Глава 4 — Глава 4

Двадцать четыре часа. Ровно столько отделяло меня от бога или дней минувшего прошлого – быта перекупа, который выбился в люди, но ненароком переоценил силы и нарвался на перо в печень от недовольного клиента. Бывает. Но всё меняется! За сутки я здорово поднялся в новом мире, например, обзавелся внушительным запорным штоком, выдранным вместе с куском привода гермозатвора, чтобы было чем пугать врагов. Подойдя к огромной двери в следующий отсек корабля, я не стал подбирать шифры или играть в хакера. Подходящими навыками не обладал, а как пользоваться навороченным чипом Цербера не шибко разобрался, временем обделили. Зато всем естеством воплощал взлом: этакий четырехсоткилограммовый баг в коде реальности, который точно прорвется сквозь любую преграду. По крайней мере, должен. Наверное. Вздыхаем поглубже, принимаем позу для бейсбола и начинаем лупить импровизированным тараном по двери. Слышал, против лома нет приема? Истинна в последней инстанции! Шток я погнул, преграждающие путь двери не сломал. Слава яйцам хоть опциональной цели добился: громким грохотом внушил врагам панику, навязчиво намекая, что грядет нечто страшное. Пугал звуковым эффектом, потому что мог, умел и практиковал. Следом я всерьез взялся за преграду, отделяющую меня от четырехглазых мышат: откинул погнутую железяку и принялся наносить серию разрушительных ударов. Каждый был сравним по урону с выстрелом из рельсотрона, просто без спецэффектов – биотикой я тоже не владел. Сугубо насилие и хардкор. Этого худо-бедно хватило, чтобы дверь проломилась, вылетела и, словно дешевая декорация, влетела снарядом в самых тупых – тех, кто стоял прямо за ней и не внял шумовому знамению свыше. Титан им пухом. Или бетон могилой. Хе! Уверенно шагнув в коридор, я переступил порог новой жизни. Старая осталась за бортом. Теперь есть лишь Джаггернаут и никаких авторынков! Стоит с этим побыстрее свыкнуться, иначе крыша потечёт от навалившихся невзгод… Встроенный в мозг чип снова сцепился с визором шлема, подсвечивая цели: полтора десятка тепловых сигнатур. Сплошные батарианцы, которых никому не жалко. Последний сброд галактического общества: без чести, совести и любви к пиву. Работорговцы и контрабандисты. Негодяи! — Контакт! Дверь… её вынесли, твою мать! — услышал я визгливый вопль. — Огонь! Все стволы на подавление! Заградительный! Коридор вспыхнул, превращаясь в новогоднюю гирлянду из трассеров. Десятки пуль врезались в мой энергетический щит, и ощущение от этого контакта было на удивление приятным, словно стоишь под теплым душем. Но это пока заряд держится, дальше начнется панихида. Не стоит слишком полагаться на кинетические барьеры, есть же ещё реактор нулевого элемента в груди и адски болезненная регенерация. Трогать и то, и другое крайне опасно для всех присутствующих. Мощный рывок, и я без спроса врезаюсь плечом в первого батарианца. Его броня разлетается на осколки, впиваясь в плоть шрапнелью. Хилое тельце от такого интимного знакомства отбросило на добрых десять метров; оно сползло по стене, разбрызгивая алую как у людей кровь. Неплохо. Из меня мог получиться достойный живописец, правда, картины выходят в смертельном стиле того знаменитого художника… Джексона, мать его, Поллока. Или как его там? Я больше по двигателям, чем по искусству. — Харкесон мертв! — эхом прокатилась паника. — Это не кроган! Биотикой его! Рвите щиты, пока не подошел! Коварная штука эта биотика. Почти как магия, только в космоопере с уклоном в науку. Сгусток деформации ударил как молния, неожиданно и без права на уклонение. Кинетические щиты, засветившись от перегрузки, исчезли, как та самая студентка после вписки, а броня никак не защитила, пропуская биотику внутрь. Мерзкое ощущение: гравитационные поля пытаются разорвать на атомы, скручивая в бараний рог. Но моя собственная масса и плотность тканей, усиленные учеными Цербера, кое-как справились и даже посмеялись над жалкой