– Ты!
У старой госпожи Лу от гнева сдавило грудь.
– Ты смеешь винить семью Лу в том, что стала вдовой? Что тебе не разрешают снова выйти замуж? Да если бы ты не сгубила моего сына…
– Матушка, это вы сгубили моего мужа! – перебила её Юнь Вань.
– Что ты сказала?! – недоверчиво уставилась на неё старая госпожа Лу.
Со слезами на глазах и скорбным лицом Юнь Вань произнесла:
– Если бы вы, когда носили под сердцем моего мужа, берегли себя, разве родился бы он таким слабым и больным?
– Если бы не это, разве муж умер бы таким молодым? Из-за этого я так рано осталась без мужа. Если уж на то пошло, то в его преждевременной смерти виноваты вы…
Заговорив о больном, Юнь Вань разрыдалась, её голос дрожал, а полный упрёка взгляд был устремлён на старую госпожу:
– Матушка, это вы погубили моего мужа, вы разлучили нас, оставив нас с сыном одних на этом свете…
– Матушка, если бы это было возможно, невестка умоляла бы вас вернуть мне мужа…
С этими словами она схватилась за грудь, её лицо побледнело, словно от невыносимой душевной боли.
Стоявшая рядом служанка поспешила поддержать её.
– Третья госпожа, с вами всё в порядке?
– Мама! – испуганно вскрикнул А-Суй.
Сидевшая прямо старая госпожа была ошеломлена словами Юнь Вань.
– Ты… ты… вздор!
Она же ещё ничего не сделала!
Со слезами на глазах А-Суй повернулся к ней:
– Бабушка, маме нездоровится, не могли бы вы больше не ругать её? Если хотите кого-то отругать, ругайте внука.
При виде него напряжённое лицо старой госпожи Лу сразу смягчилось, она словно надела другую маску.
Она поманила А-Суя рукой, её голос стал ласковым:
– Мой милый внучек, иди скорее к бабушке.
А-Суй подошёл, сложил руки и вежливо поклонился, как маленький взрослый:
– Внук приветствует бабушку и желает ей счастья, долголетия и здоровья.
Старая госпожа Лу поднялась с кушетки и, лично подтянув его к себе, совершенно другим тоном сказала:
– Хороший мальчик, встань скорее. Как это может быть твоей виной? Это бабушка погорячилась и была несправедлива к твоей матери.
Она искоса бросила взгляд на Юнь Вань, и пара ничего не значащих фраз закрыла предыдущую тему.
Понимая, что пора остановиться, Юнь Вань, прижав руку к груди, перевела дух и мягким голосом заговорила:
– Матушка, невестка пришла сегодня ещё по одному делу – о поступлении А-Суя в школу.
– А-Сую уже четыре года, а по традиционному счёту – все пять. Обычные дети в три года уже начинают учиться, постигают основы грамоты, читают стихи, а А-Суй ещё даже порога школы не переступил.
При мысли о причинах этого глаза Юнь Вань слегка потемнели.
Изначально, когда в прошлом году А-Сую исполнилось три года, Юнь Вань собиралась выбрать для него хорошую школу рядом с домом, чтобы он начал учиться.
Но, к несчастью, именно тогда старая госпожа Лу подхватила простуду, обострилась её старая болезнь, и характер у неё стал невыносимым. Она отказывалась принимать лекарства и никого не хотела видеть, и ничьи уговоры не действовали, кроме уговоров А-Суя.
Среди всех своих внуков старая госпожа Лу больше всего любила А-Суя, потому что он был единственным потомком её младшего сына, третьего господина Лу, рано умершего из-за слабого здоровья.
Больная старая госпожа каждый день требовала видеть А-Суя и принимала лекарство только из его рук, говоря, что слишком скучает по младшему сыну и вид А-Суя напоминает ей о нём.
Остальные, разумеется, не смели возражать, и поступление А-Суя в школу пришлось отложить.
Прошёл год, болезнь старой госпожи давно прошла, и больше не было причин вести себя неразумно.
Юнь Вань смахнула слёзы и продолжила:
– Если мы будем и дальше тянуть, боюсь, это повредит будущей учёбе А-Суя. Поэтому я сегодня пришла специально, чтобы обсудить с вами выбор школы для него.
Хотя это и называлось обсуждением, Юнь Вань твёрдо решила, что в этом году её сын обязательно пойдёт в школу и не будет отставать от других детей.
Сейчас был уже третий месяц весны, скоро во всех школах столицы пройдут церемонии зачисления, после которых новых учеников принимать не будут. Поэтому поступление А-Суя в школу откладывать было нельзя.
Юнь Вань была непреклонна.
Старая госпожа Лу нахмурилась, её губы скривились.
– А-Сую всего четыре года, куда ты так торопишься? – грубо сказала она. – Даже в пять лет многие дети только поступают в школу, а дети простолюдинов и вовсе начинают учиться в семь-восемь лет. Ты же мать, как у тебя хватает совести заставлять ребёнка страдать?
