— Ну, я не могу сказать наверняка.
— Э-это странно. Других серьёзных ран вроде бы нет, но я не понимаю, почему дыхание не восстанавливается, а температура тела продолжает падать.
Встревоженный лекарь вытряхнул содержимое сумки и принялся за инструменты и лекарства.
Однако прерывистое дыхание Игора не улучшалось. Напротив, он начал мучительно хрипеть, а изо рта пошла пена.
— Не может быть!
Лекарь задрожал — видимо, решил, что если не спасёт Игора, то и сам не жилец.
— Что с ним? Ты правда не знаешь причины?
— Д-да! Он определённо должен был прийти в норму, я не понимаю, почему это происходит!
Натали, глядя на всё ещё бессознательного Игора, сделала обеспокоенный вид, а затем, словно что-то внезапно вспомнив, хлопнула в ладоши.
— А! Как насчёт травы Хаим?
«Хаим» на древнем языке означало «чудо».
Своё название она получила за способность быстро и полностью исцелять и дух, и тело. К тому же её можно было добыть только в дикой природе, поэтому цена на неё была сопоставима со стоимостью бриллиантов.
В базовой версии «Нэнамну» это было редчайшее лекарство, доступное лишь высшей аристократии.
«А для Игора это единственный шанс на спасение».
Его магическая сила была запредельной, позволяющей управлять всеми стихиями: водой, огнём, светом. Она была даже мощнее способностей, даруемых богами, поэтому магия Игора вызывала не только зависть, но и страх. В храме магов, обладающих подобной силой, и вовсе клеймили еретиками и демонами.
Однако у такого могущества был изъян. Другие маги не испытывали особых трудностей при использовании своих сил, но Игор, превысив предел, терял сознание. Его колоссальная мана буквально пожирала своего обладателя.
«В базовой версии Игор всегда приходил в себя после травы Хаим».
Но сейчас, попав в плен, он явно не получал её вовремя. К тому же, по какой-то причине решив выдать Куна за мага высшего уровня, он призвал с десяток элитных монстров, чем окончательно подорвал свои силы.
«Сейчас его состояние критическое. Неудивительно, что тот нетопырь в императорском саду показался мне таким слабым».
Единственным способом спасти Игора оставалась трава Хаим.
— П-прошу прощения, но мы не можем её использовать.
Ответ лекаря был неожиданным. Натали нахмурилась.
— Почему? Дело в деньгах?
— Нет, что вы! Конечно, трава Хаим могла бы мгновенно поставить его на ноги, — лекарь вытер катящийся градом пот.
— Тогда в чём проблема?
— Эм... Вы действительно не знаете? — он опасливо взглянул на раздражённую Натали. — Два года назад трава Хаим начала исчезать по всему континенту. Раньше она росла в дикой природе, но в какой-то момент все заросли просто высохли. Теперь её не достать даже за баснословные деньги.
«...Ну конечно, это же полная версия».
Натали глубоко вздохнула, пытаясь оправиться от шока, будто её ударили по затылку. Эта искажённая игра явно не собиралась позволять ей так просто дойти до финала.
— Сделай всё возможное, чтобы он продержался как можно дольше.
Лекарь замялся, его взгляд так и говорил, что это бесполезно, но в итоге он применил ещё пару средств и тайком ускользнул через лаз у задних ворот.
Натали мерила шагами комнату, глядя на Игора, лежащего на её кровати.
«Главный герой не может просто взять и умереть. Роджер и Амон ведь выжили?»
Пытаясь сохранить самообладание, она нервно прикусила губу.
«Способ должен быть. Обязательно».
Раз он протянул два года без нормального лечения, значит, ещё поборется. Внушая себе эту мысль, Натали поднесла палец к носу Игора. Он всё ещё дышал, хоть и едва ощутимо.
«Нужно найти траву Хаим. Немедленно!»
Обеспокоенная его состоянием, Натали заперла дверь и выбежала из дома. Она была готова на всё: вытрясти душу из гильдии торговцев или вломиться к любому аристократу, у которого могли остаться запасы.
К счастью, герцог и Анатол Эйлсден ещё не вернулись.
— Трава Хаим! Достаньте её немедленно, цена не имеет значения! Я куплю всё!
— П-простите. Поставки прекратились слишком давно, её просто нет.
