Он умер один раз — и получил второй шанс стать легендой, а не жертвой пророчества. Пробудившись Идзуной Учихой на заре эпохи Воюющих провинций, герой знает наперёд, чем обернётся будущее, и не намерен повторять чужие ошибки: за спокойной улыбкой скрывается холодный расчёт, что играет кланами, точно фигурами на доске. Пока старший брат тонет в сомнениях, младший уже плетёт нити власти — и метит не на кресло вождя, а на саму историю клана Учиха. Чего будет стоить корона Шарингана, если её берут не мечом, а разумом?

Он умер один раз — и получил второй шанс стать легендой, а не жертвой пророчества. Пробудившись Идзуной Учихой на заре эпохи Воюющих провинций, герой знает наперёд, чем обернётся будущее, и не намерен повторять чужие ошибки: за спокойной улыбкой скрывается холодный расчёт, что играет кланами, точно фигурами на доске. Пока старший брат тонет в сомнениях, младший уже плетёт нити власти — и метит не на кресло вождя, а на саму историю клана Учиха. Чего будет стоить корона Шарингана, если её берут не мечом, а разумом?