Вопрос следователя о том, не кажутся ли результаты моей зачистки подземелья подозрительными.
Когда я признал, что они действительно подозрительны, следователь в замешательстве воскликнул — он явно не ожидал такого ответа.
Я обратился к нему, пока он не успел прийти в себя:
— В последнее время немало Пробужденных получают аномально мощные способности. Возможно, я — один из них.
— Ах...
Когда я выдал этот классический ответ, следователь, кажется, наконец пришел в норму и понимающе кивнул.
В любом случае, его мозг заработал, и он спросил:
— В таком случае, Чон Хёну... Вы не видели его, когда выбирались из Разлома? Если вы убили босса в самой глубине подземелья, то должны были встретить всех охотников.
— Я его особо не видел. В тот момент Разлом уже рушился, все происходило слишком быстро, так что времени оглядываться по сторонам не было. Возможно, будь я опытным охотником, все сложилось бы иначе.
— Хм. Вот оно как.
Мой ответ звучал вполне убедительно.
Оно и понятно: я знал все внутренние дела следователей и охотников от и до, так что не стал бы давать ответы, которые могли бы вызвать лишние подозрения.
Поскольку на каждый вопрос я отвечал предельно стандартно, следователь, казалось, согласился со мной и произнес:
— Гм. Кстати говоря, Хан Инсон, вы используете странный артефакт. Тот, что позволяет уменьшать и хранить вещи.
— Да, верно.
— Могу я взглянуть на него?
— Это как-то связано со следствием?
— Да. Мы должны проверить, что это за артефакт. Грубо говоря, если в него влезла голова Гигантской паучихи, то там может оказаться и тело Чон Хёну.
— ...
Следователь подметил довольно метко.
В конце концов, показать пространственный мешочек не так уж и сложно. Да и доводы следователя были в некотором роде логичными.
Проблема была лишь в том, что он явно хотел осмотреть мой артефакт не ради следствия. Кроме того, я прекрасно знал, что система расследований Ассоциации охотников сейчас находится в плачевном состоянии, а он все равно прикрывался служебным долгом.
Поэтому я решил немного придраться к следователям, с которыми вел беседу.
— Что ж, если это нужно для дела, я могу показать артефакт. Но из какого вы отдела и как ваши имена? Я должен убедиться, что вы действительно те, за кого себя выдаете, прежде чем содействовать расследованию.
В тот период в Ассоциации охотников царил настоящий хаос. Уже тогда множество людей теряли свои жизни, из-за чего кадровые перестановки и внутренние неурядицы привели к тому, что вся система начала трещать по швам.
По этой причине легитимность Ассоциации и её следователей повсеместно ставилась под сомнение, и подобные вопросы были для них как соль на рану.
Когда я, понимая внутреннюю ситуацию, намеренно задел их больное место, брови следователя, который до этого казался весьма обходительным, дернулись.
— Что вы сказали?
Готово. Вместо того чтобы бесконечно подвергаться допросу, выгоднее было спровоцировать конфликт и перевести всё в эмоциональное русло — так проще замять дело.
Я продолжил действовать следователю на нервы:
— Разве я не прав? Следователь — не всевластный правитель, я имею право требовать соблюдения формальностей.
— Ах ты, наглец!.. — Когда я продолжил их провоцировать, следователь в конце концов вспылил.
Но в этот момент вперед вышла одна из стоявших позади следователей — женщина с короткой стрижкой. Она остановила своего разгневанного коллегу.
— Успокойся.
— Старший инспектор!..
— Нет нужды поддаваться эмоциям. Дальше я сама.
Старший инспектор. Когда женщина, к которой так обратились, взяла дело на себя, мужчина хоть и стиснул зубы, но в итоге отступил.
«Похоже, она здесь главная».
Судя по манере общения и силе, которую я ощущал через Чувство энергии, эта женщина была лидером группы. К тому же её называли не просто следователем, а Старшим инспектором.
