Спина сломана, деньги на исходе, единственный собеседник — треснувшее зеркало: так выглядело дно, пока чей-то голос не произнёс «Привет, я Мита» — и реальность не рухнула. Списанный со счетов калека-сирота просыпается внутри любимой визуальной новеллы не игроком, а частью системы — картриджем, вшитым в чужой сюжет. Здесь милые лица прячут капканы, а каждый выбор эхом бьёт по правилам, которые никто не потрудился объяснить. Сумеет ли он переписать код чужой судьбы под себя — или игра переиграет его первой?

Спина сломана, деньги на исходе, единственный собеседник — треснувшее зеркало: так выглядело дно, пока чей-то голос не произнёс «Привет, я Мита» — и реальность не рухнула. Списанный со счетов калека-сирота просыпается внутри любимой визуальной новеллы не игроком, а частью системы — картриджем, вшитым в чужой сюжет. Здесь милые лица прячут капканы, а каждый выбор эхом бьёт по правилам, которые никто не потрудился объяснить. Сумеет ли он переписать код чужой судьбы под себя — или игра переиграет его первой?