Глава 51 — Глава 51

Шииик! Мечи, топоры, цепы. Десятки видов оружия обрушились ливнем. Но я отчетливо видел. Куда и как направлен каждый удар. Я проскользнул в брешь. Скрежет… Все началось с того, что я отрубил голову воину-ящеру C-класса. В тот же момент, когда лезвие копья описало полукруг, со всех сторон хлынула кровь. Дзынь. Дзынь. Дзынь. — Вы уничтожили [Воина-ящера Lv.40]! — Вы уничтожили [Болотного ящера Lv.41]! — Вы уничтожили [Болотного ящера Lv.40]… — Кииии… Выжившие негодяи, дрожа, отступили. Те, кто испускал убийственный замысел, встретив врага сородичей, теперь были охвачены страхом. Но это длилось недолго. — Кворрр! — Босс-монстр, [Великий вождь ящеров Lv.52], появился! — Навык [Боевой Клич] активирован! Габариты в два раза больше. От крика вождя ящеров, державшего огромный цеп, воздух взорвался. Ящеры, которые до этого отступали, очнулись от страха при появлении главаря и выстроились в строй. «Я так и знал, что это не закончится легко». Позади раздался неторопливый голос главы команды Чхве: — Справитесь? — Это говорит человек, который палец о палец не ударил несколько дней? — Это другое дело. Потому что это Врата C-класса. — Тогда помогите. Глава команды Чхве задумался и ответил: — Боюсь, что нет. Сегодня на мне лимитированное издание. Если на него попадет кровь, мне будет больно, не так ли? — …Может, сделать вам по-настоящему больно? Чем дольше продолжался разговор, тем больше горело нутро, как от внутреннего ранения, и тянуло затылок. Уж лучше сражаться с монстрами. Когда я сделал шаг вперед, глава команды Чхве небрежно бросил: — Отступление – тоже способ. Человек, который стоит, скрестив руки, боясь, что кровь попадет на его лимитированное снаряжение, говорит довольно верные вещи. Правда, его самого хочется побить. И… — Зачем, если есть способ получше? Впереди. Монстры во главе с великим вождем ящеров наступали волной. Это была военная мощь, смешавшая монстров C-класса и D-класса, с которой обычный Охотник C-класса не осмелился бы столкнуться. Если бы это был обычный Охотник C-класса, конечно. «Открыть окно статуса». Дзынь. Система немедленно ответила. Спустя неделю после возобновления работы Охотником, в окне статуса светилось число 40-го уровня и надпись, сияющая в самом низу: — Оставшиеся очки: 100. С тех пор как я вернулся в реальность, я ни разу не использовал оставшиеся очки. Чисто из любопытства. Вопрос о том, как далеко я смогу зайти. Но экономить их дальше – безрассудство. «Присвоить 30 очков силе и выносливости. 40 – ловкости». В следующее мгновение оставшиеся очки иссякли. Но в то же время из глубины моего тела хлынула новая сила. Здесь и сейчас был другой я, отличный от Джин Тэгёна, каким я был всего несколько секунд назад. «Да, это оно». В тот момент, когда тело задрожало от восторга. — Крррааа! Великий вождь ящеров ринулся в атаку с ревом. Навстречу огромному цепу, отбрасывающему тень, я вытянул копье. — Один Взмах. С кончика лезвия копья открылся путь ветра. * * * — Хо. Глава команды Чхве, Чхве Мину, невесело усмехнулся. В его глазах отразились густой кровавый туман, окутавший болотистую местность, и трупы монстров, разбросанные по земле. «Что это было». Десятки монстров, включая босс-монстра, были истреблены в одно мгновение. Все это произошло благодаря наконечнику копья Охотника C-класса, который недавно прошел повторное пробуждение. «Такое возможно?» Этот вопрос мучил его с того дня, как он впервые встретил Джин Тэгёна. В тот день, когда он без особой задней мысли отправился во Врата E-класса, Джин Тэгён подавляюще одолел редкого монстра, с которым пришлось бы сражаться нескольким Охотникам C-класса. А сила, которую он демонстрировал последние несколько дней… «Охотник C-класса – это смешно». Причина, по которой он начал рейд с одним лишь Джин Тэгёном, была проста. Увидеть пределы этой интересной личности. И чтобы никто другой не узнал. Но тут ему пришла в голову одна мысль. «Может быть, он сильнее меня…» Нет, не может быть. Этого не может быть. Чхве Мину, который изо всех сил отгонял эту мысль, увидел