— Эй, парень, я тебя знаю, — произнес мужчина, нахально щелкнув пальцами перед самым носом Генри. Слов ему показалось мало: он бесцеремонно сорвал с Генри солнечные очки, чтобы получше рассмотреть «телохранителя».
Опешив от такой наглости, Генри невольно прищурился, вглядываясь в говорившего.
Имени он не помнил, но лицо узнал безошибочно: тот самый студент, что так же нагло приставал к нему с вопросами в зоне отдыха библиотеки Калтеха.
«Магистрант или аспирант… черт разберет, бейджиков на них не было», — мелькнуло у Генри в голове.
Тот, кто мог стоять лицом к лицу с Тони Старком и возражать ему, уж точно не был пустым местом.
Тогда это был просто назойливый незнакомец, и Генри, не стесняясь в выражениях, поставил его на место.
Но сейчас, когда «враги» вновь сошлись на узкой тропе, он был всего лишь наемным сотрудником на приеме. Грубить гостям нельзя – элементарные представления о профессиональной этике у Генри имелись. Пришлось нацепить маску непроницаемости.
— Чем могу служить, сэр?
Джастин Хаммер, сжимавший в объятиях по девушке с каждой стороны, свободной рукой продолжал назойливо щелкать пальцами перед лицом Генри.
— Эй, парень, не строй из себя невинность. Я тебя отлично помню. Такой умник, любую проблему щелкаешь как орешки, стоит только взглянуть, да? «Если мозги есть», — добавил он с издевкой, цитируя их прошлый разговор. — Так что же ты здесь забыл? А-а-а, я понял! Денежки закончились, верно? Что же еще?
«Черт побери, — мысленно выругался Генри. — Этот хлыщ еще и злопамятностью своей кичится? Зачем так упирать на то, что он все отлично помнит?»
Он с трудом подавил готовые сорваться с языка слова и отвел взгляд от самодовольного Хаммера, чувствуя, как предательски начинают чесаться кулаки.
Хаммер, совершенно не ведая, с кем связался, продолжал испытывать терпение сдерживающегося из последних сил криптонца, буквально играя с огнем.
Суету заметил невысокий толстячок в спортивной куртке и сдвинутой набекрень кепке. Бросив свою спутницу, он быстро подошел.
— Эй, Джастин, что за шум?
— Да так, старого знакомого встретил. — Хаммер кивнул на Генри. — Этот парень, знаешь ли, гений. Любую задачу, стоит ему только взглянуть, решает на раз-два.
— О, неужели? — Толстячок с интересом уставился на Генри. — Слышь, браток, а чего ты тут тогда батрачишь? Приходи ко мне в компанию, положу сто тысяч долларов в год. Будешь стараться – еще накину.
Хаммер недовольно пихнул его локтем:
— Ты чего удумал? Этот тип меня унизил! А ты ему работу предлагаешь?
— Ну да, — хмыкнул толстячок, — работа всего за сто тысяч — это и есть унижение, кто бы спорил.
— Фак! — Хаммер вытаращил глаза. — Ты это серьезно?
«И впрямь, серьезно?!» — мысленно изумился Генри. Его реакция почти совпала с реакцией Хаммера, хотя объекты их сарказма, очевидно, были разными.
Впрочем, толстячок был не так-то прост и прекрасно понимал, кто чего стоит. Или, вернее, он с самого начала был на стороне Хаммера.
Он извлек из кармана куртки мобильный телефон — настоящий артефакт из девяностых, пропитанный духом времени: Nokia Cityman 190.
В эпоху, когда на рынке портативных телефонов царили громоздкие «кирпичи», дизайн этой «Нокии» считался верхом городского шика.
Но толстяк, ничуть не дорожа раритетом, картинно швырнул его через плечо. Раздался всплеск — «плюх!» — телефон угодил прямо в бассейн.
Толстяк изобразил на лице преувеличенное огорчение:
— Ай-яй-яй, какая досада! Вещица-то в воду булькнула! Будьте любезны, господин хороший, помогите достать. Электроника ведь, в воде ей конец. Если быстро выловите, может, еще очухается.
Генри мысленно представил, как с удовольствием превращает жирное лицо толстяка в лепешку. Но, к своему глубокому сожалению, вспомнил: согласно инструктажу, помощь гостям в извлечении случайно упавших в бассейн предметов действительно входила в его обязанности.
Правда, менеджер тогда оговорился, что обычно гости не бывают столь неловкими, и в большинстве случаев это оказывалось просто дружеской возней – упавшие вещи они доставали сами.
Охране же предписывалось следить, чтобы никто не утонул, и если уж гость действительно не мог сам достать вещь, то помочь, а не стоять столбом. Так, на всякий пожарный.
«И что прикажете делать, когда служебными обязанностями так откровенно злоупотребляют? — мысленно вздохнул Генри. — Жду совета онлайн, и побыстрее!»
Не шелохнувшись, Генри с каменным лицом смотрел на толстяка, который, судя по всему, либо был хозяином вечеринки, либо пользовался его особым расположением.
Толстячок, одетый в стиле уличного задиры, с напускной свирепостью рявкнул:
— Чего уставился? Живо лезь за вещью! Сломается — с тебя спрошу. Или тебе волшебное слово нужно? Пожалуйста! Достаточно вежливо?
Костюм на Генри был прокатный. Намокнет – плати за дорогую химчистку или выкупай. Так что лезть в бассейн было решением не из легких.
И все же Генри решил подчиниться. Молча, с непроницаемым лицом, он обошел хохочущую компанию, подошел к краю бассейна. Затем просто шагнул вперед, и вода с тяжелым всплеском приняла его целиком.
Бассейн оказался неглубоким: взрослому мужчине вода доходила примерно до пояса. Плавать в нем было можно, а вот прыгать с бортика – рискованно.
Поэтому Генри не стал устраивать шоу. Он просто прошел по воде к месту, куда упал телефон, наклонился, нашарил на дне и извлек на свет божий раритетную «Нокию».
Разумеется, костюм промок до нитки, а прическа превратилась в жалкое подобие. Ему еще повезло, что удалось быстро нащупать телефон, иначе пришлось бы нырять и шарить по дну вслепую, задерживая дыхание.
— То-то же, давно бы так! — донесся с бортика торжествующий хохот толстяка.
Увидев довольную ухмылку на лице Хаммера, которому он так старался угодить, толстячок заговорщицки подмигнул ему и добавил:
— Джастин, если хочешь его проучить по-настоящему, есть у меня идейка: отправь его прямиком на Остров.
— Какой еще остров? — недоуменно переспросил Хаммер, а потом усмехнулся: — Уж не тот ли самый, легендарный Остров Оргий? Хотя такой качок туда вряд ли впишется.
— Хех, на Острове не только это, — многозначительно хмыкнул толстяк. — Сам понимаешь, не для посторонних ушей подробности.
Оба были уверены, что говорят достаточно тихо, и человек в бассейне их не расслышит. Им и в голову не приходило, что Генри, давно уже державший их в фокусе своего обостренного слуха, не упустил ни единого слова.
Поэтому, когда Генри выпрямился в воде с телефоном в руке, он не спешил выбираться по лестнице. Вместо этого он демонстративно помахал «Нокией» толстяку, а затем… с размаху швырнул ее далеко за ограду!
— Ой, простите, рука соскользнула, — произнес Генри, картинно нахмурившись, поджав губы и разведя руками. На его лице застыло такое издевательски-беспомощное выражение, что оно буквально напрашивалось на удар.
Обновлено: 19.01.2026