Глава 17 — Глава 17

Эта история была очень тяжёлой. Лицо Фашаня помрачнело, словно он изо всех сил старался сдержать свои чувства. Он медленно заговорил:– В ту ночь я проснулся посреди ночи и почувствовал знакомое дурное дуновение в храме. Такое случилось впервые. Обычно она очень хорошо прятала это дуновение, но в ту ночь оно было сильным и совершенно открытым.– У меня было плохое предчувствие, и я быстро пошёл по следу злой силы, обыскивая храм. Я хотел найти её раньше монахов-стражей и уговорить её скорее убежать, чтобы не попасть в окружение и не погибнуть.– Её зловоние мне было очень знакомо, и я быстро нашёл его источник. Это был ещё не построенный пустой храм. Место глухое, там обычно никто из монахов не оставался. Я подумал, что она специально источила это дуновение, чтобы заманить меня на тайную встречу, поэтому я ворвался туда.– Когда я ворвался в зал, я увидел самую нелепую и ужасную картину в своей жизни......Память вернула его в момент, когда Фашань ворвался в боковой зал.В пустом зале раздавались прерывающиеся вздохи, стоны и звуки ударов. При тусклом свете виднелись переплетённые тела, и их тени на стенах дрожали и искажались, как будто стая демонов танцевала безумный танец.Это был уже не священный храм, где должны были стоять статуи богов; это было больше похоже на жертвоприношение в злом культе!Он узнал всех, кто обезумел в этом зале; это были его товарищи по обучению, обычно такие серьёзные и сдержанные. А женщина, окружённая и опутанная ими, оказалась ею!Помимо грязного запаха, в зале стоял сильный запах крови. Там уже лежало множество трупов в странных позах, с изуродованными порезами на шеях и кровью повсюду.Те, кто ещё не умер, сошли с ума. Они совсем забыли о страшной гибели своих товарищей. Попав под власть похоти, они не могли вырваться и с радостью позволяли вытягивать из себя магическую силу и даже костный мозг.Фашан был тогда совсем юным, ему исполнилось всего восемнадцать лет. Увиденное сломало его несформировавшийся разум. Он стоял как вкопанный от ужаса, пока девушка-лисица не выкачала магическую силу из последнего живого человека, не разорвала ему шею и не выпила его кровь. Только тогда он очнулся и снова смог двигаться.Девушка-лисица тоже заметила его. Оставив безжизненное тело, она медленно направилась к нему. Вся в грязи и крови, она, тем не менее, смотрела на него удивительно ясными и чистыми глазами. Улыбнувшись, как цветок, она раскрыла объятия.– Здесь плохое место. Голос девушки-лисицы был спокойным, но с лёгким очарованием, полным непонятной соблазнительности. – Все, кто мешал нам быть вместе, я убила. Пойдём со мной к озеру Цогао… Вода там зелёная, как изумруд, цветы гесанг на берегу красные, как огонь, а зимой озеро замерзает, превращаясь в лёд, синий, как небо… Там нет никаких хлопот…Фашан, охваченный страхом, попятился. Подсознательно он сложил мудру Ваджрасаттвы и поднял свой посох, усмиряющий демонов.Девушка-лисица посмотрела на него с удивлением и обиженно пробормотала:– Ты боишься меня? Почему ты меня боишься?Смятение в её глазах быстро прошло. Казалось, она что-то поняла и спросила себя:– Потому что я демон? Ты когда-то сказал, что демоны есть демоны, и пути людей и демонов разные. Ты посвятил свою жизнь буддизму и не последуешь за мной…Сказав это, она обернулась, посмотрела на тела, разбросанные по залу, и unexplainedly sneered:– Хе-хе, ха-ха-ха-ха…Ее смех становился все громче и громче, все более истеричным. Когда она повернула голову, ясность в ее зрачках исчезла, превратившись в оранжево-желтые демонические, а сами зрачки стали узкими, вертикальными, глубокими щелями.— Вот именно, я демон. Я только что поняла, как счастлива быть демоном, и как сладок вкус плоти и крови!Острые когти вытянулись из ее пальцев, острые зубы показались во рту, лицо стало свирепее, а тело двигалось очень быстро. Она превратилась в черную тень и без предупреждения бросилась на Фашань. – Наконец, я воткнул усмиряющий демонов пест ей в сердце. После смерти она вернулась к своему первоначальному облику. Она все еще выглядела как та снежная лиса, которую я впервые увидел в детстве. Казалось, она совсем не изменилась, но на деле все изменилось, – прошептал Фашань. – После этого я полностью отрекся от всех эмоций и желаний и посвятил себя изучению сутр. Вскоре я получил высший академический титул храма Золотого Колеса, "Ларанба Гэши", и получил право обучаться в пещерах Аджанты. Не каждый "Ларанба Гэши" может попасть в храм Бодхисаттвы Махастхамапрапты. Я убил лисьего демона и защитил храм, поэтому меня тоже приняли во внимание для продвижения.Вэнь Жуй молча записывал и пока не отвечал.