Том 4 Глава 1.5 — [от лица Тоуко] Девичник

— Сегодня пьём до упаду! — радостно провозгласила Мина. На столе перед нами, среди пончиков, шоколада и печенья, красовались чиз тара, карпас, каки но танэ и атаримэ.[1] Довольно хаотичный ассортимент закусок, но что поделать, если у собравшихся на девичник были разные вкусы: Кадзуми и Мина предпочитали остренькое, а мы с Манами — сладкое. — Тоуко, что будешь сначала? Пиво или чухай? Смешивать не хотелось. Лучше, наверное, ограничиться чем-то одним. — А виноградный сава[2] у нас есть? — Да, есть. — Тогда его. Мина достала из пакета баночку виноградного сава и протянула мне. Сегодня у нас пижамная вечеринка третьекурсниц нашего клуба. — Сразу после экзаменов, начнутся летние каникулы. Так что давайте перед этим устроим посиделки и поболтаем всю ночь напролёт. Моя комната в вашем распоряжении, — предложила Мина, и мы сразу же согласились. Так, по инициативе Мины, мы и собрались. Наша обычная червёрка: Мина, Манами, Кадзуми и я. Я думала, все придут в милых пижамках, но Кадзуми и Мина превзошли мои ожидания своей «обыденностью». Мина была в старом заношенном почти до дыр спортивном костюме, а Кадзуми — в мужской футболке и шортах. В симпатичных пижамах были только мы с Манами. Честно говоря, мне даже стало немного неловко. — Разве у нас сегодня не пижамная вечеринка? То, что на вас, это пижамы? Мина удивлённо посмотрела на меня, а Кадзуми непонимающе сощурилась. — Это мой спортивный костюм еще со школы. Он такой удобный! Дома я всегда в нем хожу, — сказала Мина, оттянув низ кофты. Так, что стало видно и пупок, и даже лифчик. — А у меня обычная футболка. Купила где-то по случаю. А, трусы на мне мужские, боксёры. Летом в них не жарко, самое то, — невозмутимо ответила Кадзуми. Старый школьный спортивный костюм и мужские трусы… От такого отсутствия женственности у меня дар речи пропал. Хотя, по словам Кадзуми, мой уровень женственности — сорок баллов из ста. Мина тут же перешла в контрнаступление: — А вы с Манами прямо нарядились. Это вы к летнему лагерю готовитесь? Летний лагерь? Мгновение я не понимала, о чем она. Минами же просто тихо хихикнула. — Ну, может, и к лагерю тоже. Если этим летом не найду парня, дальше будет сложнее. — Точно. Во второй половине третьего курса надо будет всерьёз заниматься поиском работы, будет не до свиданий, — поддержала ее Мина. — Вот именно! Летний лагерь — наш последний шанс! Кадзуми усмехнулась: — Не драматизируйте. Это еще не конец жизни. — Нельзя же быть такой беспечной, — возразила Манами. — Кто знает, найдем ли мы работу до выпуска. А когда начнешь работать, будет не до личной жизни. — Ну не знаю… Можно же замутить роман с коллегой. — Это не так просто. Все-таки коллеги — это конкуренты. Да и служебные романы — не самое надежное вложение, — возразила Манами, и Мина с ней согласилась. — Мне моя двоюродная сестра говорила то же самое. Если хочешь рано выйти замуж, нужно искать парня еще в студенческие годы. — Вот-вот. Я, например, хочу выйти замуж лет в 25. Ну, максимум — до 29. Замуж… Я невольно задумалась над словами Манами. На самом деле, я всегда мечтала о замужестве и белом платье. Но если я начинаю об этом говорить, то все удивляются: «Что? Тоуко? Я думала, тебе это неинтересно!» — и я просто замолкаю. — Кадзуми, а ты как собираешься работу искать? — обратилась Мина к Кадзуми. — Я, наверное, пойду в фирму отца. Он бухгалтер. Хочу получить лицензию налогового консультанта. Пока учусь, хочу сдать экзамены по бухгалтерскому учету и финансовой отчетности. — Завидую тем, у кого уже все решено. А я, наверное, устроюсь в обычную компанию. Хотела бы попасть в торговую, но туда сложно пробиться. — А ты, Тоуко? — Я? Ну… собираюсь поступать в магистратуру. — Ты же в своей речи на «Мисс Муза» говорила, что хочешь работать в сфере энергетики и добиться международного признания. Значит, после магистратуры — в какую-нибудь международную