попыткой. Хотя мысленно я успел дважды перекреститься. Спас реактор, частично поглотивший влияние полей Эффекта Массы. Хе, похоже, придется почаще воевать с местными магами для подзарядки реактора. А пока… — Моя очередь! — рыкнул я, начав охоту за слабыми звеньями пищевой цепочки. Батарианцы были напуганы шумом, затем крепостью щита, а теперь и бесполезная биотика их морально добила. Враги стали чаще мазать, позволив мне без сопротивления добраться до следующей жертвы. Опущенная ладонь пробила слабую защиту, схватила батарианца за шлем и сжала, как консервную банку. Ноль сопротивления, лишь пара криков и несколько брыканий перед смачным хрустом металла и костей. Труп, но всё ещё полезный труп. Я использовал его по полной, с разворота швырнув в компактную группу противников. Страйк, сучки! Человеческое тело – плохой снаряд в руках обычного парня, но в моих любой предмет весом под сотню килограмм становится оружием массового поражения. Троих сбил с ног, даже переломал им конечности, если верить данным чипа. — Зажигательные гранаты! Жгите ублюдка! Светящиеся гранаты, начиненные напалмом, полетели прямо в меня. Огонь? Даже с опущенным энергощитом мне не стоит переживать, максимум краска на броне облезет. Хотя я только начал к ней привыкать… Без раздумий опустил подошву на гранату прямо в момент детонации, будто давил окурок. С виду тупая идея, но моей массы хватило, чтобы сдержать основной удар: волна, не найдя выхода вверх, ушла в палубные перекрытия, деформируя металл пола. От горючей смеси отбиться было сложнее: она изрядно подпалила стальной ботинок, нервируя непрекращающимся жаром. Ситуацию усугубляли активации других гранат, до которых мои ступни не дотягивались. Ух, накрыли пламенем с головой! Благо материал стильного костюма был к такому устойчив. Пока что. Надеюсь, так и продолжится. И чтобы надежда засияла ещё ярче, я начал носиться как угорелый для быстрой зачистки первой пачки космических пиратов. В пылу сражения я пробился во второй коридор, где на технических мостиках засели снайперы. Кроме них напрягала турель, раскручивающая стволы и сулящая сплошную «жопа-боль». Чудом успел подбежать к небольшому контейнеру и отправить тяжелую хрень в полет, словно торпеду, в цель номер один. Турель изрешетила мой снаряд, но сбить траекторию массивного ящика не смогла, и мне удалось избавиться от самой сложной проблемы. Оставались снайперы, выцеливающие голову в надежде на хэдшот. Пару раз попали, но пули лишь застряли в металле шлема. Хе, спасибо кастомной броне. Быстро разбежавшись и прыгнув на четыре метра вверх, до мостика, я постарался этим «спасибо» поделиться с миром. Снайперы не оценили – быстро поломались. Третий коридор. Проклятый мех! Не тот, которым одежду наполняют, а, сука, японский! О чёрт, совсем забыл про эти шагоходы с закрепленными ракетницами. Бросаюсь вперед без задней мысли, ловлю первую ракету и опускаю едва зарядившийся щит обратно на дно. От второй увернулся в высоком прыжке и прямо в воздухе сцепил пальцы в замок, как в реслинге, опускаясь для коронного удара. Бронированное стекло кабины разлетелось вдребезги, позволив мне схватить пилота за горло и раздавить. Четвертый коридор бесконечного корабля. Снова мех, но рукопашный, какой-то промышленный экзоскелет. Лезвие-резак на одной руке, манипулятор с гигантским гаечным ключом на другой. Рядом с ним боевой отряд. Пришлось разобраться сперва с пехотой, а после вступить в жесткий махач с ремонтной железякой. Сложной железякой. Лезвие я заблокировал захватом, удар манипулятора принял на локоть, почувствовав отдачу. Хм, похоже, он лишь немногим слабее меня, раз чуть перелом не оставил. — Слабак! — весело дернул лезвие на себя, нарушая равновесие груды металла. И, что забавно, открытая часть кабины оказалась прямо перед лицом. Время для двоечки! Одной рукой сминаю защитную раму, другой расплющиваю негодника внутри. Черт! Так увлекся, что не заметил, как двухтонная