*Перевод: **Astarmina***
— Его Величество женится!
— Что? Не-неужели н-наш император? На к-ком?!
— На принцессе из королевства Руфеон, которая недавно прибыла!
— Погоди! Так это был не слух, а правда?!
— Именно! Я только что слышала, как советник Рейлим обсуждал меню для почетных гостей на свадьбе Его Величества!
Слух о женитьбе императора империи Леонхарт молниеносно разлетелся по всему континенту. Неожиданное объявление о свадьбе взбудоражило империю.
— Кто-нибудь видел принцессу?
— Говорят, Его Величество так бережет её, что никого, кроме личных служанок, к ней не допускают!
— У-у нашего императора есть такая сторона характера?
Служанка с охапкой белья, услышав слово «принцесса», тут же включилась в разговор.
— Я мельком видела её издалека.
— Что?! Правда?
— Какая она?! Так любопытно! Расскажи нам!
— Во-первых, у неё колышущиеся розовые волосы цвета вишневфх цветов и сияющие зеленые глаза, напоминающие лес, полный жизненной силы. Она прекрасна настолько, что, кажется, будто сам бог Семула воплотился в человеческом облике.
— Вау!
— Но она такая хрупкая, что я переживала, как бы её не унесло сильным ветром. Хотя я видела её лишь несколько секунд издалека, мне сразу захотелось служить ей, — служанка зарделась, с восторгом вспоминая принцессу.
— Кстати, я видела, как служанки, назначенные в спальню принцессы, недавно умоляли шеф-повара готовить вкусную и калорийную еду.
— Я их понимаю. Думаю, если вы увидите принцессу, все поймете, о чём я говорю.
С этими словами служанка удалилась, унося бельё.
— Подожди, та, что только что восхваляла принцессу — это же Марил, верно? Она же обычно дрожит при виде аристократов и славится своей холодностью к хозяевам.
— Точно. С тех пор, как её сестра подверглась жестокому обращению от аристократа, которому служила...
— Минутку. Разве все, кого назначили в спальню принцессы, не те, кто, несмотря на большой опыт, всегда искал только легкую работу?
— ...И правда! После всех тех ужасных испытаний, через которые им пришлось пройти...
На лицах служанок одновременно отразилось недоумение.
— Что же это за принцесса такая?
— Может, в ней есть что-то особенное? Какая-то сила, притягивающая людей...
Все радовались новости о том, что наконец-то нашлась та, кто займет долго пустовавшее место императрицы. Аристократы ликовали, что империя обретет стабильность, а простой народ предвкушал бесплатный хлеб и суп, которые раздадут в честь торжества. Приготовления к нашей свадьбе проходили с удивительной скоростью. Главный советник Рейлим действовал стремительно, будто ждал этого дня всю жизнь.
«Интересно, они так торопятся объявить о свадьбе, чтобы я не успела сбежать?»
Мне подарили платья, дворец императрицы и южный Дамасский дворец, который когда-то примыкал к Мировому Древу. Поскольку это было место, где искра жизни от Мирового Древа угасла последней, там до сих пор цвели цветы и росли живые растения, делая дворец красивым и ярким. Все были потрясены — ведь ни один император, даже самый любящий муж, никогда не дарил целиком Дамасский дворец, примыкавший к Мировому Древу.
«Какой толк от красивого дворца! Ведь я живу рядом со спальней императора в главном дворце!»
Но, как мы и договаривались заранее, я поселилась в спальне ближайшей к покоям императора — в той, что когда-то принадлежала покойной вдовствующей императрице. В отличие от моих покоев в королевстве Руфеон, здесь было солнечно и хорошо проветривалось.
«Неужели всё это действительно моё?»
В отличие от дней, когда просыпалась от голода, теперь я часто засыпала с полным желудком. Я, которая раньше подбирала каждую крошку, теперь иногда даже оставляла еду недоеденной.
«Так вот что значит жить в роскоши».
Всё вокруг меня стремительно менялось, кроме меня самой. Это был совершенно другой мир по сравнению с жизнью, которую я вела до сих пор. Когда меня охватывал страх, что я наслаждаюсь слишком большой роскошью, Риванфель, навещавший меня каждую ночь, успокаивал мою тревогу.
— Принцесса. Неужели ты собираешься довольствоваться только этим? Ты, кажется, еще не осознала. Ты станешь императрицей великой империи. Рано удивляться такой малости. Впереди тебя ждут вещи лучше этих и такие, которые другие не могут легко получить.
К этому моменту я не могла не признать:
— Выбор брака был лучшим решением.
Сумасшедшая власть, почитание и, вдобавок, красивый муж с прекрасным телосложением. Я старалась не обращать внимания на грудь Риванфеля, к которой прикасалась ладонью, и отводила взгляд. Заметив мое смущение, он игриво приподнял бровь.
— Принцесса. Ты сейчас о чем-то неприличном подумала?