компанию? — спросила Манами, потянувшись за печеньем. Магистратура… это был один из вопросов, которые меня волновали. Но на вопрос Манами раньше меня ответила Кадзуми: — Тоуко вроде говорила, что хочет учиться за границей. — Что, правда? Ты собираешься учиться за границей? — удивлённо спросила Мина. — Ну, я ещё не решила… — Учеба за границей, работа в международной компании… Да уж, замуж тебе точно не скоро, — поддразнила Манами, и я смерила ее сердитым взглядом. — Эй, не решай за меня! — Хм, — Мина задумалась. — А что у тебя с Ишики? У меня ёкнуло сердце. Да, вот ещё одна причина моих терзаний. — У вас с Ишики вроде всё так хорошо складывается, но при этом не похоже, чтобы отношения как-то развивались, — продолжила Мина. Манами поддержала ее: — Мне тоже так кажется! Нет сомнений, что Ишики тебе нравится, но вот напора ему не хватает. А ты вроде бы и не отталкиваешь его, но и не подпускаешь близко. Кадзуми молча смотрела на меня. Но, похоже, ничего говорить не собиралась. — Даже в тот вечер после рождественской вечеринки… У вас правда тогда что-то было? У меня вот сомнения. — Ага. От неё прямо невинностью веет. — А когда речь заходит о сексе, она сразу уходит от разговора. Как будто с какой-то тихоней из старшей школы разговариваешь. — Да, на студентку она точно не похожа. Я нахмурилась, чувствуя, как начинаю нервничать. — Это не то, о чём болтают с кем попало! — Если тебе он не нужен, то, может, мне за ним приударить? — хитро улыбнулась Мина. — Что? — Он мне ещё с первого курса нравится. — И то верно, — подхватила Манами. — Он милый, симпатичный, добрый, приятный в общении… — Идеальный вариант в качестве парня. — В качестве мужа тоже подойдет. Готовить умеет, покладистый. Может, мне тоже попробовать? — Что вы несете?! — не выдержала я. — Как вы можете так легкомысленно об этом говорить?! Вы же его как вещь какую-то обсуждаете! — Ха-ха! Посмотрите, Тоуко занервничала! — рассмеялась Мина Похоже, они просто дразнили меня. — Но даже если я не стану этого делать, другие девушки могут. Та девчонка из женского университета, что в этом году к нам в кружок вступила, вроде положила глаз на Ишики. — И то верно. Те, кто не в курсе ваших отношений, и особенно девчонки из женского универа, точно не будут стесняться, — согласилась Мина, и у меня защемило сердце. Да, на Ишики поглядывали девушки. Как они и сказали, он милый, симпатичный, добрый и ненавязчивый. С ним очень комфортно. И самое главное… это ведь я сама подтолкнула его к тому, чтобы стать «таким парнем». — Ну, знаешь, в нашем кружке нас, девочек-третьекурсниц, уже считают старухами. Парни всё больше заглядываются на свеженьких первокурсниц, — с досадой сказала Мина. — Да уж, в этом году тоже есть симпатичные, пусть и не такие, как Карен, — согласилась Манами и отхлебнула пива из банки. — Если будешь тянуть, то уведут у тебя Ишики, — поддела меня Мина. — Я вовсе не тяну… — Мужчины, в конце концов, ведутся на тех, с кем проще переспать, — продолжила Мина, усмехнувшись. (И-Ишики ведь не такой…) Но я оставила это возражение при себе. Если бы я сказала это вслух, они бы только сильнее начали подтрунивать надо мной. Мина и Манами пили быстро и всё подряд, так что уже до полуночи улеглись спать. В итоге остались только я и Казуми. — Кстати, насчёт того, что обсуждали раньше… — начала Казуми, отправив в рот кусочек сыра тарэ. — Что ты имеешь в виду? — Я уважаю твои чувства, но всё-таки мне интересно: что между тобой и Ишики? — Между мной и Ишики? Я всё ещё держала в руках первую недопитую банку виноградного сава. Казуми задумчиво пожевала сыр. — Знаешь, как бы там ни было, мне кажется, Ишики старается ради тебя. Да, как сказала Манами, он, может, и не напористый, но мне кажется, что он специально так себя ведёт, потому что думает о твоих чувствах. Да, я тоже это понимала. Наверное, он не давит на меня, потому что уважает мои чувства. (Но всё-таки, мог