махина опрокинулась прямо на меня. Тяжелая, хрен удержишь двумя руками! Мне бы ещё четыре… Ух, и раз, и два, и три! Резко приседаю и встаю, откидывая этот гроб подальше. Ай! В меня попали из мощной снайперки на семь часов, если верить чипу. Это помогло, не разворачиваясь, рвануть к контейнеру, подхватить его и метнуть посылку с экспресс-доставкой в тихую смерть. Снайпер попал мне в голову, вызвав что-то вроде сотрясения. Больно, блин. Впрочем, ублюдок заслужил того, чтобы его размазало по стеночке, выдавив внутренности, когда он оказался между молотом и наковальней. Потирая шлем, я подошел к последней двери, ведущей на капитанский мостик, и разобрался с ней по старой схеме. Внутри никого, кроме жирного батарианца в позолоченной, до тошноты безвкусной броне. Он трясся в углу, прижимая к многоглазому лицу омни-инструмент, и что-то трещал ещё до моего прихода. — Закуска, — подметил я, облизнувшись. Ну чисто кроган, с которым меня пару раз сравнивали. — Подожди! Я отдам тебе всё! Кредиты, корабли и рабов! У меня лучшие азари в секторе, ещё необученные, чистые! — заверещал он, медленно отступая к панели управления кораблем. Стоит ли верить пирату, который, как выяснилось, по совместительству ещё и работорговец? Ага, ищите наивного идиота в другом месте. В этом мире можно доверять только своим кулакам. Ими и стукнул перед замешиванием свежего мяса. — Кредиты можешь засунуть себе в задницу! — зарычал я. — Многоглазое насекомое, которое я сейчас РАЗДАВЛЮ! Командир корабля выхватил пистолет, нацелив на меня ствол, как отчаянная крыса, загнанная в угол. Восстановившийся щит поглотил первый выстрел, второй, третий. — Крейсеры подорвут корабль, если… — визжал он, хватая ртом воздух. — Ты сдохнешь вместе с нами! Ничтожество! — Ничто в этом мире не сможет остановить Джаггернаута! — я разогнался и со всей силы проломил ему череп. Но не сумев погасить инерцию замаха, следом обрушил кулак на консоль управления. Никак не могу привыкнуть к силе, что ломает танки как печенье. Смачно поморщился, вытаскивая застрявшую в панели руку. В этот момент голографический интерфейс покрылся рябью непонятных символов, словно кто-то вызывал дьявола. По приборам пробежала электрическая дуга, и я всем телом почувствовал неладное. Кхм… Корабль резко содрогнулся, контроль гравитации навернулся, и пиратская посудина сошла с ума. «Вектор тяги заблокирован. Курс на столкновение. Объект: станция Омега», — успел прочитать я хоть что-то вразумительное перед тем, как корыто на форсаже рвануло к центру Независимых Систем. — Блеск, — сухо прокомментировал я, с кислой миной наблюдая, как в панорамном окне стремительно растут ржавые, уродливые очертания медузообразной станции Омега. — Просто блеск. Первый день и уже подыхать! Я резко развернулся и побежал обратно, рассудив, что при кораблекрушении выживают те, кто посередине. В хвосте энергоядро, которое с радостью сделает бабах от резкого поцелуя с поверхностью Омеги; на капитанскую рубку пойдет основной урон от экстремального приземления. Середина отхватит от двух сторон, но поменьше. И чуйка не подвела: вскоре, после окончательного отказа стабилизатора, мир перевернулся вверх тормашками. А когда мы ударились, меня приложило так, что я чуть не сдох просто от перегрузки. И ведь это были только цветочки, ягодки подкрались вместе с огнем и ударной волной. Зря рыпался, всё равно знатно прошелся по всем пунктам курсов мазохиста для чайников. Не получилось войти в Омегу как Альфа. Вошёл как ещё одна омежка… Энергетический щит и без того неполный – смело моментом, броня частично раскрошилась, как и кости вместе с внутренними органами. Дышать стало тяжело, болело тупо везде. Огонь окончательно пробился сквозь прорехи в защите, пытаясь поджарить меня, как яичницу. Ну ёб… Придя в себя, я начал лихорадочно выбираться из-под обломков, едва сдерживая желание как следует проблеваться из-за нездоровой регенерации. Было нелегко, но я