— Что? Кто? Здесь есть другая принцесса кроме меня?
— Я говорю о принцессе Териэлле Руфеон.
— Ха! Я? Не говорите глупостей! Не обвиняйте невиновного!
— А лицо-то покраснело.
Этот наблюдательный плут. Риванфель всегда был проницательным. Кто бы мог подумать, что он, как и я в детстве, рос оглядываясь на других! И это будучи принцем! Хотя я тоже принцесса, но все равно росла, вечно опасаясь.
— Не поймите меня неправильно. Я бы покраснела, даже если бы так держала руку на груди советника Рейлима, а не Вашего Величества.
Золотистые глаза, приятно сиявшие до этого, внезапно вспыхнули жарким огнем.
— ...Это было бы ужасно.
— Что?
— Если бы это было правдой, кто-то бы пролил кровь. Ужасные последствия.
Риванфель пробормотал это пониженным голосом, холодным и зловещим. Мне стало не по себе — он, похоже, говорил серьезно.
— Кхм-кхм. Было бы удобнее, если бы не приходилось каждый раз раздеваться.
Я уже пробовала разные положения и через одежду, но ничего не сработало. Видимо, лечение возможно, только если вливать священную силу непосредственно в область сердца, как сейчас.
— Правда? А мне нравится именно так.
— Почему? Каждый раз нужно раздеваться...
— И правда. Как думаешь, почему?
Риванфель слегка наклонился ко мне и прошептал. Мы были так близко, что достаточно было повернуть голову, и наши губы соприкоснулись бы.
— Если продолжите так... я лягу спать до полуночи, какое там лечение. Снова станете пьяницей и будете заперты в спальне каждую ночь...
— Не волнуйся. Я не буду делать то, что тебе не нравится.
То есть, если мне понравится, он сделает всё, что угодно? Я крепко прикусила внутреннюю сторону губы, пытаясь сохранить ясность ума.
— Кстати, свадьба уже совсем скоро. Я нервничаю, ведь это моя первая свадьба.
— Какое облегчение. Я боялся, что один нервничаю, ведь для меня это тоже впервые.
Я не из тех, кто сдаётся, но этот мужчина действительно не упускает возможности парировать.
— Принцесса.
— Да?
— ...Если тебе неприятно присутствие королевского дома Руфеон на свадьбе, можешь сказать. Если ты не хочешь, я могу по своему усмотрению их не приглашать.
— Королевский дом Руфеон... моя семья? Почему вы спрашиваете?
— Мне кажется, ты можешь не хотеть видеть людей из того королевства.
Вот видите? Такой проницательный, хотя я ничего не говорила! Но я решительно покачала головой.
— Ваше Величество, о чём вы говорите? Королевский дом Руфеон — моя семья. Они обязательно должны присутствовать на свадьбе. Я даже сдерживаюсь, чтобы не пригласить всех сестёр и братьев.
— ...Принцесса.
На миг мне показалось, что взгляд Риванфеля смягчился.
— Принцесса. У тебя действительно...
— Чтобы эти мерзавцы из королевского дома своими глазами увидели, как им будет больно! Это редкое зрелище, которое не купишь ни за какие деньги! Я хочу лично посмеяться им в лицо! Жду не дождусь этого дня, о чём вы вообще?
— ...У тебя действительно сильный дух и ты удивительная. Я никогда не сделаю тебя своим врагом.
— Врагом? Вы планировали меня предать?!
— ...Надо будет подумать, не было ли у королевства Руфеон других причин отправить тебя в империю.
Риванфель пошутил. Но взгляд, которым он смотрел на меня, оставался сладким и нежным, словно он откусил кусочек зефира.
— Как ты можешь быть такой сильной?
— Это благодаря моей матери.
— Матери?
— Да. Хоть семья и была ко мне жестока... мать очень сильно меня любила. От неё я научилась любить себя и никогда не падать духом.
Поэтому я всегда могла держать голову высоко. Даже если в мире был всего один человек, который меня любил, для меня это значило больше, чем сотни других.
— Она говорила, что если кто-то ранит меня мечом, это не моя вина, а вина того, кто ранил. Нет причин корить себя за то, что несколько десятков человек в этом мире ненавидят меня, и я достойна любви — она всегда напоминала мне об этом.
Мама всегда, всегда была на моей стороне.
[Не опускай голову. Расправь плечи, Тери! Голову склоняют только когда виноваты! Если ты ни в чём не виновата и уверена в себе, никогда не опускай голову! Я не собираюсь видеть, как моя любимица пресмыкается! Тери, в своей жизни ты получишь столько любви, что не сможешь с ней справиться. Я подарю тебе весь мир. Ты веришь маме?]
— Замечательная мать.
— Конечно, когда я только родилась, она даже не хотела брать меня на руки. Но когда мне было около трёх лет? Она внезапно изменилась. Я думаю, может быть, ей стало жаль, что она не могла дать мне достаточно любви до этого, но точно не знаю.
