Глава 38 — Глава 38. Пакура и Баки

— Не совсем. В Кукольном Отряде ты будешь числиться, но не служить, так что получишь только половину оклада. А вот в элитном отряде тебя не считают временным работником, там будет полная ставка. Плюс чунинам полагается ежемесячная надбавка в десять тысяч рё, которая сохраняется пожизненно, даже после отставки, — объяснил Миёши. — Тоже неплохо. Кукольный Отряд и элитный боевой отряд были подразделениями одного уровня, и если не занимать командных должностей, оклады были одинаковыми. Выходило, что его зарплата выросла в полтора раза, плюс ежемесячная надбавка. Повышение и прибавка к жалованью – это всегда приятно. На следующий день Шимизу, приведя в порядок снаряжение, отправился в Башню Казекаге. Там он нашел Эбизо, поставил печать и подпись на документах, и только после этого официально стал чунином. Повышение статуса в одной из великих деревень шиноби принесло куда больше удачи, чем захват мелкой банды и улицы в Готэме. Индикатор циюнь мгновенно подскочил с двадцати целых и девяти десятых процента до сорока пяти и трех, и продолжал медленно расти. Получив на складе свой жилет чунина, Шимизу направился ко второму тренировочному полигону. Там его уже ждали новые товарищи по команде. ... ... Когда Шимизу прибыл на место, там его уже ждали. Стройная высокая девушка в открытой на спине одежде. Она была симпатичной и выглядела чуть старше него. — Привет, я Пакура, мне двенадцать. В прошлом году стала чунином. Специализируюсь на Стихии Ветра и Огня. Если не ошибаюсь, ты тоже новенький в девятом отряде? Пакура открыто протянула ему руку. — Привет, я Шимизу, чунин. Временно переведен из Кукольного Отряда. Шимизу с улыбкой пожал ей руку. С будущими товарищами, от которых на задании будет зависеть его жизнь, стоило наладить хорошие отношения. Тем более, что по его воспоминаниям, Пакура была далеко не последним человеком в деревне. Они немного поболтали, и вскоре подошли остальные члены отряда. — Баки, чунин, одиннадцать лет. Стихия Ветра, Стихия Земли и фехтование. Еще один «знакомый». В будущем он станет наставником для троих детей Расы, а в тот период его статус в Сунагакуре будет сопоставим со статусом Какаши в Конохе. Значит, он определенно станет одним из сильнейших джонинов деревни. «Похоже, отряд у меня непростой», – подумал Шимизу. Состав выглядел сбалансированным: Пакура – классический ниндзя, специализирующийся на ниндзюцу, Баки – мастер нин-тайдзюцу. Один для дальнего боя, другой для ближнего. Сам он, как Кукловод, мог действовать на любой дистанции и, скорее всего, должен был исполнять роль поддержки. С этими мыслями Шимизу перевел взгляд на последнего члена отряда. Это был молодой джонин. Как и Баки, он носил на голове белую повязку, был довольно симпатичен, а длинный меч за спиной выдавал в нем искусного фехтовальщика. — Все представились? Тогда моя очередь. Джонин кашлянул и продолжил: — Меня зовут Казаками Сенран, джонин, двадцать девять лет. Владею Стихией Ветра, Огня и Молнии, с мечом тоже на «ты». С сегодняшнего дня я ваш капитан. Следующую неделю мы будем выполнять простые задания, чтобы сработаться. Представляясь, Казаками Сенран оценивающе разглядывал своих новых подчиненных. Перед его назначением Чиё и Эбизо, разумеется, ввели его в курс дела. Шимизу был под особым контролем – кандидат в лидеры нового поколения Кукольного Отряда. Пакура обладала величайшим талантом к ниндзюцу среди всех сверстников в деревне за последние годы. Баки немного уступал ей, но тоже был невероятно перспективен. Возглавлять такой отряд было непросто: нужно было не только максимально раскрыть потенциал этих троих, но и уберечь их от гибели. Если все получится, из них выйдут как минимум три элитных джонина, а может, и кто-то уровня Каге. Именно поэтому наставником им назначили его, элитного джонина. С одной стороны, его познания в ниндзюцу и фехтовании могли помочь им в развитии. С другой – он должен был стать телохранителем для трех многообещающих чунинов, выполняя с ними подходящие по уровню задания и давая им возможность набраться опыта. — Я разделяю слова Второго Казекаге: дела важнее слов. По дороге сюда я уже взял для вас миссию B-ранга. Шимизу, Пакура и Баки переглянулись. Начинать сразу с миссии B-ранга казалось им несколько преждевременным. С момента выпуска из академии и до повышения до чунина Шимизу выполнил всего три таких задания, не считая той случайной миссии, переросшей из ранга A в S, и последнее из них закончилось для него ранением и лечением в деревне. Хотя сейчас он стал намного сильнее, не лучше ли было начать с чего-то попроще для слаживания команды? Впрочем, раз их страхует элитный джонин, можно было и рискнуть. ... ... С тех пор как Шимизу попал в этот отряд, он больше не выполнял заданий низкого ранга. Став чунином, он распрощался с миссиями D-ранга, которые выполнял, будучи генином. Если только в будущем ему не доведется стать наставником для команды выпускников, он вряд ли когда-нибудь снова возьмется за подобное. Теперь его отряд в основном выполнял миссии B-ранга. В свободное от них время они могли брать простые задания C-ранга для тренировки, отдыхать или заниматься самосовершенствованием. В плане наставничества Казаками Сенран оказался весьма полезен: он глубоко разбирался в стихиях Ветра, Огня и Молнии, и даже владел основами медицинского ниндзюцу и Техники Запечатывания. Однако в искусстве кукловодства он ничем не мог помочь Шимизу. Но это не означало, что тот остался без учителя. Он по-прежнему числился в Кукольном Отряде и мог в любое время обратиться за советом к Ишидо, который все еще восстанавливался в госпитале, или продолжить спарринги с Сасори, чтобы получить доступ к его домашней библиотеке. Стоит отметить, что и Чиё, и Эбизо разрешили Шимизу обращаться к ним за советом, когда они будут свободны. Именно в тот момент Шимизу по-настоящему осознал, как изменился его статус в Сунагакуре. Проявить талант, привлечь внимание руководства, примкнуть к одной из фракций, получить ресурсы для развития и таким образом быстро подняться по карьерной лестнице. Этот способ работал в любой организации, был самым надежным и имел меньше всего негативных последствий. Без сомнения, Шимизу теперь находился под особым покровительством Чиё и Эбизо.