справлялся во многом благодаря реактору нулевого элемента. Цел, сволочь такая! Он и давал надежду и придавал сил. Похоже, ученые Цербера тоже переживали насчет взрывов и максимально укрепили самый важный узел своего проекта. Или карты так легли, что реактор устойчив к ударам судьбы-злодейки. Ха… Господи, как же херово. Отбросив последнюю преграду, я, шатаясь, осмотрелся. С виду очень похоже на Элизиум, где рай не на земле. Лучи яркого солнца ласкали обгоревшее лицо и остатки шлема, хотя здесь не должно быть ни яркой звезды, ни изумрудной травы. Я опять вырубился? Не успел я снова рухнуть на колени, как перед глазами предстала коллекция суперкаров, на капотах которых сидели девицы красные. Сексуальные брюнетки и блондинки, словно только что сошедшие с отфотошопленных анкет из сайта знакомств. Кажется, они манили меня, обещая вечность в наслаждении. — Тебе грустно? — спросила девочка с синим каре, поманив пальчиком. Где-то я это уже видел, но неважно… Прикладывая все силы, стараясь не упасть от каждого адского шага, я побрел к ней… Пока неожиданно не наступил в пустоту вместо травы. Иллюзия рая пошатнулась от удара обо что-то прочное, частично вправив мозги на место. От второго удара мираж окончательно распался, открывая взор на суровую реальность: я пикировал с верхнего яруса медузной Омеги, где произошло кораблекрушение, сваливаясь куда-то в бездну вентиляционных шахт или это просто в глазах рябило решетчатыми волнами. — Фак! — обматерил черный свет из-за следующего удара. — Сука! — успел выпалить в полете уже после встречи с металлическим ограждением. Благо именно оно позволило сместить траекторию и рухнуть на относительно мягкую крышу. Я проломил её, проделав дыру для последнего падения в дерьмовое место. Воняет гарью, пластиком, мышьяком и чем угодно, но не девками. — А-а-а-ть… верните баб… Ещё говорят: всё, что нас не убивает, делает сильнее. Да я ног не чувствую и готов кровью ссать! А-а-а-х… Походу против Жнецов выступлю на инвалидной коляске. Р-р-х… Перед глазами прокрутился полет. Ху-у, я приобрел безумно мощную способность: в любой непонятной ситуации падать с небес на землю, пробивая архитектурные достопримечательности. Будто стал бронированным буром, решившим проверить на прочность местные низы. Кха… Харкнув кровью, я вспомнил все балки и металлические конструкции. Ещё и крыша с этой дырой… Словно рояль сбросили. Только я и есть этот самый, ай, рояль. Всё переломал ценой всего. Аргх… Высота метров дохрена. Рядом кто-то трещал, но я совершенно перестал распознавать речь – только шумы, вонзающиеся в мозг иглами. Попробовал пошевелить глазами, подмечая неприятные детали. Не просто завод, а гребаный Диснейленд для наркоманов – цех по первичной обработке Красного Песка. Огромные чаны с алой жижей, конвейерные ленты с дробилками… От запахов мутило ещё сильнее, ядовитые пары резали прослезившиеся глаза. Ещё и охрана. Много наемников, преимущественно турианцы и кроганы. О-о-о-х. Могу ошибаться, но костюмы похожи на Синие Светила. Элитная армия наемников. Ощущаю себя той самой блондинкой посреди толпы негров. — Смотрите, что к нам упало, — разобрал я речь подошедшего крогана в тяжелой броне. Он держал молот, да такой здоровый, что весил больше, чем моя самооценка до падения. — Свежее мясо с неба свалилось. «Аллигатор», — в мыслях прошипел я, поднимаясь на ноги. Адская регенерация сводила с ума, жрать хотелось зверски. А тут такая симпатичная дичь стоит, что аж захотелось восполнить калории. Ну, если не человек, то за каннибализм не считается? Нет, я голоден не до такой степени. Через минут десять перекушу разумной формой жизни, но не сейчас. — В-о-о-оды, — хрипло отозвался я. — Или виски. Лучше виски. И нош-пы. Ведро чего-то от головы. Кроган захохотал, показывая остроконечные зубы. — Дайте ему свинца! За счет заведения! По-хорошему не получилось. Опять черепа богу черепов подавать… а ведь могли договориться за глоток виски.