После леденящей тишины, встретившей его победу в забеге, Изуку погрузился в свою зону отчуждения ещё глубже. Объявление второго испытания — «Конный бой» — он воспринял не как новую задачу, а как дополнительный набор переменных для контроля. Необходимо было сформировать команду: Цель — защитить свою повязку-миллион на голове наездника и завладеть повязками других команд.
Логика подсказывала: ему нужны были не самые сильные, а самые управляемые партнёры. Те, кто будет беспрекословно следовать инструкциям и не станет искать в его лице героя или лидера.
Пока остальные лихорадочно сбивались в стайки по дружбе или стратегической выгоде, Изуку стоял в стороне, его взгляд скользил по толпе, оценивая. Его выбор был безжалостно прагматичен.
Первой он увидел Урараку. Она металась в нерешительности, бросая взгляды то на формирующиеся команды, то украдкой — на него. В её глазах читалась внутренняя борьба: долг дружбы против инстинктивного страха. Изуку подошёл первым.
— Урарака-сан, — его голос был ровным — Мне нужен кто-то, кто может изменить наш вес в критический момент для уклонения или рывка. Твоя причуда идеальна. Будешь в моей команде?
Он не просил. Он констатировал факт и предлагал функцию. Очако сглотнула, взгляд её дрогнул, но она кивнула. Не из восторга. Из чувства долга и, возможно, остаточной надежды что-то понять. — Да... Да, конечно, Мидория-кун.
Второй стала Мэй Хацуме — она сама врезалась в его поле зрения, её глаза-линзы за стёклами очков горели маниакальным огнём.
— ТЫ! Зелёноволосый феномен! — её визгливый голос перекрыл гул стадиона. — Данные с первого забега! Твоя эффективность зашкаливает! Я хочу присоединиться к твоей команде! Заодно как следует продемонстрирую своих малышек! Я настрою датчики, я буду мониторить врагов, я...
— Хацуме-сан, — перебил он её, не повышая тона. — Я согласен, твоей основной задачей будет — тактический обзор и информация. Никаких импровизированных гаджетов на мне или на партнёрах. Только наблюдение и расчёт. Согласны?
— Согласна, согласна, согласна! Это все равно куча данных и информации! — Она уже рылась в своём жилете, усыпанном проводами и экранчиками.
Третьим... третьим оказался Фумикаге Токоями. Он не подошёл. Он просто возник рядом, выплыв из тени, как материализовавшаяся ночь. Его тёмные глаза под чёлкой встретились со взглядом Изуку.
— Моя Тьма может поглотить атаки. И скрыть. Если тебе нужен щит, — произнёс он тихо.
Изуку кивнул. Без слов. Это был идеальный выбор. Токоями не требовал объяснений, не искал славы. Он предлагал утилитарную функцию. И понимал природу изоляции.
Так и собралась, пожалуй, самая странная и несинхронная команда на поле: отстранённый «феномен», девушка, пытающаяся быть другом сквозь страх, одержимая технологиями и молчаливый носитель теней.
Перед началом раунда Изуку собрал их в круг. Его инструкции были кратки и точны, как техническое руководство:
— Я — «наездник». Моя задача — захват чужих повязок. Ваши задачи:
Урарака: Обеспечивать манёвренность. По моей команде — обнуление веса для резкого ускорения или смены траектории. Никаких полётов. Только коррекция.
Хацуме: Тактический обзор. Отслеживайте перемещения других команд, особенно тех, у кого есть дальнобойные или областные причуды. Предупреждай за пять секунд до потенциальной угрозы.
Токоями: Оборона. Ваша Тьма — наш подвижный щит. Прикрывайте фланги и тыл от направленных атак. Не контратакуйте. Только защита.
Вопросы?
Вопросов не было. Было лишь кивок Очако, лихорадочное бормотание Мэй, настраивающей очки, и молчаливое внимание Токоями.
Бой начался с хаоса. Команды сцепились в бешеной свалке. Крики, вспышки причуд, ледяные шипы, взрывы. Команда Изуку не бросилась в самое пекло. Они заняли позицию ближе к краю, превратившись в островок относительного спокойствия.
— Команда 1-B, комбинация «крепыш и растения», приближаются с юго-востока, — выпалила Мэй, её пальцы летали по голографическим интерфейсам в очках.
— Токоями. Прикрыть левый фланг, — скомандовал Изуку.
Из спины Фумикаге вырвался поток живой Тьмы, вставший непроницаемой стеной между ними и летящей тучей колючих семян.
— Урарака. Облегчи нас. Остальные приготовитесь к рывку в вправо. Теперь.
Ощущение невесомости охватило их. Изуку, стоя на плечах товарищей, казалось, и не двигался вовсе. Но вся их группа сместилась в сторону на три метра быстрее, чем глаз успел моргнуть, уходя от удара команды Ииды, промчавшейся мимо, как серебряная молния.
— Теперь — к команде 1-А, группа Кёки, — сказал Изуку. Его взгляд был прикован к «наезднице» из другой команды, которая метала звуковые волны.
Они двинулись. Не строем. Как единый, причудливо собранный организм, где нервы были проводами Мэй, крепкой кожей — Токоями, сухожилия — контролем Урараки, а мозг — холодным расчётом Изуку.
Когда они приблизились к цели, Изуку действовал. Он не спрыгнул, не сделал эффектного прыжка. Он просто исчез с плеч товарищей и материализовался уже рядом с вражеским «наездником». Его рука метнулась вперёд — не для удара, не для захвата. Два пальца, сложенные щепоткой, с микроскопической точностью зацепили край повязки и сорвали её одним плавным движением. Девушка даже не поняла, что произошло, пока не ощутила ветерок на лбу. Изуку был уже в воздухе, и в этот момент Очако, чётко следуя неозвученному, но рассчитанному сценарию, на миг обнулила его вес. Он, как перышко, перелетел через головы ошеломлённой команды и мягко опустился обратно на своё место.
— Следующая цель, — прозвучал его ровный голос, как будто он не сорвал повязку, а поднял с пола упавшую ручку.
Так они и двигались по полю боя: не сражаясь, а собирая. Повязки одна за другой оказывались в руках Изуку. Он избегал прямых столкновений, где его сила могла бы выйти из-под контроля. Он использовал Тьму Токоями как дымовую завесу, манёвренность Урараки для непредсказуемых перемещений, данные Мэй для выбора оптимальных целей. Он был хирургом на поле боя, а повязки — больными органами, которые нужно было аккуратно изъять.
Когда сирена возвестила конец раунда, у них на руках было четыре повязки. Они прошли в следующий этап. Но когда они разомкнули круг, не было объятий, не было совместных вздохов облегчения или ликования.
Очако вытерла пот со лба, её улыбка была усталой и напряжённой. Она выполнила свою функцию, но сердце в этом не участвовало.
Мэй лихорадочно сохраняла данные, бормоча: «Скорость реакции... эффективность распределения ролей... удивительно, но командной синергии — ноль! Это же чистый алгоритм!»
Токоями молча отозвал Тьму, его лицо оставалось невозмутимым.
Изуку же просто пересчитал повязки, сверился с мысленным списком потенциальных угроз в следующем раунде и кивнул. Задача выполнена. Механизм сработал без сбоев.
Команды вокруг них ликовали, спорили, обнимались — в них кипела жизнь, пусть и соревновательная. Но впереди их уже ждал, следующий этап!
Обновлено: 23.01.2026