Хэ Линюнь испытывала смешанные чувства. Все ее прежние подозрения и догадки оказались неверными. Прошлая история любви и ненависти между злым монахом и лисицей была слишком сложной, чтобы она могла судить, кто прав, а кто виноват. Она могла лишь вздохнуть, что это трагедия, вызванная игрой судьбы.Сказав все это, Фашань почувствовал облегчение и произнес:– Теперь, когда я высказал свои истинные чувства и заглянул в свою душу, я чувствую себя так, будто только что проснулся ото сна. Это дьявол в моем сердце, и это источник моей предвзятости и ненависти к демонической расе.Прорвавшись сквозь демонический барьер, я снова всё тщательно обдумал. Тогда она поглотила силу нескольких моих братьев, сожрала их плоть и кровь. Её чёрная сила взлетела до небес. Я, учившийся всего пять лет, конечно, не мог с ней сравниться. Но она всё равно умерла, пронзённая в сердце моей булавой, усмиряющей демонов. До самого последнего вздоха она, видимо, не хотела меня убивать…Фаньшань продолжил с горечью:– Моя жизнь спасена благодаря её доброте перед смертью, но все эти годы я носил в сердце только ненависть, даже обрушивая свой гнев на всех демонов подряд, убивая без разбора. Это грех, большой грех…Он искренне посмотрел на Вэнь Жуя:– Раньше я не верил, но теперь понял. Как ты и сказал, у меня нет другого выбора, кроме как умереть от твоей руки. Я этого заслужил и умру спокойно. Я также хочу поблагодарить тебя за твои слова перед смертью, которые помогли мне прорваться сквозь этот барьер. Теперь в пути перерождения у меня не будет ни ненависти, ни злых мыслей, и я буду свободен от забот.Он сложил ладони, закрыл глаза и негромко произнёс:– Я прошу даоса помочь мне освободиться.Хэ Линъюнь, наблюдавшая за этим, была потрясена. Когда она услышала, как её старший брат сказал, что заставит этого свирепого монаха умереть с полной покорностью, она подумала, что это просто хвастовство. Она и представить не могла, что странные действия её старшего брата приведут к такому результату.Понимаете, убить легко, но убить так, чтобы противник согласился с этим и ещё поблагодарил – это совершенно другой уровень сложности. Хэ Линъюнь сравнила старшего брата Вэня с учителями из секты Лишань. Хотя его уровень самосовершенствования низок, он как муравей по сравнению с теми учителями, которые достигли небесного царства. Но смогут ли учителя небесного царства сравниться с его разумом и его действиями?– Боюсь, Властелин секты, Матушка Лишань, если и соберется сама вразумлять западных монахов, то единственная уловка, которую сможет применить, – это стать мадам, взять с собой трех дочерей и отправиться продавать себя, развлекаясь при этом, верно? Не спеши так умирать. Твой психологический портрет преступника почти готов. Вкупе с твоим признанием и моим расследованием в Снежных горах дело можно закрывать.Вэнь Жуй махнул рукой, убрал нефритовый свиток и обратился к Фашаню:– Однако, во время расследования я обнаружил кое-какие скрытые улики, о которых должен тебе сообщить, чтобы ты мог умереть с более ясным пониманием всего происходящего.Фашань на мгновение замер и ответил:– Почтительно выслушаю ваши указания.– После того как я изучил племя, из которого ты родом, я отправился в Храм Золотого Колеса, притворившись верующим, пришедшим с пожертвованием, и проник в храм, чтобы разузнать о твоем прошлом.-Язык Вэнь Жуя тек легко и непринужденно. – Храм Золотого Колеса всё же не храм высокого уровня. Там нет высокопоставленных монахов уровня архатов, и он открыт для поклонений и молитв обычным верующим, так что проникнуть туда было несложно. Жаль, что прошло много лет, и монахи в храме почти полностью сменились. Даже новый настоятель пребывает в должности всего лишь несколько лет. Большинство монахов знают лишь о случившемся демоническом бедствии, которое ты укротил, но совершенно не знают, чем все закончилось.– Однако, нашлось несколько старых знакомых, у которых я смог выведать кое-какие зацепки, используя технику восстановления памяти.– Что подозрительного? – недоуменно спросил Фашань.Вэнь Жуй прищурился и произнес:– После того демонического бедствия, настоятель издал запрет на разглашение информации, строго настрого запретив любым монахам, знавшим об этом деле, рассказывать о нем, особенно не раскрывать ничего тебе. Нарушителей приказа велено было лишать монашеского статуса и изгонять из храма.– Этот запрет на разглашение нужен, чтобы скрыть тайну. Еще до того, как тогда ночью убили лису, в храме уже пошли слухи, что у тебя роман с красавицей-лисой и ты нарушил обет безбрачия. Многие твои ученики об этом слышали. Один из старших учеников тайно сговорился с бандой и собрал группу людей, замышляющих что-то нехорошее. Эти люди потом погибли, так что узнать, что именно они задумали, уже не получится.