Глава 36 — 036

Глава 36   — Кто тебе заплатил за эту информацию? — Никто! Я сам за неё заплатил! — Не удивительно. — Если работаешь в тени, важнее не умение, а удача, а ещё важнее — информация! Все идиоты, которые этого не знали, сдохли рано. Что угодно урежу, но на информацию денег не жалею. — Молодец, молодец. Прям такая умница. — Почему-то от такой похвалы так мерзко. — Ранго. — Что. — Поручение одно возьмёшь? — Не хочу. Он был непреклонен. Качал головой с тем же упрямым лицом, с каким я обычно отшиваю людей. — В этот раз уйду — и больше к загрязнённой зоне ни ногой, и дел с вами иметь не стану. Я парень с отличным чутьём, и нутром чую: если продолжу с вами работать, до естественной смерти не доживу. — Вот как? Я вытащила из-за пазухи старую золотую монету, незаметно подсела к вознице на козлы и сунула её прямо перед носом Ранго. Он, как загипнотизированный, уставился на монету, и я спросила: — Поручение одно возьмёшь? — Да. — Точно? — Возьмусь. Сделаю. Золотых стало уже два. Глядя, как две монеты бегают между моими пальцами, Ранго спросил: — Что прикажете, маркиза? — Пошёл слух, что орден делает фальшивых паладинов. Проверь это. — Что? Ранго вздрогнул и отодвинулся. Думал, будет пустяк, а оказалось слишком опасно. Пока он не отказался, я вытряхнула ещё три монеты и звякнула ими. — Выполнишь — в десять раз больше. — Рискуя жизнью, обязательно сделаю. — Знаешь же: у меня, кроме денег, ничего нет. — А я как раз это больше всего на свете уважаю. — Встретимся в первый день осени, на краю каньона. Это ведь граница Каснатуры, да? Туда меня когда-то швырнули прямо в железной клетке — найдёшь без труда. — Из всех мест для встречи — обязательно такое… — Оно у меня, знаешь ли, памятное, и что. Ранго с отвращением отпрянул, а Рейкарт вздохнул: мол, опять началось. Так мы бодро шагая, наконец добрались до Грандиса.     В оригинале это был город для одного короткого эпизода — кто бы думал, что явлюсь сюда дважды. Смотрю снова — даже вроде как привязываюсь. — Быстро идите. — Спасибо вам, что довезли нас досюда. И за то, что спасли нас в Селбоне — всю жизнь не забудем. За дело хозяйки можете не переживать: унесём тайну в могилу… — Ай, давайте живее. — Дорога тяжёлая, колесо в повозке уже бренчит — как будет время, обязательно отдайте в ремонт. Лошади у вас парой, жеребец и кобыла, так что могут и жеребёнка принести; конюшню тоже подправьте. И ещё… — Да идите же! — Погодите. Дорогой, отойди. У меня тоже есть что сказать! — И ты туда же зачем! — Хозяйка, когда вернётесь, передайте госпоже фее, что в её перцовом огороде обязательно надо поставить колья под перцы. И под помидоры с баклажанами тоже… — Минутку! На кухне у меня в рассоле… Это было бесконечно. Все эти наказ-пожелания я запомнить не могла. Они тараторили разом, и я понимала от силы половину. — Сейчас лето — ничего, но зимой понадобится дрова. Заготовьте заранее, к осени подсохнут — удобнее будет. — Поставьте у озера хотя бы мережи. Мяса не будет — хоть рыбу ешьте. — Уток так держать нельзя. Лучше купите несколько кур… — Ну же, идите. Быстро идите. Да идите уже! Чуть что — усадят меня и начнут лекцию по выживанию в глуши, так что я у границы заражения развернула их лицом к Грандису и буквально вытолкала. — Ступайте, ешьте досыта и живите хорошо! И вручила им небольшой мешочек, набитый золотыми. — Что это? — Подъёмные на обустройство. — Но зачем это вам, хозяйка… — Вообще-то работа таких охрененно крутых аристократов, как я, — тратить деньги на бедных беженцев вроде вас. Так что берите — и живо марш! И больше не возвращайтесь! Прощайте, клопы. Изо