Глава 12 — Глава 12

— Я — самый мощный провидец в мире. Будущее — моё поле для фигур, и в этом будущем ты будешь служить мне. — Затем он поднял ногу и наступил ей на морду. Недостаточно, чтобы причинить вред или даже доставить неудобство, но посыл был ясен. — Поняла? Этот мальчик был силён. Гораздо сильнее неё. Возможно, сильнейший в мире. Для него она была слаба. — Д-да, сэр. — Хорошо, — ответил он просто. — Если бы ты не была идиоткой, слушающей лишь силу, у тебя не было бы столько порезов. Отвезём тебя в больницу.   ***   Несколько месяцев спустя. Жизнь Ринки изменилась до неузнаваемости. Она больше не жила в нищете, больше не перебивалась с жалованья на жалованье. У неё теперь была своя квартира, собственная машина и многое другое. Ей больше не приходилось тревожиться о том, останется ли крыша над головой. Став телохранительницей семьи Ямазаки, Ринка избавилась от всех денежных забот. И хотя мать хозяина, Наруми Ямазаки, была слаба, сам хозяин любил её безмерно... а это делало Наруми сильной. Ведь Сейки был сильнейшим. Ринка приложила руку к лицу, ведя пальцами по своим шрамам. Лёгкая дрожь пробежала по её спине, когда она вспомнила их первую встречу. — «Провидец...» — подумала она. Она знала, что значит это слово. Она не ведала всех тонкостей способности Сейки (хозяин не рассказывал — она и не спрашивала), но знала одно: он видел будущее. Обычно способности разума презирались — считались слабыми и бесполезными, тогда как яркие дары типа «Излучателей» или «Перевоплощений» возносились до небес. Но её хозяин... его дар был столь несоизмеримо выше привычного, что это не имело ровным счётом никакого значения. Не важно было, что он не мог превращаться в камень или изрыгать пламя. Не важно, что он не был сильнее среднего человеческого ребёнка. Если он мог одержать победу, значит, он её одерживал. Они тренировались каждую неделю. За последние три месяца Ринка не выиграла ни одного поединка. Даже когда они сражались без оружия, и хозяин не мог нацеливаться ножами в её сухожилия... она всё равно проигрывала. Он лишь продолжал ускользать от её атак, каждый раз зная наперёд, где и как она нанесёт удар. Её раздражение росло, пока она наконец не сдавалась, и бой заканчивался вничью. Ему ещё не исполнилось и пяти лет, а он уже был недосягаем. Часть её души боялась того, каким он станет в будущем... но большая часть жаждала увидеть это. Увидеть, чего именно сможет достичь Сейки Ямазаки.       Особняк Ямазаки. Год 2311-й. Наруми. Возлежа на третьем балконе новейшего особняка Сейки, что стоял на юго-западном побережье префектуры Тиба, Наруми проводила время в обществе двух своих близких подруг — Юки и Хахари. Глядя вдаль, на океан и на несколько акров земли, что принадлежали им, Наруми не удержалась от вздоха. — Этот дом чересчур огромен... — подумала она. Оставив Хоккайдо позади, Наруми и вправду не знала, чем заняться. Единственная причина, по которой она вообще покидала их старую квартиру, — это университет; да и то лишь потому, что Сейки сам ей это посоветовал. И этого оказалось достаточно. Ибо там она встретила Юки Ёсиду и Хахари Ханадзоно. Юки. Невзрачное имя скрывало женщину прямолинейную и упрямую... что удивительно сочеталось с её даром — «Облачное тело». Оно придавало ей самую пушистую, воздушную фигуру, какую только можно вообразить. Подобно самому Сейки, Юки всего добилась сама, основав с нуля модный дом «Ёсида». И благодаря своему дару она умела летать... несправедливо. Хахари. Хахари же, напротив, была беззаботна и полна любви, хоть и порой ветренна. Она обожала всё милое и прелестное — особенно свою дочь. Её дар — «Цветение» — даровал ей совершенную кожу, фигуру, волосы и всё прочее, без малейших усилий с её стороны... тоже несправедливо. За последние годы обе они незаметно, но прочно вошли в сердце Наруми. — Посмотри-ка! — взвизгнула Хахари, поднося телефон прямо к лицу Наруми. — Первые шаги Хакари! Разве не очаровательно, как она спотыкается...! Наруми устало вздохнула. — Да, Хари. Очаровательно. Как и первые сто раз, что ты мне это показывала. Хакари было уже десять, всего на несколько месяцев младше Сейки. Тому видео было почти девять лет. — Первые шаги... — пробурчала Юки. — А моя обуза так и не обзавелась «первой парой ног». Это был один из недостатков дара Юки. Она имела тело облака и, хотя могла придавать себе любую форму, в обычном виде оставалась всё тем же облаком. Это значило, что её роскошные бёдра, ноги, грудь — весь её великолепный облик держался лишь на силе её воли. Выглядела она безупречно, и в своих любимых брючных костюмах смотрелась ослепительно... но Наруми знала: у неё самой никогда не хватило бы силы воли для подобного. А дочь Юки, Маса́ми, и вовсе не утруждала себя — довольствовалась своим «базовым видом». Облаком. — Желаете ещё вина, госпожа Наруми и уважаемые гостьи? — осведомилась Соука, девица-ящерица, появившаяся как раз в тот миг, когда бутылка опустела. Одна из многих... горничных Сейки. Соука. — Благодарю, Соука. — Конечно, госпожа Наруми, — ответила та, и в голосе её слышалась лёгкая фанатичность. Разлив по бокалам, Соука удалилась. — Сколько же у тебя служанок? — спросила Юки. Вопрос был справедлив: почти каждый её визит обслуживала новая девушка. — Дом-то большой, — пояснила Наруми. В прежней их квартире на Хоккайдо она легко справлялась и с уборкой, и с готовкой, и то же самое было в их кондо на окраине Сайтамы, в Токио... но этот особняк был слишком велик, и Наруми давно передоверила заботы о нём десятку с лишним горничных, которых Сейки собрал за эти годы. Ей и вправду незачем было жить в доме такого размера. Но раз уж её сын строил вокруг себя нечто, напоминавшее культ, это стало необходимостью. Сначала была Ринка. Ринка. Зрелище оказалось почти смешным — её маленький мальчик вошёл в их старую квартиру, а следом за ним, в притворной важности ступая, появилась волчица ростом в два метра шестнадцать сантиметров. Серая с белизной шерсть, кроваво-красные склеры, острые когти и оскаленные зубы, что тянулись вдоль её пасти, делали её устрашающей... точнее, сделали бы, если бы не одно «но». Бедняжка была вся перетянута бинтами, прихрамывала и смотрела только себе под ноги — точнее, на пятки Сейки, словно боялась обидеть его одним лишь взглядом. Выглядела она скорее как щенок, которого недавно пнули. — Эм... кто это, собственно? — спросила тогда Наруми. Маленький Сейки протянул руку и просто сказал: — Перемотай последние три часа, мама. У Наруми кровь застыла в жилах Это была Ринка Вулф, более известная как Коготь Смерти.