Фашань был потрясен до глубины души. Он потерял свое прежнее хладнокровие и готовность принять смерть. Дыхание стало частым, а лицо исказилось от волнения.– Неудивительно… я и правда чувствовал, что в храме какая-то странная атмосфера, но я был так подавлен, что просто погрузился в чтение сутр и не обращал внимания на всё остальное. неужели это...– Не нужно гадать, что именно они замышляли…Вэнь Жуй, говоря это, достал еще одну зеленую стеклянную бутылку. – К счастью, я нашел выжившего. Он вернулся к мирской жизни и стал скульптором, целыми днями вырезает статуи Будды. Я нашел его и стал расспрашивать о демонице-лисе. Он казался отрешенным, но отказался признаваться. Прямо у меня на глазах он откусил себе язык и просто умолял поскорее прикончить его. К счастью, у меня есть устройство для извлечения памяти. Я извлек эту память и полностью восстановил правду.Говоря это, Вэнь Жуй установил зеленую стеклянную бутылку на странный аппарат, нажал кнопку, и на экране появилось изображение.На картинке группа монахов окружила девушку-лису и выкрикивала угрозы.– Так легко ее обмануть. Он сымитировал почерк Фашаня и написал ей письмо. А эта шлюха сама пришла.– Ведьма, ты ведь не хочешь, чтобы твой скандал с любовником раскрылся, верно?– Да-да. Он был лучшим учеником в храме, и у него был самый большой шанс получить звание "Ларанба Геше". Но его выгнали из-за нарушения обета безбрачия. Жаль, он столько лет изучал писания, посвятил себя буддизму, а в итоге всё напрасно.– Хм, какое право есть у этого мальчишки! Он всегда получает похвалу от настоятеля за изучение сутр и ведёт себя как высокопоставленный монах, а сам якшается с красивой искусительницей. Этот лицемерный монах ещё смеет отбирать титул "Ларанба Геше" у моего наставника!– Демоница, я получил секретный метод уединённой секты, это великая тайна, как стать Буддой во плоти. Мне просто нужен подходящий сосуд. Большая редкость, что хоть ты и демон, но не имеешь кармы и чиста, как нефрит, это именно то, что мне нужно. Интересно, что тебе так нравится в этом деревяшке Фашане, сможет ли Будда позволить тебе достичь царства блаженства, хахахаха.– Как ты смеешь не подчиняться? Мы все, те кто занимаемся совершенствованием, на более высоком уровне, чем ты. Сегодня ты окружена нами, тебе не сбежать! Мы применим наши магические силы, чтобы вернуть тебя к твоему первоначальному облику и потащить к настоятелю. Посмотрим, как Фашань сможет дальше жить в этом мире!Девушка-лиса подняла голову, её глаза светились завораживающим светом, и она прошептала нежным голосом:– Учителя всесильны, как я смею противиться вам? Я лишь прошу пощадить моего брата. Я буду служить вам всем сердцем и отправлю вас, учителей, на небеса.Послышались тяжёлое дыхание и странный смех.Голос девушки-лисы стал ледяным:– Мой брат однажды сказал мне, что если бы ученики царя демонов Мары проникли в буддийскую монашескую общину, даже Будда мог бы лишь напрасно проливать слёзы.Глядя на злые лица толпы холодными глазами, она спокойно произнесла:– Вы – демоны, порожденные жадностью и желанием. Вы собрались, чтобы разрушить мечты моего брата о пути совершенствования. Но разве я сама не стала демоном в его сердце? Сегодня я использую свое демоническое тело как приманку, чтобы увлечь вас, дьяволов, прямо в ад. Когда все мы, демоны, отправимся в преисподнюю и освободим путь к небесам для поиска истинных писаний, возможно, мой брат сможет найти ту дорогу, к которой стремится, и достичь желаемого результата…...– Исходя из этого воспоминания, я могу сделать обоснованный вывод, – безэмоциональным тоном произнес Вэнь Жуй, – лиса, обернувшаяся демоном, набросилась на тебя, но вместо того чтобы убить, была убита сама. И это произошло не из-за милосердия, а потому что она хотела использовать тебя для своего самоубийства и тем самым снять с тебя все подозрения.Вэнь Жуй продолжил:– Если бы она сбежала, это убийство приписали бы тебе. Тебя казнили бы как монаха-демона, нарушившего обеты и навлекшего злых духов на других монахов. Она боялась потревожить твое душевное равновесие, поэтому даже не рассказала тебе правду. Молча приняла на себя все грехи, очистив твой будущий путь совершенствования от демонических преград, включая себя саму...После увиденных сцен воспоминаний и слов Вэнь Жуя Фашань перестал походить на совершенствующегося. Он ревел и выл, как дикий зверь, и стонал, как охотник Чжан Ци в своей прошлой жизни-сне. Рык и плач всполошили птиц в окрестных горах и лесах, заставив зверей обратиться в бегство, и этот звук еще долго разносился по миру.