Антони чуть не забыл, что на следующий день ему нужно идти на урок. Он проснулся; небо было пасмурным, и в комнате царил полумрак. Петух-призрак стоял рядом с ним и, склонив голову, смотрел на него. Антони какое-то время тупо смотрел на его ярко-красный гребень, прежде чем вспомнил, что сегодня не выходной, и медленно сел, чтобы умыться.
Он не нашёл ни кошку, ни крысу, поэтому просто благодарно похлопал петуха по спинке и спустился вниз в Зал, чтобы позавтракать. Как только он вошёл, он услышал радостный голос Локонса, который рассказывал о каком-то своём приключении в Латвии. Профессор был одет в жёлтую, слегка отливающую золотом мантию, которая ярко контрастировала с его золотистыми, как морская пена, волосами. Профессор Стебль сидела рядом с ним, слегка нахмурившись; казалось, она была ужасно раздражена.
— Доброе утро, Помона, — сказал Антони, садясь рядом с ней — подальше от Локонса. — Доброе утро, Профессор Локонс.
Профессор Стебль с облегчением вздохнула:
— О, доброе утро, Генри. Ужасная сегодня погода.
Генри поднял голову и посмотрел на затянутое тучами небо:
— Боюсь, что снова пойдёт снег. У тебя сегодня есть какие-нибудь планы, Помона? — он подвинул стул поближе к столу, оглядел еду перед собой и положил себе в тарелку несколько сосисок.
— У третьего курса Хаффлпаффа и Гриффиндора утром урок Травологии, — кивнула Профессор Стебль. — А что касается второй половины дня, то Альбус и Минерва согласились выделить мне участок на западе Запретного леса для строительства новой теплицы, и я собираюсь прогуляться туда, чтобы составить план. А ты как, Генри?
Не успел Антони ответить, как их прервала сияющая улыбка Локонса.
— Замечательно, Помона, и если вам понадобится совет по архитектурной эстетике или практичности конструкции теплицы, не стесняйтесь спрашивать меня, — оживлённо сказал Локонс. — Я знаю несколько очень полезных заклинаний, которые не только избавят вашу теплицу от вредителей, но и обеспечат более пышный рост растений. Однажды одна домохозяйка из Суиндона написала мне одиннадцать писем, в которых рассказывала, как эти заклинания помогли ей. Вы не представляете, как я был рад и горд за неё!...
— Спасибо, Златопуст, — холодновато сказала Профессор Стебль и, воспользовавшись тем, что ей нужно было взять банку с джемом, незаметно, но решительно повернулась к Антони и снова улыбнулась. — Какие у тебя планы на сегодня, Генри?
— Хм… — протянул тот. — У меня утром урок у пятого курса Гриффиндора, но не сразу после завтрака. После обеда, наверное, схожу в библиотеку. Я договорился с продавцом из «Флориш и Блоттс» встретиться на этих выходных в «Дырявом котле». Хотел спросить, не попадались ли ему книги, о которых упоминал Профессор Флитвик. Кстати, тебе не нужны какие-нибудь книги, Помона? Он сказал мне, что после инвентаризации они будут очень рады, если кто-нибудь купит залежавшиеся книги…
— О, залежавшиеся книги, — Локонс непринуждённо вклинился в их разговор. — Мне очень жаль этих волшебников. Иногда слава так непостоянна… Должен сказать, что меня вполне устраивают результаты продаж моих бестселлеров, не говоря уже о том, что я шесть месяцев подряд нахожусь на первом месте! Во «Флориш и Блоттс» сказали, что это рекорд…
— Это замечательно, Профессор Локонс, — обречённо сказал Антони.
— Да, мы очень рады за тебя, Златопуст, — небрежно заметила Профессор Стебль и продолжила отвечать на вопрос Антони. — Конечно, Генри, спасибо, что напомнил мне. Кажется, я как раз на той неделе составила список покупок, поищу его, когда вернусь в кабинет.
Генри кивнул и сделал глоток тыквенного сока:
— Отлично, только не забудь сказать мне до выходных.
— Не забуду, — заверила его Профессор Стебль и подняла голову, чтобы поприветствовать приближающегося Снейпа. — Доброе утро, Северус.
— Доброе утро, Профессор Снейп, — тоже кивнул Генри. Несмотря на очевидно бессонную ночь, Снейп выглядел как обычно. Дорогую мантию он уже сменил на свою повседневную чёрную профессорскую.
— Доброе утро, — коротко бросил Снейп, проходя мимо них и садясь в отдалении, через пять пустых мест.