Джин Тэгёна. Он держал труп босс-монстра с оторванной верхней частью тела и издавал скорбный крик. — Нет! Моя кожа! Она же дорогая! … Такой человек не может быть сильнее. Нет, он не должен. Чхве Мину внезапно почувствовал несправедливость. * * * Пылающая пятница. Сокращенно – «жаркая пятница». Молодежь двадцати лет собиралась вместе, пила и ходила по клубам, но я ходил по Вратам с главой команды Чхве. Один раз утром. Два раза днем. После трех Врат C-класса на улице уже была темная ночь. — Спасибо за усердный труд, дорённим. Теперь это лицо было знакомо. Глава команды Чхве называл этого сорокалетнего аджосси с крупными чертами лица так. — И вам спасибо, дворецкий Ким. Дворецкий Ким. Не секретарь, а именно дворецкий. Это было такое нереальное слово, что сначала я подумал, что ослышался. «Я встречал только церковных дьяконов». Это был негодяй, который в мое сопливое детство, когда я получал тысячу вон в неделю на карманные деньги, заставлял меня отдавать сто вон в качестве десятины. Конечно, он никогда не называл меня дорённимом, а когда я сопротивлялся, не желая отдавать десятину, он бормотал, что я – дитя Сатаны. А я, будучи семилетним, был тем еще любопытным ребенком. «Мама. Ты Сатана?» «Что? Сатана?» «Да. Дьякон сказал, что я – дитя Сатаны. А я твой сын, значит, ты Сатана? Верно?» Эти слова сделали мою маму Сатаной. Я больше никогда не ел токпокки в церкви, а церковный дьякон чуть не отправился к Господу. Если подумать, моя жизнь – настоящий сериал. — Вы хотели что-то сказать…? Слова дворецкого Кима привели меня в сознание. — Ничего. Просто задумался. — Пора домой. Глава команды Чхве уже переоделся в повседневную одежду. Он выглядел как знаменитость в своем тонком, сшитом на заказ костюме. «Вот это жизнь. До чего же несправедливо». Я, тихо ворча, начал снимать снаряжение. Конечно, очень осторожно. Я посмотрел цену в интернете в первый день… Ладно, промолчу. Пока дворецкий Ким принимал снаряжение и грузил его в машину, я спросил главу команды Чхве: — Во сколько мне завтра приходить? — Завтра? — Глава команды Чхве недоуменно переспросил. — Сегодня пятница. — Да. — А завтра суббота. — Я и сам знаю, что за пятницей идет суббота. Он что, меня за идиота держит? — Нет, я имею в виду… Глава команды Чхве нахмурил брови. — Неужели вы собираетесь работать и на выходных? — …А разве нет? — … — … Глава команды Чхве спросил с шоком на лице: — Нет, если не отдыхать на выходных, то когда отдыхать? — Хм. Когда не можешь найти работу? — И как часто это бывает? — Наверное, раз в месяц, если много отдыхаешь? — Вы же были в Гильдии. Вы и по выходным выходили на работу? — Да. Если была работа. — А это не нарушение трудового кодекса Охотников? Даже у казавшегося совершенным главы команды Чхве была одна вещь, которую он не знал. Мирские дела. Я фыркнул: — Какая средняя гильдия строго соблюдает его? Все просто доплачивают дополнительные пособия и отправляют на рейды. Впрочем, мне это нравится. — Что? Нравится? — В выходные я хожу в кадровое агентство. Лучше получить дополнительное пособие в Гильдии, чем идти туда. Они платят наличными, чтобы не осталось записей. — … — Ну, у всех так. Глава команды Чхве покачал головой. — Наша Гильдия соблюдает трудовой кодекс. И предварительный договор – не исключение. Жаль. Похоже, на этих выходных мне придется идти в кадровое агентство. Глава команды Чхве посмотрел на меня своим фирменным загадочным взглядом. — Почему вы так усердствуете? — Усердствую? — Вы же теперь Охотник C-класса. Можете работать немного медленнее. — Это… Я не знаю, когда Система исчезнет. Я остановил слова, которые чуть не сорвались с языка. Это был мой личный секрет, который я не мог рассказать никому. — Нет особой причины. Надо грести, пока вода течет. — Если будете работать так, сломаете весло. Подумайте и о тех, кто плывет с вами в одной лодке. — Тех, кто плывет со мной? Вы имеете в виду главу команды Чхве? — Ну, например… Глава команды Чхве запнулся, а затем продолжил: — …Семья. Семья. Всего одно слово, но тепло проникало в каждую клеточку тела. Я иногда