У ворот квартала клана Учиха возникла фигура – мужчина, чье военное снаряжение выдавало в нем бойца спецотряда АНБУ.
— Сегодня ночью всё закончится, — прошептал он с глубокой болью в голосе и растворился в ночной тени.
…
— Малыш Юки, ребенку не след разгуливать вне дома в столь поздний час, — Хиаши сохранял бесстрастное лицо, стараясь выдерживать достоинство главы клана, хотя на самом деле внутри он просто сгорал от ревности, видя, как мальчишка заигрывает с его дочерьми.
В этот момент Хиаши и вправду неистово хотелось придушить этого не по годам развитого мальца.
— Отец! Еще вовсе не поздно! — Ханаби недовольно надула губки.
— Отец… я… я тоже… — Хината робко попыталась возразить, но природная застенчивость не дала ей закончить мысль.
Глядя на это, Хиаши окончательно пал духом. Он чувствовал себя преданным: дочери, которых он растил и оберегал, теперь защищали какого-то мальчишку.
Юки, глядя на Хиаши, лишь весело улыбнулся. Глава Хьюга казался ему забавным. Сам Юки не помнил своего отца – тот погиб, когда сыну едва исполнился год.
Мать часто рассказывала ему, что отец был великим ниндзя. Наблюдая за Хинатой и Ханаби, Юки из чистого любопытства пытался понять, каково это – иметь отца. И хотя он часто видел главу Учиха, именно Хиаши казался ему более «настоящим» родителем. Пусть поначалу тот и вел себя холодно, Юки видел: всё, что делал этот человек, было ради клана и ради того, чтобы его дочерей не считали бесполезными.
— Благодарю за заботу, господин Хиаши, — отозвался Юки, — но я заранее отпросился из дома и вполне могу остаться на ужин.
Хиаши почувствовал, как у него задрожала рука.
«Почему ты не понимаешь намеков и просто не уберешься вон?!» – пронеслось у него в голове, но внешне он остался всё так же невозмутим.
— Ура! Братец Юки остается ужинать! — Ханаби так искренне обрадовалась, что даже не заметила, как нахально Юки сам себя пригласил.
Хината тоже просияла, но в отличие от сестры лишь молча и счастливо кивнула.
Хиаши, глядя на дочерей, окончательно лишился дара речи.
«Кто тебя вообще звал?! Это что, твой дом, паршивец?» – он тяжело вздохнул. Голова раскалывалась, но приходилось признать: с тех пор как этот мальчишка ворвался в жизнь его дочерей, многое изменилось в лучшую сторону.
Со смерти его брата в отношениях отца и дочери зияла огромная пропасть. Хиаши считал, что раз брат пожертвовал собой ради него и его дочери, то долг Хинаты – стать сильной и достойной главой клана. Помыслы его были чисты, но он взвалил на ребенка непосильную обузу. Он был образцовым лидером, но постепенно забывал, как быть хорошим отцом.
Всё переменилось с появлением Юки. Он был подобен яркому пламени, к которому мотыльки летели сами собой, не в силах сопротивляться.
Напряженность между Хинатой и Неджи сошла на нет, их совместные тренировки возобновились с прежним рвением. Ханаби крепла день ото дня. Даже его племянник Неджи попал под это влияние – его застарелая боль утихала, а главное, на лицах дочерей теперь всё чаще играли улыбки.
Да и сам Хиаши, хоть и не хотел признавать, при виде счастливых детей невольно вспоминал годы собственного детства, проведенного с братом.
Именно поэтому он не мог по-настоящему ненавидеть этого мальчишку, каким бы раздражающим тот ни был.
— Ну чего же мы ждем? — Пробормотал он. — Позовите Неджи, пусть присоединится к нам.
— Да! Я мигом за братом Неджи! — Ханаби со всех ног бросилась вон из комнаты, а Юки лишь добродушно улыбнулся ей вслед.
«И правда, не могу я на него злиться», – Хиаши отбросил лишние мысли и решил, что сегодня, так и быть, позволит гостю остаться.
…
Саске решил скоротать время с Наруто – не то чтобы у него были дела поважнее. Глядя на этого блондина, Саске испытывал смешанные чувства: он и сам не знал, считать ли его другом. Наруто был невыносимо шумным и постоянно лез с предложениями посоревноваться в тайдзюцу, беге или чем-то еще.
И хотя Наруто неизменно проигрывал, он с завидным упрямством продолжал попытки взять верх.
