Глава 3 — Глава 3

— Особняк, достойный самого дьявола. Даже звонок на воротах оказался сломан, так что мне пришлось изо всех сил потрясти решётку, чтобы позвать кого-нибудь. После трёх минут моих усилий, из парадной двери вышел человек. Женщина лет тридцати пяти, одетая в форму, оглядела меня с ног до головы и открыла входную дверь. — Вы мисс Дейзи Фейджер, которая пришла на должность горничной? Прошу прощения за опоздание. Я старшая горничная особняка Уэзервуд. Пожалуйста, проходите. Горничная, собиравшаяся проводить меня во внутрь, остановилась и оглянулась на меня. — Где ваш багаж? Я собиралась просто покачать головой, но вовремя вспомнила совет интервьюера. — Я налегке. Старшая горничная посмотрела на меня со странным выражением лица, а затем отвернулась. — Изначально горничные не могут пользоваться главными воротами или парадной дверью, но в этом особняке вы можете свободно ходить через них. Мы пересекли увядающий сад, который выглядел так, словно по нему прошлась война. — Владелец особняка — виконт Уэзервуд, живущий здесь один. Работников трое — мы с вами, а также повар, он же садовник, который прибудет через три дня. В ваши обязанности будет входить вся работа по дому. В том числе готовка, уборка, стирка и уход за садом. Пройдя по выцветшему ковру в главном холле, мы поднялись наверх. — Зарплата выплачивается первого числа каждого месяца, а рабочий день начинается в шесть утра и заканчивается в семь вечера. Мы дошли до комнаты в конце коридора, пройдя мимо пыльных окон. Старшая горничная открыла дверь в просторную спальню. — Большая, верно? Единственный дом, где горничная может использовать спальню на втором этаже, а не чердак, пристройку или подвал — это особняк Уэзервуд. Причина, по которой я сразу поняла, что это спальня, заключалась в наличии большой антикварной кровати, стоящей у дальней стены. Роскошный, но старый камин, письменный стол и массивный стул; чёрные занавески, которые настолько пыльные, что их страшно раздвигать, роскошные, но ржавые железные сундуки, и даже дверь, которая, казалось, ведёт в собственную ванную. Это была прилично обставленная комната. Как и сказала старшая горничная, для меня это была почти роскошь. — Вы можете спокойно ходить в любые части особняка. Есть только одна вещь, о которой вы не должны забывать. Горничная предупредила меня твёрдым голосом. — Не заходите в спальню хозяина. И если кто-нибудь спросит о его местонахождении, всегда отвечайте, что его нет дома. Не имеет значения, будь то знакомые, друзья или дальние родственники. Господин очень занят, поэтому не может приветствовать посторонних. Обязательно запомните это. Я кивнула. — Не просто кивайте, отвечайте вслух. — Да. Думаю, в агентстве мне советовали добавить что-нибудь после этого… Совсем забыла. — Ха, вы правда... Нет, тогда идите, распакуйте вещи. Начнёте работать прямо сегодня. О, подождите, вы же говорили, что у вас нет багажа? Раз так, то сделайте десятиминутный перерыв, а затем спускайтесь на первый этаж. Я слышала, что вы впервые работаете горничной, поэтому сама подготовила вам форму. Надеюсь, мы хорошо поладим. Старшая горничная быстро вышла из комнаты, оставив меня обдумывать её последние слова. Я осталась одна, но не собиралась сентиментальничать по этому поводу, поэтому бросилась на кровать. — Кхе! Пыль покрыла всё тело почти сразу, но желания вставать не было. Прошло много времени с тех пор, как у меня была кровать, и теперь я чувствовала, что готова растаять прямо сейчас. После потери сознания в схватке с волшебником Мефисто, я открыла глаза спустя почти четыре года и обнаружила, что нахожусь в пустоши пепла, а моя внешность больше не похожа на моего младшего брата Андерта. Мужское тело, поддерживаемое могущественной древней магией, вернулось в первоначальное женское состояние. «Я умерла и попала в ад?» Ответ нашёлся быстро, так как я услышала сильное сердцебиение в своей груди. — Я определенно умерла… Но вернулась к жизни? Как, чёрт возьми, это возможно? Я спустилась в деревню, в которой когда-то жила, но не встретила ни души. Деревня оказалась выжжена дотла и осталась как настоящий памятник ушедшей войны. Там я нашла одежду, похожую на платье, и направилась в порт. К счастью, на побережье дежурил военный патруль, который и доставил меня на пост. Позже солдат, выясняя мой статус, заметил свободный рукав платья, которое было на мне, и спросил: — Берти? Тебя зовут Берти? Берти