Иногда, глядя на меня, уже взрослую, она часто говорила непонятные вещи вроде: «Почему именно сейчас одержимость! Занимаюсь воспитанием, которого не было в моей судьбе!».
— И всё же верить в своего ребенка и поддерживать его в любой ситуации — на это способен не каждый. Она действительно удивительная.
В отличие от чистого восхищения в словах, на лице Риванфеля промелькнуло горькое чувство.
«У него есть какие-то неприятные воспоминания?»
Я ничего не знала о Риванфеле. Он не давал мне возможности копнуть глубже. При такой защите я не могла продолжать расспросы — мы не были настолько близки. В момент моих раздумий он быстро скрыл свои эмоции и сменил тему.
— Что ж, как ты и хочешь, я специально приглашу всю королевскую семью Руфеон.
— Ого! Вы правда можете это сделать?
— Конечно. Я же сказал: всё, чего хочет принцесса, возможно. Я позабочусь, чтобы ты могла вдоволь насладиться.
— А кто будет наслаждаться — я?
Риванфель уверенно кивнул, как будто ответ был очевиден.
— В королевство Руфеон отправлю скоростной корабль.
— А? Но ведь цунами...
— Ты, видимо, забыла, что в империи есть высшие жрецы. Если они будут молиться на протяжении всего путешествия, они смогут усмирить даже цунами на маршруте.
— О...
Но, подумав, я решила, что было бы неплохо посадить королевскую семью Руфеон на скоростной корабль и позволить цунами накрыть его.
Когда я захлопала в ладоши и радостно засмеялась, Риванфель пробормотал «действительно удивительная» и усмехнулся.
*******
Несколько недель спустя скоростной корабль с королевской семьей Руфеон прибыл в империю Леонхарт. Вопреки моим пылким надеждам, корабль прибыл в целости и сохранности. Честно говоря, я надеялась, что корабль получит несколько пробоин, им придётся грести вёслами или что они пережили суровый шторм и временно сбились с курса, остановившись на необитаемом острове.
«Какая жалость. Не надо было отправлять с ними жрецов».
Но сожаления были уже бесполезны. Карета, отправленная из порта, прибыла во дворец. И из неё вышли знакомые члены королевского дома Руфеон — моя семья.
— Приветствуем ослепительное солнце империи, Его Императорское Величество.
Первым вышел и поприветствовал король. Он мельком взглянул на меня, стоящую рядом с Риванелем, а затем отвел глаза. Следом за ним по очереди кланялись мои сестры и братья. Мы с Риванфелем могли бы остановить эту церемонию, но приняли каждое из их приветствий до конца. После завершения долгой церемонии Риванфель безразлично оглядел мою семью.
— Ждать утомительно.
Первая его фраза с холодным выражением лица не была ни гостеприимством, ни учтивостью, ни благодарностью. Это была жалоба на то, что ему пришлось ждать королевскую семью Руфеон, проделавшую долгий путь в течение месяца.
— В жизни не приходилось столько ждать. Для королевского дома это, должно быть, большая честь.
Король в замешательстве склонил голову перед надуманной логикой Риванфеля.
— В-в-ваше В-величество.
Когда отец склонил голову, затаив дыхание, боевой дух моих братьев и сестер позади него заметно упал. Поскольку я стояла рядом с Риванфелем, они невольно склонились и передо мной.
«...А это приятно».
Когда я бродила по дворцу, меня часто били за то, что я не смотрела в землю и избегала зрительного контакта. Конечно, я давала сдачи не меньше. И вот теперь мои братья и сестры стоят тихо и послушно склонив головы, не смея вымолвить ни слова.
«Великолепно».
Я поспешно прикрыла рот тыльной стороной ладони, чтобы сдержать рвущийся наружу смех. Но ничто не могло скрыть приподнявшиеся скулы. Когда атмосфера быстро застыла, Риванфель с более великодушным выражением лица сделал жест рукой.
— Ох. Я пошутил, потому что вы проделали такой долгий путь. Моя шутка была слишком грубой?
— Ха... ха-ха! Вы м-меня провели, Ваше Величество! Ваше остроумие поистине удивительно! Ха-ха-ха!
— Ха... ха-ха! Ха-ха! Ха!..
Когда король неловко засмеялся, мои братья и сестры, наблюдавшие за ситуацией, последовали его примеру, смеясь так, словно читали по книге. Когда неловкий смех разнесся по воздуху, Риванфель холодно оборвал его:
— Вообще-то, это не шутка.
— Простите?
— Ты действительно принял это за шутку?
— Ха... ха-ха... ха... ха-а...
Король с тяжелым вздохом поспешно склонил голову, пытаясь уловить настроение Риванфеля. Вместо смеха над нами клубились тяжелые вздохи, похожие на облака.
Обновлено: 02.02.2026