бы быть и понастойчивее…) Конечно, если бы он вёл себя как Тэцуя, то это бы меня оттолкнуло, но если он правда меня любит, то мог бы быть чуть более решительным. — А что ты сама о нем думаешь? — Что думаю… в каком смысле? — Ну, смысл тут только один. Ты его любишь или нет? Как мужчину, разумеется. Ответы вроде «как друга» или «как кохая» не принимаются. Я не сразу нашлась, что ответить. Конечно, я знала ответ. Но что-то мешало мне признать это. И это была не гордость. Просто… мне было страшно вот так всё прояснять. Может, это из-за моего прошлого опыта в отношениях? — Н-ну, знаешь, о таких вещах не говорят, когда тебя заставляют. Должно быть что-то более естественное, когда чувства внутри тебя нарастают… Да и вообще, у него ведь тоже есть свои чувства… — начала я бормотать. — Хмм, понятно. Ну, по тому, как ты сейчас говоришь, мне уже все примерно ясно, — Кадзуми, двигая только ртом, проглотила чиз-тару, не помогая себе руками. — Погоди, не надо делать поспешных выводов так, как тебе удобно! — Да мы с тобой уже давно знакомы. Уж это-то я могу понять. Кадзуми продолжила: — Но знаешь, как по мне, ты сейчас просто держишь Ишики-куна на удобной для себя позиции. Если говорить грубо, то в качестве запасного варианта. — Ничего я не держу его про запас! Такое мне было невыносимо слышать. Я категорически отвергла её слова. — Я знаю, что ты не делаешь это нарочно, — кивнула она. — Но понимаешь, со стороны это выглядит именно так. — Это странный взгляд со стороны! — Ну хорошо, тогда ответь: ты точно собираешься быть с Ишики? Что бы ни случилось? Даже если встретишь кого-то другого? — Ч-что?! — Ишики влюблён в тебя, это же очевидно. Но он дорожит твоими чувствами и ждёт, когда ты примешь его. Я спрашиваю, ты точно примешь его чувства? — Ну… если он продолжит любить меня… — Правда? А что, если в будущем ты встретишь кого-то другого? Кого-то, с кем у тебя будет полная совместимость? Ты всё равно выберешь Ишики? — Если он всё ещё будет ждать меня… Я не смогу предать его и выбрать кого-то другого. — То есть, ты согласишься на отношения с ним из чувства долга? Это как-то некрасиво по отношению к нему. Но если ты так уверена, то почему бы вам не начать встречаться прямо сейчас? Я опустила голову. В словах Кадзуми был смысл. Если я уверена, что хочу быть с Ишики, почему мы не вместе? Но… — Нельзя же начинать отношения, основываясь только на доводах рассудка. Нужно, чтобы ещё и момент был подходящий. — Насчёт момента я с тобой согласна. Хотя, как по мне, подходящий момент уже был не раз. Верно, такие моменты были. Но он так и не признался мне. — Может, Ишики ещё не готов мне признаться… — А может, это ещё и потому, что ты ловко не даёшь ему возможности признаться? Я смерила ее сердитым взглядом. Что-то сегодня она особенно на меня наседает. Редко когда Кадзуми так себя ведёт в любовных делах. К тому же… если она и дальше будет так говорить, то я начну нервничать при каждой встрече с ним. — Почему ты сегодня так наседаешь на меня? Кадзуми потянулась за третьей банкой чухай. — Просто мне жаль Ишики. И ещё мне интересно, что тебя останавливает. — Меня? Кадзуми открыла банку, потянув за язычок. — Мне кажется, ты боишься снова пройти через это… боишься снова испытать боль. Я закусила губу. Это было прошлое, которое я не хотела вспоминать. — Ты всё ещё не можешь забыть его? Её слова всколыхнули в моей душе воспоминания, которые я всеми силами пыталась похоронить. ----------- Примечания. 1. В оригинале: Чиз тара (チーズ鱈) - закуска из вяленой трески с сыром. Карпас - колбасная закуска. Каки но танэ (柿の種) - острая рисовая закуска в форме семечек хурмы. Атаримэ (あたりめ) - закуска из сушеного кальмара. 2. Виноградный сава (ぶどうサワー) - это чухай со вкусом винограда. "Сава" (サワー) - японское произношение английского "sour" (кислый) и используется как общее название для чухай и других смешанных алкогольных напитков с кисловатым вкусом.