— Ты так сильно любишь драться? — Лу Сяочуань холодно взглянул на Сюй Хуафэя. Сюй Хуафэй ухмыльнулся: — Неужели Старший Брат Лу не смеет? — Раз ты так жаждешь потасовки, — ответил Лу Сяочуань, — да будет так.
Ого! Сюй Хуафэй просиял: — Значит, Старший Брат согласен?
Толпа зевак тоже замерла в предвкушении. Неужели они наконец увидят Главного Ученика Секты Тай Сюй в деле? Целых десять лет этот человек уклонялся от вызовов, скрываясь за чужими спинами. Неужели в этот раз его терпение лопнуло? Сегодня все слухи о его силе или слабости наконец-то должны были получить подтверждение.
Ли Цзяньсинь, наблюдавший из тени, злорадно ухмылялся. Ему самому не терпелось всыпать этому наглецу.
— Старший Брат... — Цан Линъэр с тревогой посмотрела на Лу Сяочуаня.
Сюй Хуафэй расправил плечи, заставляя толпу расступиться и освободить место перед входом в ресторан. Но как раз в тот момент, когда он приготовился к великой битве, Лу Сяочуань внезапно зычно крикнул: — Где ученики моей Секты Тай Сюй?!
Едва этот клич разнесся по округе, как со всех сторон, из переулков и крыш, начали стремительно высыпать толпы людей в одеждах Тай Сюй. Они в мгновение ока окружили ресторан плотным кольцом.
Кольцо за кольцом, стена за стеной — мышь не проскочит. Тысяча внутренних учеников! Триста элитных учеников стадии Золотого Ядра! Такой размах внушал первобытный ужас. Сомкнув ряды, они хором выкрикнули, склонившись перед Лу Сяочуанем: — Приветствуем Старшего Брата!
Громовой голос, казалось, сотряс сами небеса. Зрители мгновенно притихли, многие невольно попятились. Ученики Секты Линцзянь почувствовали, как их сердца уходят в пятки. В этот миг фигура Лу Сяочуаня, возвышавшаяся посреди этой армии, показалась всем невероятно величественной.
Цан Линъэр ошарашенно смотрела на Старшего Брата. Лицо Сюй Хуафэя мгновенно потемнело. Окинув взглядом легион учеников Тай Сюй, он процедил сквозь зубы: — И что это значит?
Даже зеваки были в ступоре. Чтобы подраться, вовсе не обязательно созывать половину секты, верно? Это уже попахивало откровенным «давлением массой».
— Сюй Хуафэй, ты ведь хотел драться? Я сказал — я за! — невозмутимо ответил Лу Сяочуань. — Но давай уточним формат: ты хочешь поединок один на один или групповую забаву? — Если один на один, то твой статус слишком низок, чтобы я марал об тебя руки. Я выставлю против тебя свою сестру Цинь Ханьань. — А если групповую... тут всё просто: сколько у вас людей — выходите, а мы поддержим толпой. Выбирай.
Сюй Хуафэй: «...»
Драться один на один с Цинь Ханьань? У него хоть и было в голове не всё в порядке, но не до такой же степени. Все знали, что Цинь Ханьань еще год назад прорвалась на девятый уровень Золотого Ядра. Сейчас она наверняка уже на пороге стадии Странствия Духа. Она официально признана сильнейшей среди молодых — Сюй Хуафэй не был идиотом, чтобы идти на верную смерть.
А групповой бой... это было бы просто издевательством. Из Секты Линцзянь в город прибыло всего полтора десятка человек. Пятнадцать против тысячи с лишним?
Столкнувшись с таким вопиющим несоблюдением «воинской чести», Сюй Хуафэй чуть не взорвался от негодования. Этот Лу Сяочуань вообще не играет по правилам! Остальные ученики Линцзянь и вовсе боялись дышать.
— И это ваше хваленое гостеприимство? — в ярости выплюнул Сюй Хуафэй.
Лу Сяочуань холодно усмехнулся: — А вы нам гости? У меня на родине говорят: «Для друзей у нас есть доброе вино, а для волков — охотничье ружье». На моей земле вы обижаете моих людей, а когда я прихожу за своим — вы смеете преграждать мне путь? Дерзить? Провоцировать? Какая неслыханная наглость! Раз вы решили быть волками, с чего бы Тай Сюй церемониться с вами? — Цянь Додо — не просто мой личный подопечный. Он — брат для каждого из этих ребят. Посмели тронуть нашего брата? Спросите у них, согласны ли они с этим!
