкуро и Гаары, Темари оказалась последней опорой для отчаявшихся людей. Жители, цепляясь за неё как за последнюю соломинку, возвели девушку на пост Казекаге. Теперь Темари разрывалась между попытками наладить дипломатию и мучительными думами о том, как поднять экономику из руин. Её сердце обливалось кровью, когда она видела, как голодные крестьяне роют сухую землю в поисках хоть чего-то съедобного, а обезумевшие от горя родители оставляют плачущих детей прямо на пыльных улицах. От прежнего процветания не осталось и следа.
Не раз и не два она думала о том, чтобы покончить со всем этим. Но каждый раз, когда её рука тянулась к заветному пузырьку со снотворным, перед глазами вставали лица односельчан — измождённые, полные мольбы и надежды. Она не могла их предать. Сцепив зубы, Темари вновь надевала мантию и шляпу Казекаге, не смея даже представить, в какой хаос погрузится это место, если она сдастся. Она делала всё, что было в её силах, хотя рядом с ней больше не осталось ни одного верного соратника.
В тот день новый Казекаге снова прибыл в деревню со своей свитой, чтобы вербовать людей. Никто не осмеливался преградить ему путь. Недавно несколько шиноби попытались возмутиться его наглостью — им просто переломали руки, навсегда лишив возможности быть ниндзя. Верхушка Страны Ветра смотрела на это сквозь пальцы: пока нет трупов, новому ставленнику позволялось творить что угодно.
— О, госпожа Темари! Какое рвение, — раздался вязкий, неприятный голос. — Неужели сама Казекаге помогает черни класть кирпичи?
Темари, чьё лицо было покрыто слоем пыли, а мантия — пятнами извести, даже не обернулась. На губах нового Казекаге заиграла сальная ухмылка. Он медленно подошёл ближе, сопровождаемый своими прихвостнями.
— Ваше одеяние совсем испачкалось. Подумать только, великая Темари трудится над лачугой нищего... Какая жалость, право слово, — он картинно вздохнул.
Видя, что Темари игнорирует его, продолжая методично укладывать кирпичи, гость ощутил укол раздражения. Он вытащил из кармана толстую пачку купюр, перевязанную бечёвкой, и небрежно бросил её в пыль.
— Здесь десять тысяч.
Темари лишь нахмурилась, не желая вступать в диалог. Но стоявший рядом беженец не выдержал. Словно дикий зверь, не видевший еды много дней, он бросился к деньгам. Однако стоило его пальцам коснуться купюр, как тяжелый сапог нового Казекаге с силой придавил его руку к земле.
Темари замерла с кирпичом в руках. Горло перехватило. Что она могла сказать? Обвинить несчастного в отсутствии гордости? Но чего стоит гордость, когда твоя семья умирает от голода? В конечном счете, это была её вина. Она была бесполезна, раз её люди дошли до такого состояния.
*Свист...*
Ледяной порыв ветра ударил в лицо. Темари до боли закусила губу, сдерживая рвущийся наружу крик. Ей хотелось рыдать, но слезы давно высохли за те бесконечные ночи, проведенные в одиночестве.
— Хочешь денег? — издевательски протянул новый Казекаге. — Ну же, скажи, как сильно они тебе нужны?
— Да... Да! Господин, вы так добры! Пожалуйста, отдайте их мне! — Нищий униженно припал к земле, его лоб с глухим стуком раз за разом ударялся о камни. — Моя семья... дети... они совсем ослабли от голода! Умоляю вас!
— Видишь, Темари, у меня сердце буддистского монаха, — холодно усмехнулся самозванец и перевел взгляд на девушку. — Слушай внимательно, бедолага. Возьми эти деньги и дай Темари пощечину. Сделаешь это — и я удвою сумму.
Нищий замер. Он медленно повернул голову к Темари, которая только что помогала ему строить дом. В его душе шла отчаянная борьба между совестью и инстинктом выживания. Он так сильно сжал челюсти, что, казалось, зубы вот-вот раскрошатся.
— Или вот ещё вариант, — Казекаге окинул фигуру Темари оценивающим взглядом. — Позволь ей стать моей наложницей, и я, так и быть, заберу часть твоих людей в свой Новый Песок. Грязновата она, конечно, но если отмыть... думаю, в постели будет в самый раз.
— Нет... Нельзя... — прошептал нищий, качая головой.
— Тогда бей её! Ударь — и получишь двадцать тысяч! Нет, тридцать! Этого хватит, чтобы кормить твою ораву целый год! — Новый Казекаге с силой пнул мужчину в лицо. — Если не ударишь, не получишь ни гроша!
— Давай, — Темари медленно положила кирпич на землю. На её губах появилась печальная, но добрая улыбка. — Бей. Я разрешаю.
Дрожа, нищий поднялся с колен. Зажав в кулаке купюры, он подошел к Темари. Девушка медленно закрыла глаза. Чтобы хоть как-то помочь людям, вчера она продала свой Веер с тремя лунами. Это не могло искупить её бессилия, но хотя бы немного успокаивало совесть.
«Всего лишь пощечина. Если это поможет им выжить, то какая разница?» — подумала она.
Мужчина зажмурился и замахнулся пачкой денег, целясь в лицо своей правительницы.
*Хвать!*
Лицо нового Казекаге в мгновение ока сменилось с предвкушающего на ошарашенное. Прямо перед Темари стояла девушка в алом плаще. Её тонкие пальцы стальным капканом перехватили руку нищего. Яркие, как летнее небо, голубые глаза смотрели на самозванца с опасным, почти хищным интересом. В этом взгляде чувствовалась угроза, исходящая от ядовитой змеи, затаившейся в траве.
