Шень Цинсюань, стоявшая посреди каравана, побледнела от гнева. Предложение Свиреполикого Даоса на первый взгляд могло показаться шансом на спасение, но в действительности это был смертный приговор, облеченный в издевательские слова.
Если этот груз будет захвачен, одних только неустоек хватит, чтобы Торговая палата Цзюхуа пошла по миру. А если она действительно бросит своих людей и сбежит в одиночку, репутация палаты рассыплется в прах в то же мгновение.
Потеря товара уже была гибельной ситуацией, но трусливое бегство и вовсе означало бы собственноручно засыпать землей последнюю щепотку надежды.
Ей попросту не оставили выбора.
Однако противник был слишком страшен…
Свиреполикий Даос Чжу Янь занимал шестьдесят третье место в «Черном списке». Он был прославленным мастером преступного мира, закрепившимся на горе под именем Обители Туманной Сети.
Его логово называли «Туманной Сетью», но для всех это место давно стало преддверием владений Ямы.
Под его началом находился Лагерь Свирепых Псов – банда столь грозная, что даже регулярные войска не смогли взять их крепость штурмом. Чжу Янь был настоящим королем разбойников.
И в этом караване не было никого, кто мог бы противостоять ему в бою.
— Ха-ха-ха-ха-ха!!
Внезапно Свиреполикий Даос расхохотался, и этот смех подобно тигриному рыку огласил лес. Мощная звуковая волна заставила людей в караване схватиться за уши от боли и головокружения, а птицы замертво посыпались с ветвей.
Затем Чжу Янь вскинул руку и коротким хватательным движением, преодолев расстояние в несколько чжанов, притянул к себе почтового голубя размером с ладонь. — Послание крылатым гонцом? — Он усмехнулся, сжимая птицу в кулаке. — Новая хозяйка Цзюхуа, ты ведешь нечестную игру. Что ж, тем лучше – мне больше не нужно хранить ваши жизни. Парни, выходите!
Стоило ему договорить, как бойцы Лагеря Свирепых Псов окружили караван. Лица наемников исказила волчья жадность и свирепость; казалось, перед ними стоят не люди, а свора изголодавшихся зверей.
— Хозяйка Цзюхуа, сегодня не вини Чжу в жестокости.
Свиреполикий Даос нанес удар открытой ладонью. Воздух словно наполнился порохом: серия взрывных волн в клочья разнесла оборонительную линию из повозок. Работников торговой палаты отбросило назад; многие харкали кровью, а тех, кто не успел уклониться и принял удар на себя, буквально разорвало в клочья.
Одним ударом сокрушить оборону каравана… Мощь мастера из седьмого десятка «Черного списка» была поистине чудовищной.
Вдруг уши Чжу Яня дернулись, и он рявкнул:
— Кто здесь?!
Следом полетел второй удар, еще более сокрушительный. Песок, камни и деревья на пути ладони превращались в пыль.
Раздался оглушительный грохот, и пылевое облако очистило пространство перед мастером.
— …Пришли на помощь Цзюхуа? — Вопрос прозвучал уже после того, как удар достиг цели. Впрочем, теперь ответ не имел значения.
Был ли там кто-то на самом деле, собирался ли он помогать – это больше никого не волновало. Никто не спрашивает мнения у мертвецов.
Но…
— Сперва не собирался, но теперь такая мысль появилась.
Раздался надменный голос, и в этом мире, полном хаоса, явился Меч Праха. Песок и пыль, повинуясь воле Сбора Духа, обратились в клинки. Несравненное острие пронеслось сквозь лес, прошивая древесину, дробя камни и неся смерть.
Доспехи бойцов Лагеря Свирепых Псов оказались бесполезны. Песчаные мечи входили в тела и в то же мгновение распадались внутри, высвобождая колоссальную кинетическую энергию. Пыль вырывалась наружу через плоть, оставляя в телах солдат зияющие дыры.
За считаные секунды ряды наемников поредели. Пылевой меч, словно гончая, учуявшая кровь, кружил по полю боя, пока наконец не сгустился в единое целое и не устремился прямо к Свиреполикому Даосу.
На ладони Чжу Яня вспыхнуло фиолетовое сияние. Сжав кулак, он поймал клинок – раздался скрежет металла о металл.
— Хм!
С коротким выдохом он нарастил силу и голыми руками раздавил песчаный меч.
— Ловкая техника, острый клинок, — Чжу Янь посмотрел в ту сторону, откуда прилетела атака. Из леса медленно выходил юноша в даосских одеждах с простым деревянным мечом в руке. Разбойник раскрыл ладонь: она была цела, лишь горстка пыли медленно просочилась сквозь пальцы. — Даос, у тебя остался один ход.
Испытание? Провокация? Разбираться не стоило – после того сокрушительного удара Мочень и Чжу Янь могли быть только врагами.
Второй меч ударил с силой, возросшей на четверть. В нем чувствовалась свирепая жажда крови и ледяное намерение убивать – такое, что веет над полем брани, где полегли миллионы.
Впервые лицо Чжу Яня стало серьезным. Он выхватил свое оружие – иссиня-черный посох Цимей. Взмах породил свистящий вихрь, и посох обрушился на голову Моченя.
Удар был слишком тяжел, чтобы принимать его на деревянный меч. Мочень сместился в сторону, пропуская древко мимо, и его клинок, словно змеиный язык, метнулся к горлу врага.
Лязг!
Дерево уперлось в плоть, но не смогло продвинуться ни на цунь. Кожа Чжу Яня в месте удара приобрела серовато-железный оттенок. В ту же секунду посох ударил Моченя в грудь, разрывая одежду и заставляя его отступить на несколько шагов.
Противники разошлись, не спеша продолжать атаку, и задумчиво осмотрели места попаданий.
— Хе, ну конечно. Навык «Железный Чан», — Мочень узнал эту технику по характерному серому блеску кожи.
«Железный Чан» – особая способность четвертой сферы, Открытия Полостей. Она позволяет мгновенно сконцентрировать защиту в любой точке тела; чем меньше зона, тем выше прочность.
Этот навык требовал идеального чувства момента, ведь он действовал лишь миг. Если сжать зону защиты до размера мизинца, можно было выдержать удар мастера на ранг выше.
Техника идеально защищала от дробящих ударов и режущих ран. При должном мастерстве она позволяла дестабилизировать противника, заставляя его открыться для контратаки.
«В игре этот скилл был классикой PvP, – подумал Мочень. – …Его брал каждый второй, но правильно пользовались лишь единицы. Слишком уж завязано на тайминг и реакцию».
— Сила на грани пятой сферы, энергия Ган частично сформирована, взят «Железный Чан»… Типичный PvP-билд. Тьфу, проблемный парень, — пробормотал он вслух.
Мочень отбросил обломок деревянного меча – тот не выдержал энергии удара посохом и переломился.
— Я тебя недооценил, — голос Чжу Яня был низким. Он видел, что грудь юноши не пострадала, хотя его посох мог пробить крепостную стену. Невидимая глазу аура вокруг Моченя была лучшим ответом. — Думал, очередной мелкий даос решил поиграть в героя, не накопив даже на приличный клинок. А ты, оказывается, мастер, уже закаливший свою Ган.
Мочень не ответил. Он медленно принял боевую стойку.
Сжав кулаки, он выставил левый вперед на уровне живота, а правый отвел к груди. Лицо Свиреполикого Даоса потемнело: Мочень делом показывал то, что собирался сказать.
— Отсутствие меча не помешает мне забить тебя до смерти.
— Насмерть забить, собственными руками!
Обновлено: 12.07.2026