Где-то я читала: *«Люди, которые вместе завтракают, связаны особыми узами»*. На второй неделе знакомства с Лу Чэнцзэ мы три дня подряд встречались на завтрак — то в уютные кафе, то в подозрительные забегаловки. В дни, когда работа не оставляла времени на встречи, мы перед сном включали видеосвязь или синхронное прослушивание в NetEase Cloud.
В четверг из-за запуска рекламы с новым амбассадором для поискового приложения я провела весь день за мониторингом соцсетей и добралась домой на такси только к десяти вечера.
Почти не общались с Чэнцзэ целый день.
Приняв душ, я плюхнулась на кровать, будто после битвы, и спросила у него: *«Чем занят?»* Да-да, именно так — после рабочего дня без единого сообщения надо было компенсировать нежность капелькой кокетства.
Он прислал фото: на экране его ноутбука мелькали грязевые ландшафты, опавшие листья, зелёные стебли и огромный паук.
Я ответила: *«Ладно, занимайся. Поговорим, когда закончишь»*.
Он тут же позвонил по видео. Только подключившись, я услышала его протяжное нытьё: *«Я—не—занят—ладно—»*.
Я затараторила: *«Я правда не хотела мешать! Не надо бросать игру ради меня, не выдумывай…»* — искренне, без притворства. У каждого должно быть личное пространство, даже если ты влюблён. Нет необходимости делить жизнь на сто процентов и постоянно быть вместе.
Лу Чэнцзэ слушал мои путаные объяснения с улыбкой, не проронив ни слова.
Я остановилась: «Над чем смеёшься?»
Спросив это, сама невольно улыбнулась.
Лежа на кровати во время звонка — после десятков видеочатов я перестала церемониться. Первые разы ещё сидела, подбирая выгодный ракурс, а потом просто валялась на боку, иногда нарочно выпячивая второй подбородок, чтобы его рассмешить.
«Не знаю, — он ответил. — Просто хочется смеяться, когда вижу тебя».
*Что поделать, я тоже.* Мы только и делаем, что глупо улыбаемся друг другу. Видимо, правда, что любовь лишает рассудка.
Я махнула рукой в сторону экрана: «А игра? Не страшно бросить?» Помню, как сама играла в *Honor of Kings* с коллегами — там нельзя отвлечься ни на секунду.
Чэнцзэ покачал головой: «Можно сохраниться».
«Ага», — успокоилась я, заметив его массивные чёрные наушники: «Ты же в них до сих пор. Меня слышишь?»
Он спохватился, снял их двумя руками: «А, там звук выключен. Спешил позвонить, забыл».
Я прыснула: «Так сильно спешил?»
Он вдруг заговорил ни с того ни с сего: «Игра в полноэкранном режиме».
Я: «Ну».
Он: «Поэтому чтобы посмотреть время, надо свернуть её. И тогда…»
Он прикрыл лицо ладонью, изображая мученика: *«Как?! Всего две минуты прошло?!»*
Меня позабавило: «Ты совсем не уважаешь разработчиков игр. Они старались, а ты даже не погружаешься».
Он пожал плечами: «Всё равно я не геймдизайнер».
Я: «Ладно».
Птица, висящая в спальне Чэнцзэ, всё ещё притягивала взгляд — крылья распахнуты, будто живая. Я спросила: «Где ты купил ту птичку за спиной?»
Он обернулся: «Эту?»
Я кивнула: «Ага».
Лу Чэнцзэ вернулся в кадр: «Купил в путешествии за границей пару лет назад». Видимо, ссылки нет, поэтому я не стала допытываться.
Но не ожидала, что моя случайная реплика заставит Лу Чэнцзэ среди ночи вызвать курьера, чтобы снять подвеску и отправить её мне.
Вблизи она выглядела ещё изящнее: тонкий металлический силуэт песочного оттенка, подвешенный на прозрачных нейлоновых нитях. Издалека казалось, будто птица парит — почти как настоящая.
Но это было *слишком* хлопотно.
Открыв чёрную коробку, я остолбенела от удивления — и восторга. Тут же отправила голосовое: «Она тебе больше не нужна?»
Лу Чэнцзэ в трубке ответил серьёзно: «Подержи у себя. Позаботься о ней. Буду каждый день проверять по видео».
