В тот день мне исполнилось девять. Я выспался и начал подготовку к грядущему. День рождения перестал быть праздником.
После четвёртого эпизода, дедушка решил, что в больницах и врачах страны нет никакого толку, поэтому связался со своим старым знакомым из Германии и пригласил его к нам. Помимо этого, одна из гостевых комнат поместья была оборудована в небольшую лабораторию с передовым оборудованием. Мой старик, как и я сам, не собирался оставлять всё на самотёк. В то время как я был убеждён в том, что это некий «знак», и что во всём этом таиться смысл, дедушка был убеждён, что это болезнь, даже несмотря на веру в христианского бога. Он хотел вылечить «недуг» и обеспечить мне счастливую жизнь.
В день икс я уже был под строгим надзором одного из лучших врачей современности, обвешанный электродами.
Дедушка и бабушка явно нервничали, а врач, держа в руках блокнот, фиксировал мои показатели.
Я же был молчалив и сосредоточен. Хоть мне и было всего девять, но к этому моменту от ребёнка почти ничего не осталось, кроме невинного лица. Моё тело было рельефным и мускулистым, как у подростка — тренировки Аскара давали свои плоды. Я даже выделялся ростом среди сверстников. Ментально же, ощущал себя стариком, прожившим множество жизней.
Впрочем, я не отрицал, что моё состояние было далеко от стабильного. После прошлой «регрессии» мне не снилось ничего кроме кошмаров. Я не мог спать без препаратов, усиливающих фазу глубокого сна.
В реальности ситуация была не лучше. Пусть я и не перенимал всего, что переживал, не принимал близко к сердцу, но оказавшись среди сверстников, после поступления в школу, всё начало выходить из-под контроля. Порой меня одолевала агрессия, а иногда всё вокруг наполнялось кровью или темнотой. Пару раз у меня случались панические атаки, а как-то раз я едва не убил учителя, напомнившего мне человека, который истязал моих сослуживцев во время войны…
Тот день запомнился мне навсегда.
Кабинет истории. Запах мела и старых книг. Мистер Хэмпшир, сухопарый мужчина с непроходящим насморком, расхаживал между рядами учеников, увлеченно рассказывая о Сталинградской битве.
— Немцы увязли в городских боях, — его голос был ровным, почти академическим. — Советы применяли тактику снайперов и штурмовых групп. Представьте: развалины, холод, постоянные обстрелы...
Представить? Это было излишним.
Я смотрел в окно, пытаясь отгородиться от его тихого, но почему-то скребущего голоса. Его слова, будто отмычка, вскрывала запертые двери в моём сознании.
«...выжженная земля, ревущий двигатель, бомбардировки...»
В ушах внезапно зазвенело. Я снова почувствовал ледяной ветер в кабине, раздражающий запах бензина и раскаленного металла. Перед глазами промелькнули разрывы зениток, чёрные облака дыма.
Война.
Нет на свете ничего ужасней.
Я жмурил глаза, пытаясь отогнать воспоминания.
Но…
— Пленных почти не брали, — продолжал учитель, и его тень вдруг упала на мою парту. — Накал ненависти был слишком силён.
Зачем… Зачем ты говоришь это детям?!
Он остановился прямо напротив меня, опершись костяшками пальцев о парту. Его большие, узловатые пальцы...
Я невольно заскрежетал зубами.
Пальцы, которые я уже видел. Эти чёртовы пальцы! Они сжимали не указку, а рукоять нагана. Я видел его — не мистера Хэмпшира, а того, другого, в залитой кровью шинели комиссара, который допрашивал моего друга Витьку... Тот… Тот тоже сначала говорил спокойно, почти ласково. Но…
— Морган, ты, кажется, не с нами? — Голос учителя прозвучал как выстрел. — Может, расскажешь нам о...
Увы, он не закончил. Его рука потянулась ко мне, чтобы встряхнуть за плечо.
Это было движение противника. Угроза. Его ошибка.
Время внезапно замедлилось. Я не думал. Я действовал. Мышцы спины и ног, годами тренированные по системе ассасинов, сжались в пружину. Я рванулся с места, левой рукой отклоняя его ладонь, а правой, сжатой в кулак, устремился к его гортани. Удар, который должен был раздробить кадык и навсегда остановить этот голос.
К счастью….
Я успел увидеть его глаза. Не злые, не жестокие — всего лишь усталые и удивлённые. Глаза человека, что никогда не убивал. За долю секунды до касания я ослабил удар, развернул кисть и рубящим движением ребра ладони пришелся ему по ключице.
Прости.
— Аааах!
Он ахнул от боли и шока, отшатнувшись и налетев на соседнюю парту!
В классе повисла гробовая тишина. Дети замерли с открытыми ртами. Я стоял в боевой стойке, сердце колотилось где-то в горле, а всё тело гудело от выброса адреналина. В носу всё ещё стоял запах гари и крови.
