Глава 25 — Глава 25

**Глава 25. Глава Яхико, что насчёт кинотеатра в Конохе?** — Би, посмотри-ка на этот рекламный ролик. Этот бык из деревни Акагакуре… тебе не кажется, что он подозрительно похож на быков из нашей Страны Молнии? — Йоу-йоу! Сижу я тут, кино гляжу, на экране чёрный бык, «Бык из Акагакуре» — вот это шик, о е! Мускулистый мужчина с кожей цвета старой бронзы не выдержал и с размаху отвесил смачный подзатыльник читающему рэп юнцу, сидевшему рядом. — Брат, ты дурак! Болван! — Киллер Би обиженно отвернулся, потирая ушибленное место. Будущий Четвёртый Райкаге, молодой Эй, тяжело дышал, раздувая ноздри от ярости. У них увели элитный скот, а этот идиот шумит и бормочет свой корявый рэп! Не будь он его названым братом, Эй бы его точно прибил на месте. Тем временем на огромном экране продолжалось действо. Сначала промелькнула заставка «Игрушки Акагакуре», затем — «Акагакуре приветствует вас». И вот теперь — «Бык из Акагакуре». Эй нахмурился, вспоминая детали. Разве того воришку, что угнал стадо, звали не Намиказе Камон? Говорят, он называл себя старшим братом Намиказе Минато из Конохи. А потом он вернулся снова, и прошел слух, что он ещё и брат Намиказе Кинмена из Амегакуре. Есть ли между ними связь? Мозг Эя начинал закипать. Всё это было слишком сложно. Однако в докладе Анбу Кумогакуре говорилось чётко: «Трое братьев Намиказе — гении своих деревень». Едва закончилась реклама говядины, как началась агитация поступать в Академию Акагакуре в следующем году. — Они что, заставили меня купить билет, чтобы я смотрел рекламу?! — Молодой Райкаге сжал кулак так, что хрустнули суставы, готовый разнести экран вдребезги. Наконец, пытка маркетингом закончилась. Начался фильм. «Ну, держись, сейчас я и тебя разнесу!» — подумал Эй, но замер. --- Фильм длился три часа. Три часа, в течение которых зрители боялись даже моргнуть, не то что выйти в туалет, в страхе упустить хоть секунду сюжета. В какой-то момент Минато почувствовал, что у него горят уши, и неожиданно чихнул. «Кто-то меня вспоминает», — подумал он, потирая нос. Его взгляд зацепился за экран. — «Хм, причёска у главного героя кажется смутно знакомой…» Но, взглянув на Кушину, которая смотрела на полотно экрана немигающим взглядом, Минато решил подавить нарастающее сомнение. На экране разворачивалась классическая сцена: Джек Мадарк обнимал Чжу Сы сзади, стоя на носу корабля. Глядя на эти силуэты, Цунаде испытала приступ абсурда. Со спины эти двое до ужаса напоминали её деда Хашираму и… Мадару. «Кхе-кхе! Жуткие мысли, прочь из моей головы!» — мысленно рявкнула она сама на себя. — А-а-а~ Минато, это так романтично! — Кушина возбуждённо толкнула парня локтем в бок. — Мы должны обязательно сделать такое же фото, когда представится шанс! — Конечно, — с привычной нежностью отозвался Минато. Фильм близился к финалу. Но Яхико не был бы собой, если бы не вырыл эмоциональную яму для всех мужчин мира шиноби. — Чжу Сы, раньше ты спросила меня: если мы оба упадём в море, а доски хватит лишь на одного, кого я спасу? — прошептал герой, его губы посинели от холода. — Теперь… у меня есть ответ. Ледяная гладь океана. Конан, игравшая героиню, замёрзла настолько, что слёзы застывали на её ресницах. Она могла лишь беспомощно смотреть, как Яхико медленно разжимает пальцы и уходит в тёмную бездну вод. Боль от смерти любимого человека прямо на глазах. Её разум отключился. Внезапно начавшийся дождь смешался с влагой на её лице, и уже невозможно было разобрать, где слёзы, а где капли с небес. В одно мгновение кинозал наполнился звуками всхлипываний. — Минато, я не хочу, чтобы ты