— НЕ СОГЛАСНЫ! — НЕ СОГЛАСНЫ! — НЕ СОГЛАСНЫ!
Едва Лу закончил, как ученики Тай Сюй взревели в унисон. Гул был такой, что закладывало уши. — Я тоже не согласна! — выкрикнула Линъэр, захваченная общим порывом.
И правда! На своей территории терпеть обиды от чужаков? Неужели кто-то думает, что у учеников Тай Сюй нет гордости? Или они не умеют защищать своих? Это чувство единства до глубины души тронуло принцессу.
Сюй Хуафэй стоял с землистым лицом. Мало того, что правда была не на их стороне (они ведь просто использовали Додо как наживку для Лу), так еще и силы были слишком неравны. В чужом монастыре со своим уставом не лезут.
Ли Цзяньсинь, наблюдавший за всем этим, тоже почернел от злости. Он и представить не мог, что Лу Сяочуань выкинет такой фортель. Из-за пустякового дела согнать почти всех элитных учеников... Приходилось признать: авторитет у этого парня был просто чудовищный, раз он смог мобилизовать столько людей за считанные минуты.
Продолжать упорствовать было слишком опасно. Если начнется настоящая свалка, Секту Линцзянь просто сотрут в порошок. Сюй Хуафэю пришлось сдаться. Скрепя сердце, он крикнул вглубь ресторана: — Отпустите его!
Вскоре из дверей выбежал Цянь Додо. Увидев Лу Сяочуаня, он едва не разрыдался от избытка чувств: — Спасибо, Старший Брат!
Додо и не мечтал, что Старший Брат придет спасать его с такой помпой. Целая армия Тай Сюй ради него одного! Это же какой почет? Это был величайший триумф в его жизни, его звездный час. Рассыпавшись в благодарностях перед Лу, он принялся кланяться и благодарить остальных учеников. Пусть он не знал никого из них в лицо, но то, что они пришли за него горой, тронуло толстяка до слез. Теперь он был окончательно уверен: следовать за Старшим Братом — лучшее решение в его жизни.
Цан Линъэр тоже невольно подумала, что Лу Сяочуань вовсе не так уж плох. На самом деле он довольно надежный, властный и... ну, даже симпатичный...
Лу Сяочуань осмотрел Додо с ног до ног, похлопал по плечу и заботливо спросил: — Ты в порядке? Они тебя не тронули? Додо мотнул головой: — Всё хорошо, Брат. Они просто заперли меня внутри и не давали уйти. Силой не били.
— Как это — «всё хорошо»? — строго перебил его Лу. — Тело, может, и цело, но как же душа? Как же психика? Ты был в заложниках, разве это не нанесло тебе тяжелую душевную травму? Разве твоё сознание не пострадало? Брат Додо, не бойся, говори как есть. Сегодня Старший Брат здесь, и я добьюсь для тебя справедливости.
Додо был парнем сообразительным. Он мгновенно уловил, куда клонит наставник. — Старший Брат! — запричитал он, подыгрывая. — Я чуть со страху не помер! Сердце до сих пор колет, а в глазах темнеет. Чувствую, теперь мне кошмары до конца дней сниться будут — это ведь и есть «психологическая тень», верно? У меня всё перед глазами плывет, я до сих пор думаю, что меня убить хотят... Это ведь считается за порчу душевного здоровья?
Лу Сяочуань тут же кивнул: — Разумеется! И случай, судя по всему, крайне тяжелый. Он перевел ледяной взгляд на Сюй Хуафэя: — Ну и как мы будем закрывать этот счет?
У Сюй Хуафэя дернулся глаз. Он посмотрел на Лу, сжал зубы и процедил: — И как же ты предлагаешь его «закрывать»? — Психологическая травма — это болезнь. Её надо лечить. С вас — оплата медицинских услуг. — Плюс компенсация за моральный ущерб. Разве это не честно? Мы в Тай Сюй люди справедливые: за что купили, за то и продаем. Должны вы платить или нет? — И сколько же? — Двести тысяч камней.
Цан Линъэр ошарашенно смотрела на Лу Сяочуаня. Всё тот же рецепт, всё тот же знакомый вкус вымогательства!
От переводчика: Лу Сяочуань — гений маркетинга и силового давления. Двести тысяч за «кошмары» Додо? Кажется, Секта Линцзянь скоро пойдет по миру с протянутой рукой. Согласится ли Сюй Хуафэй на такой грабеж? Или у Ли Цзяньсиня есть план получше?
Обновлено: 12.07.2026