Отодвинув в сторону первого следователя, она обратилась ко мне:
— Я Старший инспектор следственного отдела Сеульской ассоциации охотников, Ли Ынхи.
С этими словами Ли Ынхи достала висевшее на шее удостоверение и показала мне. На её удостоверении Старшего инспектора действительно были фотография, отдел и имя.
Когда я закончил изучать документ, Ли Ынхи продолжила:
— Я подтвердила свой отдел, имя и предъявила удостоверение, так что мы продолжим расследование. У вас есть претензии?
— Да, есть.
— ...?
— Остальные трое не подтвердили свои личности. Они здесь просто для массовки?
— Что?!
Раз уж Старший инспектор предъявила удостоверение, это фактически подтверждало статус всей группы. Когда я снова начал придираться к абсурдным вещам, не только Ли Ынхи, но и остальные следователи невольно вздрогнули от раздражения.
Не обращая внимания на их недовольство, я продолжил:
— Вы ведь проявляете корыстный интерес к чужому артефакту, прикрываясь проверкой, так почему я не могу тоже немного попридираться?
— ...
— Если хотите проводить расследование, давайте только по делу. Не нужно примешивать сюда свои скрытые мотивы и доставлять людям дискомфорт.
Это было своего рода предупреждением. Предупреждением о том, чтобы ни судьи, ни следователи не смели давить на меня, пользуясь своим положением.
Однако мои резкие слова, судя по всему, сильно их задели. Ли Ынхи и следователи, что и так сверлили меня взглядом, помрачнели. Все, кроме того парня, которого я уже успел приструнить.
— Ах ты, щенок...
— Этот новичок, похоже, совсем не понимает, как делаются дела в этой индустрии...
С этими словами следователи открыто проявили свою жажду крови и энергию. Двое из них были уровня ранга D, а Старший инспектор — почти ранга C. От их давления по коже пробежали мурашки.
Однако я был не из тех, кого мог напугать напор охотников уровня ранга D. Напротив, по испускаемой ими ауре мне стало еще проще определить их истинный уровень.
«Старший инспектор немного беспокоит, но вчетвером они — это как раз тот уровень, с которым я сейчас могу кое-как совладать. Но устраивать проблемы прямо сейчас будет не к добру».
Пройдя через огонь, воду, медные трубы и даже битву с Богом демонов, я осознал одну вещь. Даже если ты выдающийся. Даже если ты силен. Даже если противник слабее тебя — не стоит затевать драку бездумно.
Ссора — это как запал: стоит ей начаться, и неизвестно, где и как рванет бомба. Поэтому, если уж вступать в бой, нужно либо растоптать врага окончательно, либо, если это невозможно, лучше вообще избежать столкновения.
Так что я не собирался драться прямо сейчас.
Вместо этого, вдоволь потрепав следователям нервы, я внезапно достал телефон и набрал номер.
— ...?
Когда я, вместо того чтобы продолжать спор, вдруг взялся за телефон, следователи, чья ярость уже была готова выплеснуться наружу, в замешательстве уставились на меня. Ситуация выглядела странно, но в какой-то мере предсказуемо. Посреди напряженного момента, когда в воздухе пахло дракой, вдруг раздался телефонный звонок.
Тем временем абонент на другом конце принял вызов.
— Рада слышать. Это Магическая биржа, мы продаем и покупаем всё что угодно.
— Здравствуйте. Думаю, мне не нужно представляться, вы и так знаете, кто я.
— Господин VIP-добытчик?
VIP-добытчик. Звучит немного непривычно, но, по сути, верно.
— Неужели нет названия получше?
— Это самое точное. В любом случае, что случилось? Я уже говорила, что я не настолько свободна, чтобы вести пустые беседы.
— Я тоже. Поэтому буду краток. Пожалуйста, уберите от меня этих следователей.
— ...