умирал! — Кушина, с красными опухшими глазами, вцепилась в руку возлюбленного. Она настолько вжилась в роль, что мысль о разлуке с Минато сжала её сердце ледяными тисками. Её хватка была такой сильной, что Минато едва сдержал гримасу боли. — Я не умру. Я не умру, — сквозь сжатые зубы шептал он, сам едва сдерживая слёзы. — Я всегда буду с тобой, Кушина. Куда ты — туда и я. — Дан!! Дан!!! — вдруг раздался душераздирающий крик. — Дедушка!!! На экране Конан смотрела на пустую гладь воды, где исчез Джек, уступивший ей плавучую дверь. Но Цунаде видела не это. Перед её глазами всплыл окровавленный Дан. А затем, почему-то, и образ погибшего деда. — А-а-а… — Цунаде-сама упала в обморок! — запаниковали медики. Её гемофобия, похоже, прогрессировала. Теперь она реагировала даже на лёд и трагические сцены. Актёрская игра была настолько проникновенной, что грань между кино и реальностью стёрлась, ударив по самым больным точкам Легендарного Саннина. --- — Техника Летающего Бога Грома! — донеслось с экрана. В Стране Молнии молодой Эй клевал носом. «И это всё? Серьёзно?» — его мысли всё ещё крутились вокруг вступительной рекламы. Что значит «коровы Акагакуре пьют горную родниковую воду, одобренную самим Мудрецом Шести Путей»?! Это наглое воровство! Они украли наших коров! Рядом Киллер Би жевал носовой платок, роняя крупные слёзы-жемчужины: — Брат — злодей, в романтике ноль, будет вечно один, такая вот боль, о е… *Бам!* Эй лениво опустил кулак на голову брата. Фильм показался ему скучным, но название деревни — Акагакуре — он запомнил крепко. И впечатление у него сложилось отвратительное. Обычно это Кумогакуре грабила другие страны! Сегодня впервые кто-то посмел нажиться на них самих. --- Конан торжествующе подняла микрофон: — Сообщаю жителям радостную новость! Кассовые сборы фильма «Заря» по всему миру шиноби достигли семисот миллионов рё! Жители Акагакуре выпятили грудь, переполненные гордостью. Их деревня наконец-то богатеет! Жизнь налаживается! Яхико стал знаменитостью. Во всех смыслах. Страна Молнии публично осудила его за кражу скота. Они заявили, что говядина Кумогакуре — лучшая, а Акагакуре — жалкие воришки, и призвали покупать только лицензионное мясо. Яхико это слегка бесило. Этих коров… вообще-то подобрал Нагато… то есть, Намиказе Камон! С какой стати вы обвиняете нас в краже? Осторожнее, я ведь и за клевету могу засудить! Он перевел взгляд на следующее письмо на столе. Коноха. Сарутоби Хирузен не выдержал давления молодёжи и предлагает открыть совместный кинотеатр. Поздно, старик! Теперь я вам не по зубам! — Яхико… Кто бы мог подумать, что мальчишка, который когда-то от голода вырывал у меня из рук печенье, в мгновение ока станет знаменитостью мира шиноби. Жизнь непредсказуема. — Время действительно летит быстро. Перед столом Яхико стоял человек с кожей белой, как у мертвеца. Орочимару. Он занимался зачисткой в Стране Дождя, когда учитель сообщил ему о деле с кинотеатром. Джирайи не было на месте, а Орочимару оказался поблизости, вот и заглянул. Змеиный Саннин облизнул губы, с любопытством окидывая взглядом возмужавшего сироту за столом. — На работе, пожалуйста, соблюдайте субординацию. Называйте меня глава Яхико, — Яхико недовольно постучал пальцем по столешнице. — Неужели выходцы из великих деревень настолько невоспитанны? Лицо Орочимару потемнело. — Хе-хе-хе… — вырвался у него хриплый, зловещий смешок. — Глава Яхико! Так что насчёт кинотеатра в Конохе? — Какой кинотеатр? — Что это за отношение?! Яхико с силой ударил ладонью по столу, изображая крайнее недовольство. — Хорошо. Очень хорошо, — Орочимару усмехнулся, но