В ночь, когда в Конохе должен родиться будущий джинчуурики, а печать Девятихвостого предельно слаба, на стене деревни бесшумно появляется незнакомец с белоснежными волосами и черной повязкой на глазах. Это не тот Годжо Сатору, каким его помнят по миру магов — перед элитными джонинами и самим Третьим Хокаге стоит человек из другой реальности, переселившийся в тело юного мага и проживший в своем прежнем мире не один десяток лет, оттачивая силу, которая и без того считалась почти божественной. Пока Обито расправляется с охраной роженицы и похищает хвостатого зверя, а сбитый с толку Минато мечется между пространственными атаками похитителя и надвигающейся катастрофой, этот странный гость с любопытством разглядывает незнакомый мир, где чакра и ниндзюцу для него — не угроза, а неисчерпаемый повод для лекций.

Хирузен Сарутоби, повидавший на своем веку многое, один за другим бросает в бой лучших: скрытого мастера теневых техник, отряд запечатывания, редчайшую формулу клана Узумаки — и один за другим убеждается, что до незваного гостя невозможно даже дотронуться. Каждая атака, каждая печать, каждая ловушка Конохи разбирается этим насмешливым учителем походя, будто головоломка для скучающего ребенка, а голова самого Хокаге разлетается на куски прежде, чем кто-либо успевает понять, что произошло. Но настоящая проверка сил еще впереди — там, где бушует Девятихвостый, а судьба деревни повисла на кончиках пальцев человека, которому, кажется, вообще все равно, чем закончится эта ночь.