Осень в Конохе – пора особенная. Сразу после удушливого лета воздух постепенно становился все более прозрачным и свежим, солнце наконец-то смягчало свой пыл, а листва на деревьях по всей деревне окрашивалась в багрянец и золото, придавая всему краю совершенно иной вид. Если припоминать… а были ли вообще времена года в самом сериале? Или каждое новое место обладало собственным неизменным биомом? Не помню… но здесь и сейчас все это казалось естественным, и такая красота мне вряд ли когда-нибудь наскучит.
Что же до нынешней осени, то она отделяла нас годом от того самого испытания по ночному ориентированию. С тех пор нам с Минато исполнилось по семь – точнее, уже почти по восемь, – и пару месяцев назад Академия официально перевела нас на продвинутый курс обучения. Это был явный признак того, что нас обоих стараются поскорее протащить через программу, вероятно, желая выпустить раньше остальных.
Не то чтобы я возражал. Меня больше заботило, к каким переменам это приведет. Что ж, временная шкала, насколько я помнил, и так была хаотичной: в одних источниках говорилось, что Какаши окончил Академию в пять лет… А Итачи сделал это в семь, будучи невероятным гением… но при этом закончил позже Какаши? Не говоря уже о том, что Минато, если мне не изменяет память, выпустился в десять лет… но с рекордным баллом, обойдя даже Итачи. Ха-а… Мне никогда не узнать, как все обстояло на самом деле, ведь мое вмешательство, похоже, уже начало менять ход событий. Итак… в семь лет нас переводят на следующий этап.
Из этого вытекала другая проблема. Нельзя допустить, чтобы события развивались слишком стремительно! Если Минато и Кушина разминутся… о боги, это будет катастрофа. Оказалось, все куда сложнее, чем я представлял поначалу. Ха-а… Но все образуется… я должен в это верить. Именно поэтому весь прошлый год я постоянно зазывал Минато к себе – иногда он оставался у нас на несколько недель, и мои родители приняли его в семью с распростертыми объятиями.
— Не выспался? — Спросил Минато, задев меня плечом, когда мы проходили через ворота. — Вид у тебя… усталый?
— Да нет, — я качнул головой, ухмыльнувшись ему. — Просто голова пухнет от идей, никак не решу, за какую взяться первой.
— В таких случаях я обычно пытаюсь делать четыре или пять дел одновременно, — простодушно ответил он, заставив меня скривиться… ну еще бы, кто бы сомневался. Ох уж этот гений…
Может, и мне стоит попробовать. Хм… Впрочем, с тех пор как у меня пробудился Шаринган, родители тоже ослабили хватку. Пока я не пытался взорвать самого себя, мне разрешалось тренироваться самостоятельно после уроков и засиживаться допоздна – со мной обращались как с настоящим взрослым. Отец называл это «методом доверительной свободы», говоря, что теперь я должен доказать не им, а самому себе… что способен распорядиться такой вольностью ответственно. Думаю, у меня неплохо получалось.
— Волнуешься? — Спросил Минато, заставив меня пару раз моргнуть, и тут до меня наконец дошло.
— Еще бы! — Я осклабился, энергично закивав.
Точно… Сегодня, раз уж мы в продвинутом классе… Нам предстояло познакомиться с ниндзюцу. И не в теории… а на практике. Спустя несколько минут я уже сидел, скрестив ноги, в самом большом тренировочном зале Академии и наблюдал, как наш главный инструктор, Шинно Аракумо-сенсей, чертит на доске ряд знакомых символов. О да… вот они, ручные знаки.
— Сегодня, — произнес он, поворачиваясь к нам, — мы приступаем к изучению правильного использования ручных печатей. Это фундамент любого ниндзюцу. Каждая техника начинается со сбора чакры, — продолжил Шинно-сенсей, расхаживая перед доской, — но именно ручные печати придают чакре нужную форму. Без них вы просто прогоняете чистую энергию через тело в надежде, что она сделает что-то полезное, а не убьет вас. Большинство из вас не принадлежит к клану Хьюга, так что не будьте идиотами! Повредите систему каналов чакры – и останетесь калеками на всю жизнь.
Эти слова вызвали нервный смешок у половины класса. Я же просто огляделся в поисках знакомых лиц, но никого не узнал. Ха-а… Отцы Неджи и Хинаты, наверное, уже вовсю служат в ранге генинов… Ну и ладно. Возможно, я их вообще никогда не встречу, да это и не так важно. Снова повернувшись к Шинно-сенсею, я сосредоточил все внимание на доске, на которую он вновь указал.
— Каждая печать имеет смысл; они не случайны, так что не вздумайте их путать. Считайте их словами в языке чакры. Соединяясь, они образуют предложение, которое ваше тело воспринимает как приказ и исполняет по вашей воле. Ошибетесь в «произношении» – и техника провалится! Итак, для примера… печать Овца служит для концентрации, Тигр – для огня, Змея – для формовки, Лошадь – для скорости, а Кабан – для выносливости. До конца года вы выучите все двенадцать. Овладейте ими в совершенстве, и станете на шаг ближе к тому, чтобы с блеском окончить Академию.
— Ручные знаки… — прошептал я себе под нос. — А ведь большинство из них почти не используются… — я едва не хмыкнул, вспомнив, как они практически исчезли по мере развития сериала.
— Если есть что сказать – говори громко. — Шинно-сенсей, разумеется, все услышал и заставил всех учеников обернуться ко мне. Не то чтобы я смутился.
— Простите, сенсей, — я слегка склонил голову, — я просто размышлял о том, что, судя по всему, шиноби высокого уровня используют все меньше и меньше знаков для своих техник.
— Хорошее наблюдение, — кивнул он, и его суровый взгляд немного смягчился. Совсем чуть-чуть… я все еще был на плохом счету за прерывание урока. — Чем сильнее человек, тем значительнее его власть над собственной чакрой. Такие люди могут не только лучше контролировать энергию и ее природу, но и сокращать количество ручных печатей или, в случае некоторых техник, обходиться вовсе без них. Однако… — он обвел нас всех взглядом. — Пока вы не претендуете на кресло Хокаге… — он ухмыльнулся, — даже не смейте пытаться пропустить хоть один знак! Если я поймаю кого-то на этом, вылетите с экзамена в тот же миг!
Я невольно сглотнул и прикусил язык. Вскоре пришло время приступать к учебе: мы должны были задействовать чакру, одновременно складывая ручные знаки, чтобы прочувствовать их и понять, как они работают. Рядом со мной Минато уже повторял каждую печать в почти идеальном, текучем ритме. Его пальцы двигались так быстро, что расплывались перед глазами; казалось, он занимался этим всю жизнь.
Я же, с другой стороны… Даже при всех моих знаниях, на деле все оказалось… иначе. Я знал знаки, мог сложить их, если бы захотел… но само ощущение было в новинку. Стоило мне сложить печать, как чакра откликалась, и этот отклик сбивал меня с толку. Это походило на попытку пройти по канату, когда от внезапного разряда тока внутри тебя все тело невольно подпрыгивает.
— Ой. — В какой-то момент я запорол печать Змея и едва не вывихнул запястье. — Ладно, выходит… не так многообещающе… — я усмехнулся про себя, растирая кисть.
— Парень, — острый взгляд Шинно-сенсея тут же выцепил меня из толпы, — здесь важен контроль, а не сила. Ты не должен душить свою чакру… направляй ее. Будешь слишком зажат – и, конечно, ничего не выйдет.
— Есть, сэр! — Я тут же выпрямился и попробовал снова.
Обновлено: 03.02.2026