Он всегда найдёт оправдание — да ещё такое, в котором невозможно отказать. Я усмехнулась: «А сам приехать не можешь?»
И сразу замолчала — фраза прозвучала со слишком явным намёком, особенно в этой густой ночной тишине.
На той стороне тоже на секунду затихли, прежде чем он произнёс: «Если ты не против — могу лично приехать с проверкой».
Тон Лу Чэнцзэ был серьёзным, без намёка на шутку — словно давал **обещание**, от которого сжалось сердце.
Внезапная волна трепета заставила меня прижать ладонь к груди.
Глубоко вдохнув, я достала подвеску-птицу из коробки, окинула взглядом белый потолок и проговорила, стараясь звучать спокойно: «Сейчас свободен? Я не дотянусь, не знаю, как её закрепить».
Положив трубку, я наконец осознала. Сердце бешено колотилось, перехватывая дыхание. Я совершила нечто безумное — позвала мужчину глубокой ночью. Последствия очевидны, отступать поздно — он уже в пути.
Я металась по квартире: прибрала разбросанные вещи в гостиной и спальне, расчесала волосы, подвела брови, брызнула духами, нанесла прозрачный блеск для губ — создавала видимость идеального беспорядка. Даже потянулась к сексуальной пижаме в шкафу, но передумала: он уже видел мой сегодняшний наряд.
Стоя у кипящего чайника на кухне, я чувствовала, как кровь в жилах бурлит, словно вода внутри чайника.
Полчаса нервной дрожи, нерешительности — и звонок в дверь.
Я всегда считала, что главная опора женщины — собственное жильё. Ещё в магистратуре уговорила родителей помочь купить 50-метровую однокомнатную квартиру в Ии. Первый взнос — их, ипотека и ремонт — мои. Сэкономив, обустроила уютное гнёздышко: стены в гостиной даже не перекрашивала, акцент сделала на тёмной мебели и зелени.
Открывая дверь Лу Чэнцзэ, я представляла тысячи сценариев: страстно поцелует сразу, как в прошлый раз? Или будет играть в учтивого джентльмена, постепенно подрывая мою волю, чтобы я сама сдалась? А может, просто выполнит «гарантийное обслуживание» — прикрепит птицу и уйдёт.
Любой вариант мне нравился. Любой бы обрадовал.
Он вошёл — без особых приготовлений, в том же свободном белом худи, что и в видео. Но едва успокоившееся сердце вновь забилось бешено.
Я слегка прикусила губу, улыбнулась: «Привет».
Его глаза, не блуждающие по новой обстановке, всё так же прикованы ко мне: «Добрый вечер».
*Может, моя квартира слишком мала?* Отчего он кажется ещё выше — таким, что может в любой миг завернуть меня в свои объятия.
Во рту пересохло.
Хотелось что-то сделать для него. Или… сейчас он может сделать что угодно со мной.
С наигранным спокойствием протянула ему тапочки.
Он взял, наклонился, чтобы переобуться, и вместе с этим исчезла часть напряжения. Я вздохнула с облегчением, ловя возможность успокоить дыхание.
Усадив его на диван в гостиной, я направилась на кухню за водой.
Когда я вернулась, его тёмный внимательный взгляд всё ещё преследовал меня, будто магнит.
Журнальный столик был низким. Я дотронулась до шеи, поставила стакан: «У меня слишком просто?»
Он быстро осмотрелся: «Разве сейчас не в моде такой стиль?»
Я спросила: «Какой?»
«Ваби-саби», — усмехнулся он.
*(П.п. Ваби-саби – это не просто стиль, это философия, которая поклоняется естественной красоте, скромности и простоте форм. Этот стиль произрастает из японской культуры, где ценят красоту в неполных формах, подчеркивая уникальность каждого момента.)*
Я едва не шлёпнула его.
«У тебя наверняка квартира идеальна». Хотя бы по уголку спальни виден вкус. Подтолкнула стакан: *«Попей уже»*.
Он взял, отпил глоток, нахмурив густые брови: «Я что, в гости пришёл?»
Память золотой рыбки напомнила о цели визита: «Ой, пойдём со мной».
Не успев толком присесть, Лу Чэнцзэ последовал за мной в спальню — зону, которой я гордилась больше всего. Здесь были раздвижные двери-окна во всю стену, за которыми открывался балкон, превращённый мной в мини-сад.