Когда я попросил Алую ведьму Эллин убрать следователей, она на мгновение замолчала. Следователи, услышав содержание разговора, нахмурились и уставились на меня. Но они не посмели меня тронуть. Они не знали, кому я звоню, и к тому же не могли напасть на человека, который прямо сейчас просит кого-то «убрать» их.
Пока следователи пребывали в полнейшем замешательстве, Эллин ответила:
— Вы знаете имена и принадлежность тех, кого нужно убрать?
— Старший инспектор следственного отдела Сеульской ассоциации охотников Ли Ынхи и еще трое.
— Хм, Старший инспектор... Думаю, это возможно. Только вот цена будет высоковата. «Чистый» способ — 20 миллионов вон, «не совсем чистый» — 10 миллионов. И «грязный» способ — 5 миллионов.
«Чистый», «не совсем чистый» и «грязный».
Зная Эллин, лучше избегать «не совсем чистых» и «грязных» методов. «Грязный» способ мог подразумевать физическое устранение этих ребят прямо на месте. Разумеется, последствия разгребать пришлось бы мне, а она могла бы потребовать доплату. Так что, несмотря на высокую цену, «чистый» способ казался оптимальным.
— Давайте «чистый».
— Чистый, значит. Хорошо. Положите трубку и сразу переводите деньги. Я всё улажу.
— Хорошо.
На этом разговор с Эллин закончился. После того как связь прервалась, следователи, которые все еще стояли в оцепенении от услышанного, наконец пришли в себя.
— Что... что это был за звонок?! Кто ты, черт возьми, такой?..
«Уберите их», название отдела, имена. «Чистый способ».
Следователи не слышали слов на том конце провода, поэтому услышанные ими обрывки фраз заставили их изрядно занервничать.
Не обращая внимания на их панику, я перевел Эллин 20 миллионов вон. Как только перевод был завершен, один из следователей, стоявший позади, не выдержал и сделал шаг вперед.
— Я спрашиваю, что это был за звонок?!
Но в этот момент Старший инспектор Ли Ынхи подняла руку, останавливая мужчину.
— ...?
Мужчина не понимал, почему его сдерживают, но Ли Ынхи уже держала в руке телефон. Ей кто-то звонил. Посмотрев на экран, она бросила на меня быстрый взгляд и ответила:
— Да, господин Вице-председатель ассоциации.
— !!
Стоило ей упомянуть должность вице-председателя, как взгляды всех следователей мгновенно переключились на неё. Я тоже был немного удивлен, услышав это звание.
«Вице-председатель ассоциации, значит. И вправду, сработано чисто. Умеет же она решать вопросы».
Эллин. Эта Алая ведьма хоть и безумно любит деньги, но свою работу выполняет на все сто.
Пока я размышлял об этом, Ли Ынхи продолжала разговор.
— Да. Да, я поняла. Да. Будет сделано.
Я не слышал, что именно говорил Вице-председатель, но Ли Ынхи отвечала только «да» и выражала согласие. Судя по этому, ситуацию было нетрудно предугадать. Скорее всего, Вице-председатель косвенно приказал ей не беспокоить стоящего перед ней охотника и потихоньку закрыть дело.
Это было настолько очевидно, что я спокойно ждал окончания разговора. Вскоре она повесила трубку.
Закончив звонок, она посмотрела на меня взглядом, в котором читалось: «Как такой тип, как ты, может иметь связи с Вице-председателем?», на что я лишь пожал плечами.
Пока мы обменивались жестами, заинтригованные звонком следователи подошли к ней.
— Старший инспектор. Почему звонил Вице-председатель?..
— Что-то случилось?
Коллеги забрасывали её вопросами, но Ли Ынхи лишь смотрела на меня с выражением крайнего раздражения.
Вскоре она дала ответ, которого они совсем не ожидали:
— Следствие закрыто. Возвращаемся в Ассоциацию.
Обновлено: 08.04.2026