— Я домой, — бросил Саске после очередной победы. Ему наскучило, и он решил, что пора возвращаться.
— Да ладно тебе! Вот если я возьмусь всерьез, ты мне не соперник, Саске! — Наруто и не думал сдаваться.
— Ага, конечно. Слышал это уже раз двадцать, — Саске покачал головой и перестал обращать на него внимание.
«Я стану по-настоящему сильным, только если одолею братца Юки», – Саске сжал кулак, вспомнив того, кто был ему не по зубам. При всей своей гордости гения, он понимал, что между ним и Юки лежит пропасть.
Пожалуй, нечто похожее чувствовал сам Юки, когда сталкивался с его старшим братом, Итачи.
Спустя несколько минут, когда Наруто наконец отстал, Саске направился в сторону квартала своего клана. Небо уже совсем потемнело, и он гадал, зачем вообще убил столько времени на этого придурка.
— Уже поздно… Черт бы побрал этого Наруто! Если меня накажут, я ему это припомню! — На бегу Саске вдруг заметил, что фонари, обычно освещавшие улицы клана, погашены. Кругом стояла неестественная тишина, от которой по спине пробежал холодок.
— Странно. Для сна еще слишком рано, — он тряхнул головой, пытаясь отогнать тревогу, но вдруг почувствовал на себе чей-то взгляд. Резко вскинув голову, он посмотрел в сторону теней.
— Привиделось? Неужели общение с Наруто так на меня влияет? — Саске уже начал придумывать завтрашнюю месть для блондина, как вдруг резко замер.
На мостовой виднелись следы недавней схватки, а чуть поодаль лежали тела. Глаза Саске расширились от ужаса.
— Что здесь произошло?! — Он бросился вперед, лавируя между убитыми, и вдруг узнал в двух стариках своих родственников.
«Дядя?! Тетя?!», – дурное предчувствие ледяной хваткой сдавило сердце.
«Да что же тут творится?!» – лихорадочно соображал он, и тут его осенило.
— О нет! Родители!
Саске со всех ног рванул к своему дому.
— Отец! Мама! — Он ворвался внутрь. В доме было темно и пугающе тихо. Проверяя одну комнату за другой, он наконец добрался до родительской спальни. Медленно толкнув дверь, Саске застыл: перед ним открылась кошмарная картина – тела отца и матери, лежащие в лужах крови.
— Отец! Мама! — Он в отчаянии кинулся к ним, но тут же замер.
Из темноты медленно выступил шиноби. Саске инстинктивно встал в защитную стойку, но тут же узнал знакомый силуэт.
— Аники Итачи! Отец, мама… они… — он не успел договорить: метко брошенный сюрикен оборвал фразу, полоснув его по плечу.
— Брат… — Саске не верил своим глазам. Глядя в лишенное эмоций лицо Итачи, он почувствовал, как по спине пробежали искры ужаса. Одного этого взгляда хватило, чтобы он всё понял.
— Брат! Как ты мог?!
— Глупый маленький брат, мне жаль тебя, — негромко произнес Итачи. Он прикрыл глаза, а когда разомкнул веки, мир Саске окрасился в алый. Он видел, как десятки людей гибнут от руки одного единственного человека – его старшего брата.
— Нет! Что ты наделал?!
Саске рухнул на колени, чувствуя смертельную усталость. Он понимал: это было гендзюцу.
— Ты сумасшедший!
— Мой глупый младший брат…
Глядя в эти пустые глаза, Саске ощутил первобытный страх. Он бросил взгляд на тела родителей, и слезы неконтролируемым потоком хлынули по его лицу.
— А-а-а! МНЕ СТРАШНО! — Сорвавшись на крик, Саске вылетел из дома на улицу.
«Страшно, страшно, страшно…», – пульсировало в висках.
— Не хочу умирать! Только не умирать!
Он бежал изо всех сил, но Итачи внезапно возник прямо перед ним. Его глаза пылали алым, а в зрачках, казалось, клубилась сама бездна.
— Я… я не хочу умирать, — пролепетал Саске дрожащим голосом.
— Мой бедный младший бра…
Бах!
Внезапный взрыв оборвал речь Итачи, заставив того мгновенно отскочить в сторону.
— Не бойся, маленький Саске. Никто тебя не убьет, — из темноты неспешно вышла невысокая фигура.
— Я не позволю тебе его убить, Итачи, — твердо произнес пришелец глубоким, не по годам серьезным голосом.
#
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
Обновлено: 16.02.2026