Темари распахнула глаза. В этот момент незнакомка откинула красный капюшон, и на плечи рассыпался водопад сияющих золотых волос.
— Мне плевать, кто ты такой, — голос девушки был обманчиво мягким. — С этого момента эта территория — моя. И эта милая леди тоже принадлежит мне.
Она по-хозяйски приобняла Темари за плечи и с нескрываемым презрением посмотрела на «нового Казекаге».
— Если не уберетесь отсюда сию же секунду, мне придется прибегнуть к силе. А я, признаться, не очень люблю драки. Особенно убийства. Это... слишком пачкает руки.
— Ты ещё кто такая?! — взвизгнул самозванец, не веря, что кто-то смеет ему угрожать в этом богом забытом месте.
— Моя фамилия Узумаки, а зовут меня Наруко, — холодно усмехнулась блондинка. — Имя должно быть тебе знакомо.
— Наруко Узумаки? Никогда не слышал! — выкрикнул кто-то из свиты.
— Очередная недобитая из клана Узумаки? Сама безродная бродяга, а лезет не в своё дело!
— Возомнила себя кем-то важным, — задиристо подхватили остальные.
Новый Казекаге не успел вставить и слова, как вдруг развернулся и со всей силы пнул первого насмешника.
— Кто тебе позволил рот открывать?! — взревел он, брызжа слюной. — А ну, живо на колени! И вы все — быстро мордой в землю!
Закончив раздавать тумаки своим людям, он развернулся к Наруко и с размаху рухнул на колени. Его лоб с грохотом встретился с камнями.
— Сестрица Наруко! — запричитал он, и в его голосе слышался неподдельный, первобытный ужас. — Простите дурака! Бес попутал, глаза застило! Я ничтожество, я мразь, я сам себя накажу! Вот, смотрите!
Он начал неистово хлестать себя по щекам, а по его лбу градом катился холодный пот.
— Хм, «Новый Казекаге», значит? — Наруко задумчиво прикусила губу. — Послушай, сколько раз этот бедняга перед тобой ударился головой? Ты считал?
— Н-нет... не считал...
— Тогда верни ему долг. Десять тысяч поклонов.
— Считал! Считал! — взвизгнул тот. — Было семь или восемь раз!
— А? Семьдесят восемь? Ну, тогда с тебя семь тысяч восемьсот поклонов.
— Нет! Было восемь! Всего восемь!
— О, тогда верни восемьсот. Я попрошу Манду присмотреть за тобой. Если пропустишь хоть один — он тебя съест.
Наруко прикусила палец и, быстро сложив печати, призвала гигантского сине-фиолетового змея. Манда, увидев Наруко, вел себя тише воды, ниже травы — куда покорнее, чем с Наруто. В конце концов, перед ним стоял Мудрец, прошедший обучение в его родных краях.
— Есть! Будет исполнено! — Самозванец, не теряя ни секунды, начал неистово биться лбом о землю.
— Госпожа Наруко, зачем звали? — лениво осведомился Манда, с интересом наблюдая за «землеройными работами» Казекаге.
— Проследи за этим типом. Пусть отвесит ровно восемьсот поклонов. Недосчитаешься одного — можешь его сожрать.
— А как быть с его шестерками?
— Если их босс не справится, съешь и их тоже.
— Понял... Эй ты! — Манда хищно сощурился, глядя на Казекаге. — Чего замер? Я первые три не засчитал, начни сначала.
В глазах змея вспыхнул кровожадный блеск. Самозванец, обливаясь слезами и соплями, продолжал свой унизительный марафон, а его подчиненные считали каждый удар усерднее, чем собственные деньги, боясь оказаться в желудке монстра.
— Простите... — Темари всё ещё не могла прийти в себя. Она чувствовала странное спокойствие, прижимаясь к плечу Наруко. Эта девушка была её ровесницей, но от неё исходила аура такой власти, что сопротивляться не хотелось. — Кто ты на самом деле?
— Давай познакомимся поближе. Я Наруко Узумаки, лидер организации Новое Скрытое Водоворота, — Наруко чуть склонила голову, заглядывая Темари в глаза. — Я здесь, чтобы предложить сотрудничество. Мне нужна сильная деревня для подготовки моей армии шиноби. И поверь, я в долгу не останусь.
Она озорно улыбнулась и добавила:
— Конечно, если между нами вспыхнет искра любви, я буду только за! Но если нет — не беда. Я обеспечу вас всем: ресурсами, деньгами, людьми. Я восстановлю твой Скрытый Песок.
— Но почему... почему я? — прошептала Темари, не веря своему счастью. Это было похоже на чудо.
— Во-первых, вы — одна из пяти великих деревень. У вас колоссальный опыт в подготовке военных кадров. Пусть сейчас всё разрушено, территория у вас огромная, а нам нужна земля, пусть даже такая засушливая.
Наруко улыбнулась еще шире, и в её глазах промелькнуло нечто искреннее.
— А во-вторых... я слышала, что Казекаге Скрытого Песка — невероятно сильная и очаровательная девушка. Вот и решила заглянуть. Ну что, я похожа на прекрасного принца, явившегося на спасение? Хе-хе, шучу я.
Так Скрытый Песок вошел в состав сил Наруко. Это произошло ровно через месяц после того, как Тоби и Кисаме захватили Однохвостого.
Обновлено: 18.02.2026