— Ты... Ты ненормальный! — Вскрикнула девочка с первой парты.
Я не спорил. Я лишь недоуменно взирал на свою дрожащую руку. Руку, которая только что едва не убила человека. Снова.
Даже оставаясь в роли наблюдателя и частично испытывая события на себе, я в итоге подвергся серьёзному влиянию. Увы, даже осознавая, решить это было нелегко, особенно если учесть, что я не мог никому об этом рассказать. Мои изменения списывали на болезнь, но я то знал, что всё куда сложнее.
К настоящему времени я ежедневно принимал множество препаратов: транквилизаторы, нейролептики… Но, это лишь подавляло проблемы. Было ощущение, что я вот-вот взорвусь, словно бомба и этот взрыв взаправду уничтожит всё вокруг.
С другой стороны, я перестал бояться. После всего пережитого, страх словно умер во мне, и я принял факт того, что моя жизнь не будет простой. Более того, я даже разработал план, благодаря которому должен был найти все ответы на свои вопросы. Именно поэтому я никогда не опускал руки, как и у прошлых воплощений у меня была цель, которая позволяла мне двигаться вперёд несмотря ни на что. Таким образом, к девяти годам, я был не только сильнее среднестатистического человека, но и куда начитанней. Я запросто мог решить уравнения университетского уровня. Да и в целом, запросто мог получить высшее образования по нескольким основным направлениям. Я окончил начальную и среднюю школу в семь лет, а старшую в восемь. Хотя, обучался я в основном индивидуально, на дому. Инциденты в присутствии людей, в основном детей, множились, так что это было единственно верное решение.
Однако, я не гнался за результатами — моей целью была политическая арена. По моему мнению, только обладая властью, можно было получить ответы. Деньги и влияние были важны, а благодаря дедушке, состояние которого исчислялось миллионами долларов, у меня был отличный старт.
К тому же, дед имел связи даже с королевской семьей, и являлся довольно значимой фигурой в мировой торговле алюминием. Учитывая мои приобретения в прошлых жизнях, я был более чем уверен, что к двадцати годам даже превзойду его.
При этом время было очень подходящим. Я очень тщательно следил за геополитикой и провёл огромное количество времени за изучением этой темы. Советский Союз был на грани раскола, а это означало полное доминирование запада на мировой арене. Кто-то всё ещё сомневался в фактах и строил иллюзии, но по моему мнению, у данной ситуации было два варианта развития событий — раскол на республики, или же частичный раскол и контроль со стороны победителя в Холодной войне. Учитывая состояние верхушки партии КПСС, их крах был делом нескольких лет. Любой же из результатов принёс бы огромные ресурсы на запад.
К сожалению, я был слишком юн, и едва ли мог воспользоваться этой трагедией максимально эффективно. Впрочем, это не помешало мне начать действовать уже сейчас, используя часть выделенных дедушкой финансов. Сделать это было не трудно, учитывая мою «гениальность». О том, что я «вундеркинд» знали не многие, хотя и пытались устроить «интервью», после всплытия информации о моих результатах экзаменов.
Первыми моими инвестициями стали акции: IBM, Exxon, General Electric, Coca-Cola, McDonald's и тд, поскольку даже среднего обывателю был очевиден их потенциал. С начала восьмидесятых они развивались слишком стремительно, а учитывая ситуацию в мире, я был более чем уверен, что после падения «занавеса», случится огромный прирост активов. Тоже самое касается и технологий, которые развиваются слишком стремительно. Cisco Systems (сетевое оборудование), Intel (процессоры), Microsoft (ПО) и прочие — обладали огромным потенциалом.
Японский рынок также показывал проблемы, Nikkei 225 был почти на грани, и я предвидел большую волатильность и возможности. К сожалению, мой возраст не позволил бы мне это использовать.
Я составлял таблицы, просчитывал риски, и в этих цифрах находил временное успокоение. Это была та область, где всё подчинялось логике, в отличие от безумия моих ежегодных "дней рождений". Моим следующим шагом должны были стать стартапы, особенно в сфере технологий...
Стартапы могли бы сочетаться с моими целями по поводу поисков ответом, но для этого мне требовалось переехать в США, что тоже входило в планы. Я взирал в будущее, учитывая настоящее и прошлое. Мыслил, как стратег. Британская империя доживала последние дни, давно утратив статус гегемона. Настоящая власть, настоящие деньги и технологии были по ту сторону океана. После грядущего краха СССР уже ничто не остановит капитализм. Мне нужно было успеть занять своё место у истоков этой новой империи. И начинать следовало прямо сейчас.
Разумеется, я предвидел и последствия, поэтому обязан был тренироваться, а в будущем и вовсе обзавестись охраной.
Обновлено: 08.04.2026