16 мая, воскресенье, утро.
Жилой комплекс «Счастливый сад».
Ли Синъян заглянул в старую родительскую квартиру. В левой руке он нес набор дорогой отечественной косметики, а в правой – подарочную коробку, внутри которой лежали золотые слитки.
Косметику помогла выбрать Сюй Жун: она идеально подходила женщинам сорока-пятидесяти лет и давала отличный эффект. Ли Синъян собирался подарить её матери.
Золото же предназначалось отцу. Когда сын только начинал своё дело, Ли Шэнмин выделил ему двести тысяч – помощь немалая. Зная, что отец обожает всякие инвестиции, целыми днями изучает графики фондового рынка и недавно сильно расстроился из-за падения акций, Ли Синъян решил его порадовать. Отец в последнее время только и твердил о надежности золота, жалея, что не прикупил его в запас.
Теперь, когда первый успех в бизнесе был достигнут, пришло время отплатить за поддержку.
Всё верно. Прежний энергетический магнат Чжань Юаньтянь, хоть и обладал почти монополией на рынке, всегда помнил о добре. Его кредо было простым: за каплю помощи платить целым фонтаном, а к врагам быть беспощадным. Он был человеком слова, ценившим верность и долг.
К родителям своего нынешнего тела Ли Синъян испытывал глубокую благодарность. Никто лучше него не понимал, как тяжелы первые шаги в бизнесе. Двести тридцать тысяч кажутся небольшой суммой, но много ли молодых людей могут их достать? Сколько времени потребуется, чтобы их заработать?
Конечно, он не забыл и о Сюй Жун, которая ради него опустошила свои кредитки, ухаживала за ним во время изнурительной работы, приносила еду, стирала и убирала, словно преданная нянька. Ли Синъян перевел ей миллион и велел принять без возражений, иначе пригрозил больше не видеться. Сюй Жун пришлось подчиниться.
Шестнадцатый корпус, квартира 603.
Достав ключ, он открыл дверь. Из гостиной доносилась музыка для бальных танцев. Его подтянутый отец Ли Шэнмин и модно одетая мать Чжан Хуэйин кружились в танце, обнимая друг друга за талию. Они то и дело обменивались нежными взглядами, щеки матери горели румянцем – они явно наслаждались моментом наедине.
С тех пор как сын уехал в университет и перестал мозолить глаза, родители вовсю демонстрировали чувства. Они дважды в год ездили в путешествия, нашли себе кучу хобби и жили так, будто у них началась вторая молодость.
— Кхм-кхм, — Ли Синъян вынужден был кашлянуть, привлекая внимание. — Пап, мам, я вернулся. Кажется, я вам помешал?
— Нет-нет, так, просто танцуем, — Ли Шэнмин покраснел и поспешил выключить музыку.
— Сынок, ты пришел! Я так скучала! — Чжан Хуэйин подбежала к нему, начала обнимать и ощупывать, всё еще видя в нем ребенка. Заметив пакеты в его руках, она всплеснула руками:
— Ну зачем ты что-то купил? К своим же пришел, не стоило так тратиться…
Она принялась ворчать: мол, нынешняя молодежь только и знает, что тратить да покупать, не понимая, что деньги нужно копить. Без стабильного дохода такая жизнь до добра не доведет, а чрезмерные траты в юности обернутся проблемами в будущем.
— Мам, это подарок тебе. Почти десять тысяч отдал. Там в составе много экстракта солодки, омолаживает отлично. Моя подруга специально выбирала, чтобы ты всегда оставалась такой же красивой. Это просто знак моего внимания, — объяснил Ли Синъян.
— «Минши Ланьдай»? Неплохой наш бренд. А этот набор «Королева», кажется, стоит девять тысяч девятьсот девяносто девять? У меня коллега такой пользуется, каждый день нахваливает, всем под нос сует. Я тоже думала на него перейти, но цена кусалась, не по карману нам… — Чжан Хуэйин просияла, быстро забирая косметику. — Спасибо, сынок! Завтра же утру ей нос. И обязательно скажу, что это подарок сына. Посмотрим, как эта сорокалетняя старая дева теперь запоет!
Ли Синъян только головой покачал. Как быстро мама сменила гнев на милость: только что твердила об экономии, а теперь уже грезит о том, как будет хвастаться перед коллегой. В её голове явно рисовались сцены из женских романов о мести и триумфе.
— Сынок, а это, небось, подарок для папы? — Ли Шэнмин тоже подошел ближе и с любопытством принял золотистую коробку из правой руки сына. Вскрыв её, он замер.
Золото.