Чэнцзэ остановился у письменного стола, взял птицу из коробки: «Куда вешать?»
Мозг заработал на полную. Я махнула на два места: перед дверью и у изголовья кровати.
«Как думаешь, куда лучше?»
Он посмотрел на угол у кровати: «Там. Как у меня, чтобы ей привычнее было».
Я рассмеялась.
Лу Чэнцзэ добавил: «Только я недостаточно высокий. Мне придётся встать на твою кровать».
*Вот выпендривается*, — покосилась я: «Не стесняйся».
Он вернул мне птицу, достал из коробки два прозрачных крепления для потолка — оказывается, всё предусмотрел. Затем ловко взобрался на кровать, поднял руки и закрепил основу без труда.
Лу Чэнцзэ был без носков — узкие стопы с чёткими линиями лодыжек, безупречно белые. Кажется, в нём нет ни единого изъяна.
Пока я застыла в оцепенении, он спрыгнул, отряхнув руки: «Подождём пару минут перед тем, как вешать, иначе упадёт».
Я кивнула, поняв.
В ожидании он стоял как вкопанный — не садился, не бродил по комнате. Заметила, как его заинтересовала Bluetooth-колонка в виде виниловой пластинки на столе. Наклонился рассмотреть, а я склонила голову в ту же сторону.
Он обернулся: «Это проигрыватель или колонка?»
Я: «Многофункциональная. Можно ставить винил или подключить по Bluetooth».
Отложив птицу, взяла телефон и включила песню, которую сохранила прошлым вечером, демонстрируя звук.
Ленивый женский вокал запел:
*«You say just come over, come over to mine*
*Ты шепчешь: "Приди ко мне"*
*Cause imma kiss you nice wu*
*Я* *нежно** **поцелую* *тебя*
*I can't keep my composure, composing my mind*
*Не могу сохранять хладнокровие*
*Why you being nice to me?*
*Зачем ты так добр ко мне?*
*Enough, I fold*
*Хватит, я сдаюсь»*
Из-за этой музыки воздух в комнате стал густым, тяжёлым, тихо пульсирующим, опутав мои руки и ноги, словно сети.
Клянусь, я не специально включила эту песню. Но теперь выглядело так, будто я подстроила всё намеренно — отмыться невозможно.
Согнув пальцы, я неловко пробормотала: «Принесу твою воду».
Собиралась развернуться, но Лу Чэнцзэ схватил меня за руку, заставив встретиться взглядами: «Останься здесь».
Я замерла, не глядя на него. Но знала — он смотрит на меня.
«Можно обниму?» — тихо спросил он.
Наши мысли совпали — оба с пустотой в груди, оба жаждали заполнить её. Я без колебаний обвила его талию, прижавшись к нему.
Его дыхание стало тяжелее, горячим потоком скользнув по моей шее.
Лу Чэнцзэ ответил на объятия, медленно сжимая руки.
Я не надела бюстгальтер, и всё тело мягко прижалось к нему, — тяжёлое и невесомое одновременно, тону в его тепле.
Он заметил это.
«Ци Мяо», — его влажное дыхание коснулось виска.
Я: «М-м?»
Он молчал, но я услышала, как он сглотнул. Голод внутри разросся до небес — хотелось поглотить его здесь и сейчас. Или позволить ему яростно разорвать меня на части.
*«I** **know**, **I** **know** **I** **act* *bold*
*Знаю, **веду** **себя* *дерзко*
*But imma give it all to you*
*Но всё, что есть, отдам тебе*
*Let you fill this solitude*
*Заполни* *эту* *пустоту*
*No self control, I I overdose*
*Без самоконтроля, я словно перенасыщаюсь»*
Двусмысленная музыка витала в комнате, как круги на воде, бесконечно расходящиеся — в последний момент я успела включить повтор трека.
Губы Лу Чэнцзэ скользнули по моему виску, дыхание едва ощутимое, но жгучее. Лёгкий аромат его геля для душа окутывал меня. Его ладони, горячие даже через ткань, прожигали кожу, отчего я не расслаблялась, а лишь сильнее сжималась, будто сосуды под кожей сводило судорогой.
Я прошептала: «Тебе не кажется… эта музыка идеальна для танца?»
Он ответил почти беззвучно: «Потанцуем?»