Профессор Стебль с радостью перегнулась через Локонса, чтобы обратиться к Снейпу:
— Редко можно увидеть тебя за завтраком с нами, Северус. Что-то хорошее случилось?
— Что-то хорошее? Нет, всё как обычно, — процедил Снейп, беря миску овсянки. — Наоборот, ничего хорошего.
— Что? Что случилось? — обеспокоенно спросила Профессор Стебль.
— Я всегда говорю людям, что нужно искать позитив даже в плохом, — сказал Локонс. — Только представьте, если бы я сидел и оплакивал свою судьбу, столкнувшись с баньши, то, возможно, так и не смог бы выбраться из того дома…
— Состав волчьего противоядия улучшили, — мрачно сказал Снейп. — Об этом упомянули в сегодняшнем «Еженедельнике Зельеварения».
Профессор Стебль сочувственно улыбнулась:
— Ну, Северус, полагаю, это значит, что тебе снова придётся не спать ночами, пробуя новый рецепт?
— Нет, — ещё мрачнее сказал Снейп, — это значит, что я могу выбросить свою статью. Дамокл разработал практически тот же улучшенный вариант, что и я.
— Ой, — с сожалением протянула Профессор Стебль. — Эта статья могла бы увеличить твои шансы на получение премии за выдающиеся достижения в Зельеварении в этом году, верно? Но Дамокл — изобретатель волчьего противоядия… Я имею в виду, он, конечно же, собирался его улучшить, но то, что ты самостоятельно придумал практически то же самое, уже удивительно, Северус. Это просто дело случая.
— Знаете, должен сказать, что если бы вы все читали мои «Странствия с оборотнем», то лучше бы разбирались в оборотнях, — вмешался Локонс. — Не хочу хвастаться, но мало кто может похвастаться таким близким знакомством с оборотнем, не говоря уже о том, чтобы своими глазами увидеть превращение оборотня или сразиться с ним…
Снейп уставился на Локонса. Судя по его взгляду, Антони начал опасаться, что Питер Петтигрю окажется не единственным трупом, который придётся прятать сегодня домовикам.
— Профессор Снейп? — перебил Антони Локонса, повысив голос. — Вам нужно что-нибудь купить во «Флориш и Блоттс»? На этих выходных я встречаюсь с одним из их продавцов, и он будет рад прихватить для вас какие-нибудь залежавшиеся книги.
Локонс лучезарно улыбнулся:
— Впрочем, вы вряд ли найдёте там моё имя. Профессор Снейп, если вы хотите купить «Странствия с оборотнем» — хотя я, конечно, могу подарить вам экземпляр, — боюсь, все коллекционные издания уже раскупили, но книги в мягкой обложке всё ещё должны поступать из издательства в магазины. Так что, к сожалению, если вы хотите приобрести коллекционное издание, то придётся немного потрудиться… Но в этом-то и прелесть, не правда ли? Как говорится, без труда не вытащишь и рыбку из пруда, — он подмигнул Снейпу.
— Профессор Антони, — подал голос Снейп.
— Да? — отозвался Генри.
— Было бы прекрасно, мне как раз нужны действительно полезные книги, — ледяным тоном произнёс Снейп. — Уверен, что большинство из них будут нераспроданными. Насколько мне известно, многие глупые волшебники не способны оценить книги, требующие острого ума и интеллекта, предпочитая им те, что пестрят глупостью, чепухой… — уголки его губ скривились. — И пустой писаниной.
— Э-э… Хорошо, — сказал Генри. — Просто дайте мне список до выходных.
Войдя в класс, Антони с удивлением заметил, что там царит какая-то подавленная атмосфера. Гриффиндор всегда был самым шумным из всех его классов, и он ещё ни разу не видел учеников такими подавленными, разве что в самые жаркие летние дни.
— Что случилось? — спросил Антони, кладя на стол неизменное кокосовое мороженое. — Что-то произошло? Вы выглядите не очень-то весёлыми.
— Ничего особенного, Профессор Антони, — обречённо вздохнул один из учеников, сидевших в первом ряду. — Давайте просто посмотрим, чем сегодня занимаются магглы.
— Правда? — переспросил Антони, оглядывая учеников. — Ладно, тогда сегодня мы повторим виды маггловского транспорта и немного поговорим о географии.
На середине фразы он остановился. Ученики что-то невнятно бормотали себе под нос, когда он спрашивал их, как магглы называют летающие машины, но он готов был поспорить, что по крайней мере половина из них витает в облаках.