в глазах его мелькнул холод. — Скрытые Руки-Змеи! Он атаковал без предупреждения. Из рукавов Орочимару чёрными молниями вырвался клубок белых змей, шипя и раскрывая пасти, они устремились прямо в горло Яхико. — Жалкие фокусы! И ты смеешь применять их перед моим носом?! Реакция Яхико была молниеносной. Он выхватил кунай. Серебряная дуга смерти прочертила воздух. Лезвие, напитанное чакрой, с хирургической точностью рассекло атакующих гадов. Разрубленные змеиные туши упали на пол, брызнув вязкой кровью. С тех пор как Хатаке Сакумо присоединился к деревне, навыки фехтования Яхико выросли на порядок. Каждый день он отправлял двух теневых клонов тренироваться с мечом. Что ни говори, а Какаши был гением, раз придумал использовать клонов для ускорения обучения. Эти три точных удара заставили Орочимару слегка удивиться. В движениях Яхико он увидел тень Белого Клыка. — Стиль клана Хатаке? — Орочимару опустил руки, теперь разглядывая собеседника с нескрываемым интересом. — Угадай, — Яхико небрежно бросил окровавленный кунай на стол и откинулся в кресле, глядя на Саннина с насмешкой. Понтоваться? О, это он умел лучше всех. Пока я не силён, я беру дерзостью! Орочимару мог лишь запугивать его, одиннадцатилетнего пацана. Немного напрягало то, что Змей не спешил уходить. Его вертикальные зрачки, казалось, пытались просветить Яхико насквозь. Но думаете, Яхико испугался? Он развалился в кресле ещё вальяжнее, облизнул губы, всем своим видом показывая: «Ты меня забавляешь, Орочимару». — Я ухожу. — Надеюсь на скорую встречу, Яхико-кун. Орочимару почувствовал приближение мощной чакры. Но было и ещё кое-что. Нечто скрытое, едва уловимое, но смертельно опасное. Интуиция подсказывала ему, что этот «кто-то» в тени способен убить его семь раз за три минуты, даже если шансы будут три к семи. Так вот в чём уверенность Акагакуре? Чутьё змеи на опасность никогда не подводило. Вскоре после ухода Орочимару, в кабинет ворвался Узумаки Чжоусюань из дома престарелых. Почуяв запах крови, он взревел: — Кто?! Какой ублюдок посмел ранить нашего любимого главу?! — Да так, Орочимару заходил. Я его уже прогнал, — Яхико с невозмутимым видом вытирал руки платком. — Переборщил с заваркой, — он с пафосным видом отхлебнул из чашки чифир, стоявший рядом. Узумаки Чжоусюань посмотрел на него с сомнением. Глава победил того самого Орочимару? Глядя в спину уходящему старейшине, Яхико напряженно размышлял, где бы найти новые кадры. Нельзя же вечно полагаться только на Чжоусюаня. Отряд Запечатывания — Узумаки. Барьерный отряд — Узумаки. Глава Отряда Мглы — тоже Узумаки!! Так и до потери власти недалеко! В деревне должен быть баланс сил… Яхико вызвал Нагато, отвечавшего за подготовку шпионов. — Нагато, запиши. Вношу изменения в работу Отряда Мглы. Киригакуре хоть и закрыла границы, но в порту всё ещё теплится мелкая торговля. Постарайся внедрить туда наших людей. — И дай-ка подумать, что любят кушать рыболюди… --- — Мадара-сама, не хотите посмотреть кино? В последнее время в Акагакуре стекалось множество торговцев, желающих приобщиться к искусству синематографа, и охрана стала чуть более расслабленной. Тоби воспользовался моментом, проскользнул в зал и посмотрел новый нашумевший фильм. — Кино? Что это? — Мадара приоткрыл глаза, которые не размыкал уже несколько дней. — Ну, это когда мужчина и женщина обнимаются… — начал объяснять Тоби, жестикулируя. — Мадара-сама, после просмотра у меня даже желание какать пропало! Неизвестно, о чём подумал Мадара, но его морщинистое лицо вдруг залилось краской. Он яростно указал пальцем на выход: — Вон! Пошёл вон отсюда!!