Я удивлённо подняла глаза: «Я плохо танцую. Могу наступить на ноги».
Он: «Просто расслабься. Обними и танцуй вот так».
С этими словами он сделал два шага вперёд-назад. Я, не успевая за ритмом, действительно наступила на его пальцы. Резко отпрянула, но он тут же притянул меня обратно.
«Видишь? Наступила», — лицо моё пылало.
Он: «Это же не больно».
На корпоративах я никогда не танцую — не верю в свою координацию. Даже на армейской строевой в универе путала руки и ноги.
«Не могу. Правда не могу, дай передохнуть», — мотнула головой, отказываясь открывать новые слабости.
Лу Чэнцзэ опустил ресницы, мягкий взгляд словно опутал паутиной: «Тогда встань на мои ступни».
«А?» — удивилась я, но метод сработал. Подняв ноги, я ощутила голую кожу его стоп — твёрдых и прохладных. Сердце затрепетало, как пчелиные крылья, выплёскивая сладкий стыд. Чтобы отвлечься, пробормотала: «Когда-то смотрела корейскую дораму про путешествия во времени. Там герои целовались, и девушка стояла на ногах парня. Кадр до сих пор помню».
Он по-прежнему смотрел мне в глаза, искренне предлагая: «Можешь попробовать тоже».
Я фыркнула: «А где же обещанный танец?»
Лу Чэнцзэ рассмеялся.
Но после нескольких шагов я не выдержала. Из-за дискомфорта и страха упасть я слишком зависела от его тела, потеряв контроль над своим. Пассивно позволила ему вести меня в танце, затем вырвалась, спрыгнув босыми ступнями на пол.
Лу Чэнцзэ остановился: «Что случилось?»
Я выдохнула: «Хватит топтаться».
В его взгляде застыл вопрос.
Я лукаво добавила: «Вдруг поврежу что-нибудь — и придётся отвечать всю жизнь?»
Его глаза мгновенно потемнели, стали тяжелее — не просто смотрели, а **прожигали** кожу. В следующий миг он поднял меня в воздух так высоко, что захватило дух. Я представляла этот момент, но не ожидала паники. Вдохнув резко, попыталась обхватить его бёдрами для устойчивости, но мы рухнули назад в мягкую пучину.
Моя кровать.
Лу Чэнцзэ накрыл меня всем телом — жарко, хаотично, **без остатка**.
Его поцелуи выжигали кислород, оставляя только учащённый стук сердца и спутанное дыхание.
Казалось, в комнате остались лишь стук моего сердца и его прерывистое дыхание — горячее, возбужденное. Я бессознательно обвила его шею крепче, пока не закружилась голова от нехватки кислорода. Он остановился — его лицо, подсвеченное сзади, пылало, уши стали полупрозрачно-алыми, как в детстве, когда я светила фонариком сквозь кожу. Невероятно соблазнительно.
Я потянулась, сжав мочки его ушей, ощущая жар.
Мы посмотрели друг на друга и рассмеялись.
Знала, что выгляжу не лучше — растрёпанная, раскрасневшаяся, сердце готово выпрыгнуть.
Музыка внезапно вернулась:
*«God I've lost my mind*
*Боже, **я** **сошла** **с* *ума*
*Cause your lips are honeysea*
*Твои* *губы** — **медовый* *океан*
*Drippin' over me*
*Растекаются* *по* *мне*
*I drink you in like wine*
*Пью* *тебя** **как* *вино*
*So go on and kiss me nice*
*Целуй* *же* *сильнее*
*Say I'm pure like edelweiss*
*Назови* *меня* *эдельвейсом*
*Like edelweiss'*
*Чистым, **как** **эдельвейс»*
Прищурившись, я наблюдала, как лицо Лу Чэнцзэ постепенно возвращается к нормальному цвету, обретая сияние, будто окружённое лёгким пушком. Не удержавшись, я провела пальцем по щеке, тихо прошептав: «Эдельвейс».
Он тихо рассмеялся, наклонился и вновь поймал мои губы поцелуем.
*____________*
*(П.п. Исполнитель «H**oneysea» **Ivoris)*
*«Если вам нравится перевод, поддержите его оценкой *⭐⭐⭐⭐⭐* — это поможет другим найти эту книгу!»*
Обновлено: 02.02.2026