Лушан. Имя, вышитое маленькими буквами на внутренней стороне рукава, было мне знакомо. «Так это платье Берти». Я провела кончиками пальцев по имени подруги, погибшей давным-давно. Берти и её семья погибли во время воздушного налёта Мефисто. Я до сих пор отчётливо помню тот день, когда своими руками вытащила их тела из обломков и закопала в землю. — Ты выглядишь очень молодо, сколько тебе лет? Тебя зовут Берти? После короткой паузы я кивнула. Всё следующее расследование было завершено в самые короткие сроки. Берти была моим старым другом и поскольку я знала её дом, семью и жизнь лучше, чем кто-либо другой, подделать личность подруги было очень легко. Прости, Берти. Я позаимствую твоё имя ненадолго, а затем верну его. — Не волнуйтесь, мисс Берти. Теперь вы в безопасности. Магический союз уничтожил Мефисто и добился победы! Прошло четыре года. В Империи сейчас мир! Я слушала от солдат рассказы о том, что произошло с союзом за последние четыре года, и в каком направлении продвинулась Империя. Они упорно предлагали мне зарегистрироваться в качестве беженца в южной части страны, но я отказалась. Причина была проста. Мне не хотелось связываться со своими старыми сослуживцами, включая Рафаэля. Примерно в то же время я узнала огромный недостаток этого тела. Когда души волшебника Мефисто и моя столкнулись в противостоянии, продолжительность жизни моего первоначального тела сократилась до трёх лет. Отчасти поэтому у меня не было желания воссоединяться с Рафаэлем в этом теле. Я больше не Андерт, и нет причин жить его жизнью. Так разве Рафаэль и все мои бывшие коллеги не являются теми узами, которые принадлежали Андерту? «Даже если я вернусь с изуродованным женским телом, то получу в ответ только сочувствие и сострадание». А мне не хотелось провоцировать их чувство вины. Учитывая всё это, я решила, что пришло время начать жить своей жизнью, а не чьей-то другой. «Починю это сломанное тело, и стану самой собой». Даже если это невозможно, я готова рискнуть. Среди многих городов Империи мой выбор остановился на Мидуинтере. Ведь найдя артефакт, утерянный здесь, срок моей жизни может значительно увеличиться. Прокручивая в голове минувшие события, я поднялась. В конце концов, от начала и до самого конца вся моя жизнь была борьбой. Когда я переоделась в одежду горничной и спустилась на первый этаж, главная горничная уже ждала меня. — Я потратила много денег, чтобы нанять вас. Мне хотелось бы, чтобы вы продержались хотя бы неделю. Тогда вы получите оплату за свою работу и сможете уехать. Так вот почему интервьюер смотрела на меня, как на золотую свинью? — Начнём? Нам предстоит много работы, дабы наверстать упущенное. Это будет довольно сложно. С этого момента старшая горничная превратила меня в рабыню. И я действительно вкалывала не на жизнь, а на смерть. Вытерла пыль с люстры в главном холле, которая выглядела так, словно к ней не прикасались целое столетие, затем протёрла плафоны и установила их обратно. Очистила поручни центральной лестницы от пыли и отполировала. Выбила ковры. Отмыла подоконники. И сами окна. Смазала петли… — Это... Это вообще дом? Я служанка? Или рабыня? Я служанка-рабыня? — Как и ожидалось, дела идут быстрее, когда нас двое. Вы быстро соображаете и достаточно выносливая. Это был, очевидно, искренний комплимент, но у меня не было сил даже улыбнуться. Старшая горничная — та, кто кормит меня, даёт крышу над головой и зарплату следующие три года. Так что я не могу её ударить. Как бы сильно мне этого ни хотелось. — Небо хмурится. Думаю, нужно сходить за продуктами до захода солнца. Я закончу одна, так что иди, сделай это. Старшая горничная — та, кто кормит меня, даёт крышу над головой и зарплату следующие три года. Так что я недолжна возражать. — Вот список продуктов и деньги. Даже не думайте что-то украсть, я знаю все цены на ближайшем рынке. И нехорошо ссориться с торговцами, так что будь вежлива. Если так волнуешься, занимайся этим сама. Но видимо, в обязанности старшей горничной входит охранять этот особняк. Пришло время его покинуть за продуктами на несколько пенни. — Эй! Не зевайте, мисс. У вас будут большие неприятности, если ваше хорошенькое личико пострадает. Мимо моего лица деловито пронесли большой стол. Заинтересовавшись, я наблюдала, как мужчины один за другим вытаскивают мебель из дома напротив особняка Уэзервудов. — Пошевеливаемся. Новый владелец? Не хотелось бы получить мутного соседа напротив.