Она была очень недовольна отношением Юнь Вань.
"Совести?"
Конечно, ей было жаль сына, но по сравнению с тем, что старая госпожа держала ребёнка при себе, чтобы вспоминать своего младшего сына, и чрезмерно его баловала, Юнь Вань предпочитала отправить его в школу.
По крайней мере, там А-Суй сможет завести друзей, научиться грамоте, расширить кругозор, а не сидеть взаперти в женских покоях.
Не отвечая на её упрёк, Юнь Вань сказала:
– Я знаю, как вы заботитесь об А-Суе, но он всегда любил учиться. Почему бы вам не спросить у самого ребёнка, чего он хочет?
Свекровь её не любила. Сколько бы Юнь Вань ни рассыпалась в красноречии, старая госпожа всё равно видела в её словах корыстный умысел. Вместо того чтобы тратить силы на убеждение, лучше было дать ей понять, чего хочет сам А-Суй.
К счастью, старая госпожа Лу ещё не совсем выжила из ума. Она с угрюмым видом немного поколебалась и, наклонившись, спросила А-Суя:
– Суй-эр, ты хочешь пойти в школу учиться?
Вне поля зрения старой госпожи Юнь Вань подмигнула сыну, ободряя его.
А-Суй помнил наставления матери. Он слез с кушетки, выпрямился и серьёзно кивнул.
Сделав серьёзное лицо, он торжественно произнёс:
– Бабушка, я хочу пойти в школу, чтобы учиться, получать знания и заводить друзей, как старший брат Чанцзэ.
Двоюродный брат А-Суя, Лу Чанцзэ, побочный сын старшей ветви семьи Лу, был на пять лет старше и сейчас состоял товарищем по учёбе третьего принца в Академии Хунвэнь.
Вспомнив, что вчера велела ему мама, А-Суй напряг свой маленький мозг. Его чёрные, как смоль, глаза влажно блестели, когда он смотрел на старую госпожу:
– Бабушка, разве вы не говорили, что отец с детства очень любил учиться, был очень талантлив и его часто хвалили учителя? Жаль только, что из-за слабого здоровья он не смог сдать государственные экзамены и служить при дворе, и это осталось его главным сожалением в жизни.
При этих словах на лице А-Суя появилось печальное выражение, а его детский голос слегка дрогнул, пробирая до глубины души.
Старая госпожа была поражена, на её лице отразились воспоминания.
Тут она увидела, как А-Суй поджал губы и решительно произнёс:
– Бабушка, я тоже хочу быть как отец: читать и писать, изучать путь благородного мужа, искусство обхождения с людьми и управления государством, быть первым в учёбе, получать похвалу от учителей, а в будущем сдать экзамены, служить при дворе и прославить нашу семью!
Его взгляд был твёрд, слова звучали веско, от его худенького тельца исходила исполинская сила. Он смотрел на старую госпожу с жаждой в глазах:
– Бабушка, хоть в этой жизни мне и не суждено встретиться с отцом, я хочу продолжить его дело…
Сердце старой госпожи Лу дрогнуло, на глазах навернулись слёзы. Она поспешно обняла А-Суя, её лицо сияло от гордости.
– Хорошо, хорошо, хорошо! Достойный потомок нашей семьи Лу, сын своего отца, такой же способный! Прямо как твой отец!
– С таким ребёнком, я думаю, дух твоего отца на небесах сможет упокоиться с миром, – сказав это, она смахнула слезу, привела в порядок свои чувства и обратилась к Юнь Вань:
– Раз это желание ребёнка, как я, старшая, могу ему препятствовать?
"А минуту назад вы говорили совсем другое", – подумала Юнь Вань.
Старая госпожа Лу искоса взглянула на неё.
– Но отца А-Суя нет, а ты, хоть и его мать, всего лишь женщина из внутренних покоев, вдобавок вдова, тебе неудобно показываться на людях. Поэтому мне нужно посоветоваться с князем.
– Он дядя А-Суя, важный сановник при дворе. Он всё обдумает и выберет для А-Суя самую подходящую школу.
Самое главное, она вспомнила, что не так давно её старший сын упоминал, что третьему принцу не хватает ещё одного товарища по учёбе.
Такую прекрасную возможность она не хотела упускать ради кого-то постороннего.
Веки Юнь Вань дрогнули, но этот результат был лучше, чем она смела надеяться. Она кивнула:
– Матушка говорит разумно. Тогда дело о поступлении А-Суя в школу я доверяю вам и заботам князя.
Большая часть забот свалилась с плеч. Пробыв ещё четверть часа, пока старая госпожа не начала клевать носом, Юнь Вань с А-Суем покинула Зал Милосердного Сердца.
Проходя по крытой галерее, она издалека увидела приближающуюся тёмную фигуру.
Юнь Вань опустила взгляд и, взяв А-Суя за руку, свернула на другую тропинку.
По дороге А-Суй вдруг спросил:
– Мама, я похож на отца?
Обновлено: 20.01.2026