всех сил махала им вслед, как вдруг Рейкарт, который заранее отправился разведать заставу Грандис, вернулся с застывшим лицом. — Хейли. — А? — Досмотр слишком уж тщательный. — Почему? Евгений ведь в Селбоне, значит, в Грандисе никого быть не должно, верно? Мы же нарочно сюда пришли… почему? Рейкарт подошёл ко мне и, понизив голос до предела, сказал: — Из ордена украли сверхсекретные документы, город на ушах. Из‑за этого глава епархии покончил с собой, а из главного управления прислали паладинов… — Вот это да. Мы с Ранго одновременно переглянулись. Неужели это те самые бумаги, что я велела ему украсть? Да ну. Вряд ли. Не может быть. Рейкарт тяжело вздохнул. — Всех хоть немного подозрительных хватают и допрашивают. Похоже, скоро обратно вызовут и кардинала Евгения из Селбона. При таком раскладе мы их внутрь не проведём. Нельзя. Ни в коем случае. Эти люди были первыми, кто прошёл через заражение, потом был очищен и выжил. Если орден узнает об этом, он не оставит всё как есть. А если ещё выяснится, что за всем стояла считавшаяся мёртвой чародейка Хейли… Три королевства встанут на уши. — Хозяйка… Люди, тесно столпившиеся перед телегами словно беженцы, смотрели на меня умоляющими глазами. Ах… Жизнь… Я медленно обернулась. — Пожалуй, сперва вернёмся домой.   * * *   — Как она узнала… Ранго поражался Хейли. Слухи о том, что принцесса «Аста Роса Каснатура», которую король Каснатуры потерял в детстве, — единственная в мире заклинательница духов с редкими волосами цвета сахарной ваты, только-только начали расходиться. К тому же мы в самом сердце заражённой зоны; до Каснатуры добираются лишь через затопленные земли или по ущельям. Во всяком случае, когда там нет заражения. Говорили, Каснатура сейчас гуляет вовсю. Нашлась пропавшая дочь, да ещё и заклинательница духов. Король, боясь за долгожданную девочку, держит её в охапке — дунь, и улетит, сожми, и лопнет, — бережёт как зеницу ока. Поэтому сведения о принцессе Асте стоили дорого. Особенно касающиеся внешности. Ранго, будучи убийцей, ещё перед поездкой в Селбон за немалые деньги купил у торговцев информацией их тайные шифры, чтобы это узнать. Королевство Каснатура бурлит — значит, работы будет много; он просто хотел заранее прощупать почву. И вот эта безумная чародейка, засевшая в горной глуши… то есть дьявольская маркиза, знала всё это. Похоже, даже внешность принцессы — во всех подробностях. — Мурашки по коже. «Как и думал, с этой женщиной связываться нельзя». «Страшная баба». Ранго хотел бы съездить пощёчину самому себе прежнему — тому, кто шастал между Грандисом и Селбоном, как вздумается. За дурным предчувствием ходить не стоит. Зарабатывающий на человеческих жизнях, он доверял своей интуиции во всём — на втором месте после денег. А тот простодушный лесоруб и его семья глядят на Хейли Маррон влажными глазами, потому что не знают, что она за женщина. Чародейка Хейли. Ранго не мог забыть это имя. Да и любому убийце или торговцу сведениями, живущему во тьме, полагалось вбить его себе в голову и никогда не забывать. Сирил Вендисион из Ниеве, Микеллан из Холта, Евгений Видемарк из Каснатуры… Сколько бед схлопотали лучшие люди Трёх королевств из‑за одной этой женщины. По слухам, всех их связывало с Хейли Маррон юношеское знакомство. Из‑за этого, когда она начала творить злодеяния, они не смогли поступить хладнокровно: пытались её урезонить и терпели всяческие унижения — так говорили. — А выходит, всё это — чистой воды ложь? То, что Хейли творила зло, было правдой, но за этим скрывалась куда более поразительная истина. Ранго ухмыльнулся про себя.