звонил им, но не видел уже больше двух месяцев. Если добавить время в Мурим, то это уже три месяца. «Неужели прошло столько времени». После смерти отца моя жизнь была похожа на машину, постоянно едущую в гору. Поэтому я мог только жать на газ. Боялся, что если отпущу ногу, то скачусь вниз. Боялся, что двигатель вот-вот заглохнет. — В любом случае, в выходные мы отдыхаем. Не думайте о кадровом агентстве и отдыхайте. Иначе это будет нарушением договора. — А, хорошо. Раз уж он так настаивает на отдыхе, глава команды Чхве, этот человек, оказался на удивление добродетельным… Нет, я не должен поддаваться такой эмоциональной манипуляции. Сколько тяжелых мучений я пережил в одиночку? «Глава команды Чхве – злобный работодатель. Злобный работодатель». Очевидно, он дал отдохнуть на выходных, чтобы с новой силой эксплуатировать меня на следующей неделе. Это же настрой рабовладельца, который не хочет, чтобы рабы тратили силы зря. Какой же он ужасный человек. — Все готово, дорённим, — вернулся дворецкий Ким, который пошел грузить снаряжение. Этот янбан тоже страдает под руководством злобного работодателя. Он не может уйти, хотя уже почти десять вечера. — А то, о чем я просил? — Я привез. — Отдайте. По команде злобного работодателя, дворецкий Ким протянул маленькую коробку, которую держал в руке. — Получите, Охотник-ним. Мне. — Что? Мне? С виду это была коробка от дринка. Я только моргнул, но тут меня осенила мысль, и я осторожно спросил: — Неужели это деньги? — У нас же договор о еженедельной плате. Забыли? Я и забыл. Думал, что получу в воскресенье. Я, ошеломленный, принял коробку. Она была увесистой. — Обычно платят наличными? — Конечно, нет. — Тогда… — Джин Тэгён-сси сказал, что предпочитает наличные. Особенно хрустящие новенькие банкноты. Я сказал это мимоходом, то ли вчера, то ли позавчера, но не ожидал, что это так обернется. Моя оценка злобного работодателя немного поднялась. «Конечно, самое главное впереди». Зарплата за четыре дня: со вторника по пятницу. Это первая еженедельная плата, которую я получаю как Охотник C-класса. Естественно, сумма вызывала большие ожидания. Глоть. Я сглотнул слюну и открыл рот: — Тогда сколько всего…? — Я положил немного больше, чем в договоре. Внутри есть расчет, проверьте. А теперь мы уходим. — До новой встречи, Охотник-ним. Глава команды Чхве и дворецкий Ким исчезли, как будто их и не было. Все произошло в одно мгновение. Я, с абсурдным выражением лица, смотрел на удаляющиеся огни машины, а затем открыл коробку из-под дринка. При тусклом лунном свете показались толстые пачки купюр. «Одна, две, три…» Счет остановился на шести. Шесть пачек по сто банкнот. То есть шесть миллионов вон. — Что это? Мошенничество. В тот момент, когда слово промелькнуло в моем сознании, мои ноги чуть не подкосились. — О? Мне показалось? Почему цвет банкнот желтоватый? — Погоди, погоди! Я сосредоточил внутреннюю силу в глазах, и окружающий мир посветлел. И я увидел. На банкноте – женщину в традиционном ханбоке, добродушно улыбающуюся. — Уаааа! Син Саимдан! Образец мудрости и добродетели! Ее сын – Ли И (Юльгок)! Ее муж – И Вонсу! У меня невольно вырвалось междометие. Это безумие. Полное безумие. Сто банкнот Син Саимдан – это одна пачка. А их шесть, значит… — Т-триста миллионов! На этот раз я не смог удержать подкосившиеся ноги. Я опустился на колени с глухим стуком и смотрел в коробку остекленевшим взглядом. Под пачками банкнот на дне коробки лежал белый лист бумаги. «Точно. Расчет!» Я торопливо развернул бумагу. Там был подробно записан доход за последние четыре дня. И конечная сумма, выплаченная мне. «В расчете указано 30 миллионов вон?» Что? Мне показалось? Хаос, полный хаос. Мои дрожащие зрачки остановились на последней строке. Бонус: 270,000,000. И последние слова, которые оставил глава команды Чхве: «Я положил немного больше, чем в договоре». Гррр. В голове бушевал гром и молнии. Я встал на дрожащих ногах. Вдали виднелись уже еле различимые огни машины. Они были словно луч света. — Ааа. Аааа… Глава команды Чхве. Нет, он – «Свет».