Но сколько бы она ни врывалась в лавки, сколько бы ни допрашивала главу гильдии торговцев, ответ оставался прежним.
— Вы называете себя крупнейшими торговцами континента! Рекламируете, что достанете любой товар, и после этого смеете называть себя профессионалами?!
В шестом по счету месте ей тоже отказали. Однако её полубезумный вид и крики всё же заставили торговца дать хоть какую-то зацепку.
— Пограничье с Глиоре... Раньше там было больше всего этой травы, возможно, что-то ещё осталось, — пролепетал он, заискивающе глядя на неё. — Но война идёт уже второй год. Граница под усиленной охраной, и даже с пропуском дорога туда займёт не меньше трёх дней в один конец...
«Она нужна мне сейчас!»
От тревоги кровь стыла в жилах. Но как бы она ни злилась, торговец не мог выдать ей то, чего не существовало.
Натали металась по столице до тех пор, пока волосы не растрепались от ветра. Она обыскала аукционы, чёрные рынки и антикварные лавки, но не нашла ни единого листочка.
— ...Не может быть.
Руки дрожали. Почему всё идёт наперекосяк?
Охваченная отчаянием, Натали рухнула на сиденье кареты, даже не закрыв дверь. Сопровождавший её рыцарь осторожно притворил створку, когда внутрь ворвался холодный ночной ветер.
— Госпожа, уже почти полночь. Опасно оставаться на улице, давайте вернёмся. Глава семьи и молодой герцог будут волноваться.
Застывший разум со скрипом заработал. Да, в столице её точно нет. Бессмысленно продолжать поиски здесь.
«Нужно забирать Игора и ехать к границе Глиоре».
Безумная затея, но это единственный шанс. Натали решила, что украдкой заберёт печать Анатол Эйлсдена и немедленно отправится в путь.
Карета, полная тяжёлых мыслей, вернулась в особняк Эйльсден.
— Глава семьи и молодой герцог уехали в поместье по срочным делам. Они вернутся только после выходных, — сообщил встретивший её дворецкий.
— Свободен.
То, что её ночной вояж остался незамеченным, не принесло облегчения.
«Какой в этом смысл, если один из главных героев при смерти».
Приказав кучеру ждать у заднего входа, Натали поспешила в свою комнату.
Она откинула одеяло. Дыхание Игора стало совсем слабым, а лицо — бледным, как у мертвеца. Единственными яркими пятнами оставались запекшаяся кровь, алые волосы и посиневшие веки.
Натали оцепенела, чувствуя, как внутри всё рушится.
«Нет...»
От мужчины веяло самой смертью. Рассудок Натали помутился — она не могла просто стоять и смотреть, как он умирает. Спотыкаясь, она попятилась к выходу и бросилась прочь по тёмным коридорам особняка.
«Ужасно!»
Её била дрожь. Если один из трёх героев погибнет, она никогда не достигнет нужного уровня привязанности и не увидит финала. Она с таким трудом выживала эти двадцать лет, только-только осознала, что находится в игре... Неужели всё зря? Неужели придётся вернуться в самое начало?
«Снова пережить ту боль и одиночество? Снова стать беспомощным младенцем?»
Она проделала такой долгий путь. Только начала сближаться с Роджером и Амоном. И теперь — сброс, даже не начав толком игру? Чтобы спасти Игора, нужно знать о траве заранее, но после перерождения память сотрётся.
«Значит, даже если я всё вспомню позже, я обречена повторить ту же ошибку!..»
В глазах помутилось. Натали рассеянно оглядела погружённый в тишину особняк.
Как же здесь спокойно.
В герцогстве Эйльсден огни гасили раньше, чем в других домах — всё ради Шарон Эйлсден, которая страдала от бессонницы и слабого здоровья. Семья оберегала её покой. Пока в других поместьях гремели балы, здесь царила мёртвая тишина.
— Ха.
Натали горько усмехнулась. Эта безмятежность, которой не было дела до её отчаяния, ранила сильнее всего. Огромный особняк, восстановленный после пожара так безупречно, будто ничего и не было, словно шептал ей:
«Здесь важна только Шарон. Ты — никто. Всё в этом доме создано лишь для неё...»
«...Постойте-ка».
В розовых глазах, ещё секунду назад полных отчаяния, вспыхнула решимость. Натали резко развернулась и со всех ног бросилась вглубь особняка.
Обновлено: 23.01.2026