Впервые Цзян Цзиньцзинь почувствовала, что ожидание вовсе не мучительно и болезненно, а полно радости и предвкушения.
Она ненавидела ждать людей.
До попадания в книгу она также сопровождала своего парня на сверхурочную работу. После того как она однажды оставалась с ним в офисе, у нее появилось посттравматическое расстройство из-за такой сверхурочной работы. Это слишком скучно, наверное, потому, что повод другой. Ей нравится лежать и играть со своим мобильным телефоном у себя дома, но если она находится в чужом офисе, ей действительно неуютно и каждую минуту хочется убежать. Ожидание утомительно и болезненно, но теперь Чжоу Минфэн вылечил ее своей целительной силой денег.
Сейчас она не волновалась и не испытывала дискомфорта. Она либо болтала с Сунь Вэньцин, либо листала Weibo, прыгая вверх-вниз по дынному полю*, — она была очень занята.
П.п.: статьи со сплетнями и слухами.
Когда Чжоу Минфэн погружался в работу, он полностью отключался от мира и ни на что больше не обращал внимания, будто впал в экстаз.
Он очень хорошо организовывал свое время и закончил работу в 17:30. Мужчина просто привел в порядок рабочий стол и теперь нашел время посмотреть на Цзян Цзиньцзинь, сидящую на диване.
Сегодня Цзян Цзиньцзинь была одета в светло-абрикосовое платье средней длины, популярное сейчас винтажное сочетание цветов и дизайн, открывающий нежные ключицы, подчеркивал ее красивую внешность; ее поза казалась расслабленной, даже несколько ленивой, но это тоже была приятная для глаз картина. Она подняла руку, лениво подперев щеку, и уставилась в экран своего мобильного телефона. Неизвестно, какие интересные новости она читала, но в ее глазах мелькали смешинки, а губы улыбались.
Чжоу Минфэн смотрел на нее, а она даже не замечала.
Иногда Чжоу Минфэн чувствовал, что внимание, которое он уделяет ее глазам, превышало все возможные пределы.
В соответствии со своей природой он должен был отказаться от такого внимания. В конце концов, он умел различать, что для него важно, а что нет. Возможно, дело было в возрасте: если бы он встретил Цзян Цзиньцзинь в двадцать или даже в тридцать лет, он бы не пошел против своих принципов, как сейчас, потому что в то время у него были более важные дела. И даже если бы у него было сердце, было бы трудно найти время, чтобы сопровождать ее, а сейчас, когда его карьера полностью стабилизировалась, он все еще был занят, но уже не так, как в прошлом.
Чжоу Минфэн взглянул на наручные часы и подумал, что уже пора.
Он тихо кашлянул.
Конечно, он привлек внимание Цзян Цзиньцзинь, и первое, что она сделала… это не подняла голову, чтобы посмотреть в его сторону, а посмотрела на время, отображаемое в верхнем углу экрана мобильного телефона.
Семнадцать часов сорок одна минута.
Опоздание на одиннадцать минут.
Сто тысяч в минуту! Она собиралась получить прибыль в размере одного миллиона ста тысяч.
Цзян Цзиньцзинь быстро убрала телефон и встала, посмотрела на Чжоу Минфэна, идя к его столу, и на ее лице появилась широкая улыбка, как будто вдруг наступил Новый год.
Она подошла к столу, положила руки на столешницу и слегка наклонилась, глаза ее были яркими, а уголки губ дико приподнялись:
— Закончил работать?
Чжоу Минфэн задумался.
Он все еще держал контракт в руке.
Цзян Цзиньцзинь проследила в том направлении и увидела, как он пишет свое имя.
Его начертание иероглифов было сильным и властным, они выглядели очень внушительными, четкими и красивыми.
— На что ты смотришь? — спросил Чжоу Минфэн, опустив голову и спокойно надевая колпачок на ручку.
— У тебя очень красивый почерк.
Перед лицом такого большого начальника, который время от времени давал себе поблажки, Цзян Цзиньцзинь не сдержалась и разразилась преувеличенной похвалой:
— Я видела много людей, пишущих шариковыми ручками, и мне всегда казалось, что в этом не так много утонченности, но теперь, когда я вижу, как ты пишешь перьевой ручкой, это действительно своего рода услада для глаз! Так что научи меня так же красиво расписываться, когда у тебя будет время, хорошо?
Это не преувеличение.
Просто подумав о значении и содержании трех иероглифов имени* Чжоу Минфэна в контракте, Цзян Цзиньцзинь подумала, что его подпись была очень красивой, даже чересчур.
П.п.: 周明沣 чжоу — круг, оборот, цикл; мин — ясный, светлый, открытый; фэн — как Фэн Шуй, приток реки Вэй.
Чжоу Минфэн вздохнул:
— Тогда, похоже, я не могу расплатиться за тебя напрямую.
Цзян Цзиньцзинь все еще любовалась написанными словами, но, услышав его, резко подняла голову:
— Ты ведь не отказываешься от уплаты долга, да?
Чжоу Минфэн был беспомощен, он небрежно открыл ящик стола и достал оттуда книгу, он также начал справедливо приказывать ей, передав ей ручку:
— Помоги мне открыть колпачок.
Цзян Цзиньцзинь: «…»
Это действительно потрясающе.
Человек не может не склонить голову под карнизом.*
П.п.: 人在屋檐下, 不得不低头 rén zài wūyán xià bùdébù dītóu — досл. человек не может не склонить голову под карнизом; обр. о подчинении вышестоящим; о непреодолимых обстоятельствах, вынуждающих покориться.
Эта авторучка очень увесистая и приятная на ощупь, она приятно легла в руку.
Она сняла колпачок и протянула ему обеими руками.
Чжоу Минфэн, казалось, был доволен и предложил ей:
— Хочешь посмотреть, как я расписываюсь?
Цзян Цзиньцзинь: «…»
Когда это уже закончится?
В душе она жаловалась, но ее тело было честнее мыслей — она подошла к нему и наклонилась.
Чжоу Минфэн застыл на месте от сладкого апельсинового аромата, коснувшегося его обоняния.
Цзян Цзиньцзинь подошла ближе к Чжоу Минфэну и поняла, что она была права: это действительно была чековая книжка.
Ей действительно повезло: до того, как она попала в роман, она видела чеки только по телевизору, а сейчас она впервые увидела чек своими глазами.
Чжоу Минфэн, этот человек действительно…
Цзян Цзиньцзинь не заботилась о том, чтобы говорить о нем, как не заботилась и о том, чтобы лишний раз взглянуть на него. Он действительно заполнял чек, вписывая по одной цифре, она видела, как он медленно и методично вписывает нолики… с конца. Цзян Цзиньцзинь не смогла сдержаться и поинтересовалась:
— Разве не нормально писать слева направо? Все пишут так. Почему ты пишешь справа налево?
Обновлено: 02.02.2026