Система у этого попаданца — не дар, а издёвка: подкидывает пары взаимоисключающих заданий и молчит о награде, а расплата — собственная шкура посреди войны шиноби. Хаори выживает холодным расчётом и рано пробуждённым Шаринганом, отстраивая репутацию «того, кому можно доверять» — маска на маске. Но система вдруг ставит цель, от которой не открутиться: занять место труса, что тянет клан Учиха к резне. А в архиве ждёт запечатанное «последнее оружие Учиха» — по легендам, сильнее самого Мадары. Сколько личин придётся сменить, чтобы обойти саму историю?

Система у этого попаданца — не дар, а издёвка: подкидывает пары взаимоисключающих заданий и молчит о награде, а расплата — собственная шкура посреди войны шиноби. Хаори выживает холодным расчётом и рано пробуждённым Шаринганом, отстраивая репутацию «того, кому можно доверять» — маска на маске. Но система вдруг ставит цель, от которой не открутиться: занять место труса, что тянет клан Учиха к резне. А в архиве ждёт запечатанное «последнее оружие Учиха» — по легендам, сильнее самого Мадары. Сколько личин придётся сменить, чтобы обойти саму историю?