Пять небольших слитков по сто граммов каждый.
По нынешним ценам в пятьсот восемьдесят юаней за грамм стоимость такого подарка приближалась к тридцати тысячам.
— Сын, зачем ты купил такое дорогое инвестиционное золото? Откуда у тебя такие деньги? Ты ведь не ввязался в криминал? Сынок, так нельзя, лучше быть бедным, но честным! — Ли Шэнмин не на шутку перепугался, решив, что сын связался с грязными деньгами и теперь ему грозит тюрьма.
Чжан Хуэйин тут же подхватила:
— Ли Синъян, эти подарки пугают! Ты ведь только начал бизнес, откуда столько денег? Верни всё обратно в магазин, нельзя попадаться в чужие ловушки!
— Пап, мам, это честные деньги. Я ничего не нарушал, поверьте мне.
Ли Синъяну пришлось долго их успокаивать и уверять, что первый этап его дела прошел успешно. Он получил первую прибыль и скоро начнет второй этап, где денег будет еще больше. Он объяснил, что пришел не только порадовать их новостями, но и вернуть долг с процентами.
— Ты говоришь, что твой проект выстрелил? — Ли Шэнмин всё еще сомневался, сохраняя суровое лицо. — С тех пор как ты взял у нас деньги, и двух месяцев не прошло. И ты утверждаешь, что уже разбогател?
— Да, это был короткий и быстрый проект. Двух месяцев вполне хватило.
— И сколько же ты заработал? Что это вообще за проект? — Допытывался отец.
— Около пары сотен миллионов. Это программа для рисования с искусственным интеллектом.
Ли Синъян намеренно занизил сумму, побоявшись, что сердца родителей не выдержат правды. Ведь они за всю жизнь не видели таких денег.
Ли Шэнмин, как раз прихлебывавший чай, едва не поперхнулся.
Он долго кашлял, прежде чем вымолвить:
— Пару сотен миллионов за два месяца? Я и за восемь жизней столько не заработаю! Сын, надо быть скромнее. Сказал бы – пару миллионов, я бы еще поверил, это в твоих силах. Но превратить триста тысяч в сотни миллионов… это только в книжках бывает!
— Пап, программа называется «Божественный Художник», поищи в сети. И студия «Синъюань» тоже была основана два месяца назад, я там единственный владелец… Если не веришь, дело твоё.
— «Божественный Художник»? — Лицо Ли Шэнмина изменилось. — Та самая прорывная программа, о покупке которой вчера объявила Компания Ваньли? Это твоё творение?
Он тут же схватил смартфон и засыпал ИИ-помощника «Вэньсинь Цяньвэнь» вопросами. Всё сходилось. Сын не врал.
Учитывая популярность программы, цена в сотни миллионов выглядела вполне реальной, а может быть, даже заниженной.
Отец ошарашенно смотрел на Ли Синъяна, не зная, что и сказать. В комнате повисла неловкая тишина.
— Сынок, а сколько там точно миллионов? — Вмешалась мать, в чьих глазах зажглись азартные огоньки. — Может, отдашь карточку мне на хранение? Больше никаким бизнесом не занимайся, этих денег на всю жизнь хватит. А то еще прогоришь. Я тебе подберу хорошую девушку из приличной семьи, женим тебя, внуков дождемся – и живи себе спокойно.
Она уже вовсю представляла, как завтра в школе невзначай расскажет об успехах сына. Если коллеги узнают о его миллионах, все красавицы-учительницы будут наперебой мечтать стать её невестками.
— Мам, моё дело только начинается, не мешай мне, пожалуйста. Я добьюсь многого, — мягко ответил Ли Синъян.
— Жена, наш сын куда способнее, чем мы думали. Не лезь к нему со своими советами. Хороший сын – гордость отца. Ли Синъян, продолжай в том же духе. Верю, наступит день, когда ты станешь моей главной темой для хвастовства! — Ли Шэнмин похлопал сына по плечу с гордостью, скрывающей глубокое волнение.
— Спасибо, пап!
У Ли Синъяна потеплело на душе.
… После первой волны потрясения родители всё же приняли подарки. Но когда сын заговорил о возврате долга, они наотрез отказались. Велели тратить деньги на дело и сказали, что сегодняшних подарков более чем достаточно. Ведь в этом мире дети редко возвращают родителям долги полностью – обычно долг только растет.
«В этом и есть тепло семьи. Нужно чаще заходить к ним и заботиться о них», – думал Ли Синъян на следующий день, возвращаясь в жилой комплекс «Звезды Драконьего Озера».
Обновлено: 23.01.2026