— Серьёзно, что случилось? — спросил Антони, подходя к краю стола. — Вы кажетесь расстроенными. Какой у вас был урок до этого?
— Заклинания, — ответила одна из учениц. — Вместе со Слизерином, — сквозь зубы добавила она, и Антони примерно догадался, к чему всё идёт.
Так и было. Вслед за ней, словно прорвавшаяся плотина, ученики стали наперебой жаловаться на то, что слизеринцы во время повторения заклинаний специально поднимали их парты и стулья в воздух, а потом делали вид, что не удержали их, и роняли.
Конечно, гриффиндорцы не остались в долгу и, когда дошла очередь до отработки «Агуаменти», окатили слизеринцев водой. Несколько человек сделали вид, что в панике хотят помочь тем, кто случайно опрокинул на себя чернила, с помощью «Экскуро», но, как читал Антони в книгах, заклинания очищения не было тем заклинанием, которое можно использовать на людях.
Например, если направить палочку на руку и произнести «Экскуро», то ничего страшного, скорее всего, не случится, но если во время прицеливания «случайно» произойдёт осечка и заклинание попадёт кому-нибудь в рот (судя по описанию, Антони решил, что это был слизеринец), то изо рта этого человека польётся пена.
— Профессор Флитвик был очень недоволен, — сказал один из гриффиндорцев. — Он снял с каждого факультета по тридцать очков и велел нам двадцать раз написать: «Я — пятикурсник, а не корнуэльский пикси».
— М-да… — протянул Антони, живо представив себе, как Профессор Флитвик, взвизгивая, прыгает на месте и пытается утихомирить своих студентов. — Как бы то ни было, вы не должны были драться на уроке Заклинаний — но я не говорю, что вам разрешается драться после уроков.
— Да, мы должны были драться на ЗоТИ, — услышал Антони, как прошептал один из учеников своему соседу по парте. — Не могу поверить, что скучаю по Квирреллу. По крайней мере, он не отказывал нам в наших просьбах о тренировочных поединках.
Антони с усмешкой вспомнил, с каким недоверием Сириус отреагировал на слова Дамблдора о том, что учителем ЗоТИ в прошлом году был сам Волан-де-Морт. Интересно, что бы эти ученики сказали на это.
— Ладно, леди и джентльмены, — хлопнул в ладоши Антони, привлекая их внимание. — Мне очень жаль, что ваш урок Заклинаний прошёл не лучшим образом, но, думаю, пришло время вернуться к магглам. Надеюсь, после — он посмотрел на часы, — десятиминутных жалоб вам стало полегче?
Ученики, только что ругавшие слизеринцев, переглянулись и рассмеялись.
— Да, Профессор Антони, — сказал один из них. — Теперь мы можем вернуться к рассказу о кораблях?
— Да, я рад видеть, что вы помните: магглы не только любят, чтобы железо летало в небе, но и не против того, чтобы оно плавало по воде. Кто-нибудь помнит, как называется эта штука?
— Двигатель? — неуверенно предположил один из учеников, листая конспект.
— Верно, отлично, — с одобрением кивнул Антони и достал ещё одну фотографию. — А это?
— Вентилятор?
— Замечательно! Похоже, мне не нужно тратить на это слишком много времени, не так ли?
Ученик, ответивший на вопрос, смущённо проговорил:
— Я был на практике, профессор. Я видел, как это выглядит.
— А я никогда не плавал на корабле, Профессор Антони, — сказал кто-то ещё. — Можем мы в следующий раз попрактиковаться на корабле?
— Ты никогда не плавал на корабле? — задумчиво переспросил Антони. Учитывая, что до Азкабана можно добраться только на лодке, он думал, что для волшебников это обычное дело.
— Плавал, но не на корабле, — пояснил ученик. — Никогда не пробовал плавать на огромном куске железа.
— Я подумаю над этим, — кивнул Антони, а потом, услышав радостные возгласы, вдруг спохватился: — Но в этом году вам сдавать СОВ. Недавно Профессор Бабблинг предупредила меня, что вызовет меня на дуэль, если я посмею взять на продвинутый курс хоть одного ученика, получившего за её предмет оценку ниже «Выше Ожидаемого» при таких простых экзаменационных вопросах, — добавил он, глядя на уставившихся на него во все глаза учеников. — Должен сказать, она не шутила. У неё слишком много титулов.
— Ладно, я постараюсь, — с нажимом проговорил один из учеников, сидевших в углу.
— Спасибо, — усмехнулся Антони.
Обновлено: 10.04.2026