### **Том 6, Глава 2 — Проникновение на вражескую территорию (Части 1-3)**
#### **Часть 1**
— Тесно! Ну до чего же тесно! Слишком близко! Ты мне отвратителен! И как только у тебя хватает наглости сохранять такое спокойное лицо, когда всё настолько…! Живодёр!
Уровень позитивности Казухи-семпай, несмотря на всё это, держался на отметке 82. Ни единой метки-черепа, свидетельствующей о его падении. Даже её оскорбления теперь воспринимались не более чем способом общения.
— Семпай, это ведь только на словах, на самом деле я вам не противен, правда? К тому же, вы же обещали сходить со мной на свидание, не так ли?
— Не смей превращать диверсионную операцию в какое-то свидание!
Именно в этот миг довольно крупная волна высоко подбросила нос лодки.
Судно, оседлав гребень и с рывком провалившись вниз, заставило Казуху-семпай от неожиданности вскрикнуть «У-а-а!» и прижаться плечом к Казуки.
Бескрайний океан. Крошечная лодка казалась ненадёжным листком, дрейфующим по водной глади.
— Всё в порядке, семпай. Если дойдёт до дела…
— Что «если дойдёт до дела»?.. — Казуха-семпай, съёжившись, умоляюще посмотрела на него.
— Если дойдёт до дела, то вы, Казуха-семпай, стабилизируете лодку с помощью психокинеза.
— Опять на меня полагаешься?! Вот дура, я-то уж было подумала, что на тебя можно хоть немного положиться!
— Ну, я, само собой, тоже буду стараться изо всех сил. Но здесь, в заливе, волны гасятся полуостровом и островами, так что вода довольно спокойная. Всё будет нормально. Хотя утро, похоже, выдалось неспокойное.
Казуки вглядывался в висящий на шее бинокль, усиливая зрение с помощью магии.
— …Впрочем, страшнее всего людские глаза. Это ведь всё-таки диверсия.
— Риск быть обнаруженными… Нам ведь говорили, что Ямато не особо-то следит за побережьем, верно? Если это просто гражданская лодка, то её проигнорируют, даже если заметят, так?
— Поскольку правительство отключило западу Японии электричество, настроения среди местных жителей там сейчас хуже некуда. Заметив подозрительную лодку, которую они никогда раньше не видели, они могут тут же доложить в Ямато.
— Н-неужели… всё-таки это вражеская территория… Хоть это и префектура Миэ…
Эта странная фраза заставила Казуки иронично улыбнуться. Казуха-семпай тем временем продолжила:
— …Когда я в начальной школе учила административное деление Японии, префектура Миэ была одной из немногих, что я никак не могла запомнить. Интересно, это я навлекла на себя божественную кару?..
— Я почему-то вечно путал префектуры Айти и Вакаяма, никак не мог их различить.
— Фу-фу-фу, тогда ты, должно быть, очень любишь апельсины.
Казуха-семпай не просто сыпала оскорблениями. Неожиданно, стоило завести с ней дурацкий разговор, как она тут же переключалась на добродушный лад. Наконец, её напряжённые плечи расслабились, и на лице появилась улыбка.
Казуки на мгновение залюбовался её профилем, волосы которого развевал ветер.
А затем Казуха-семпай, совершенно беззастенчиво, прислонилась плечом и бедром к телу Казуки. Расслабившись, она начала что-то тихонько напевать себе под нос.
— Эй, как долго нам ещё так плыть?
— Думаю, около часа.
— Что-о-о? Так неожиданно мало. Значит, это не такое уж и большое путешествие на лодке?
— Разочарованы? — спросил Казуки, заметив на лице Казухи-семпай явное огорчение.
Казуха-семпай вдруг опомнилась и, спохватившись, выпалила:
— Я… я совсем не разочарована! Да кто в здравом уме захочет проводить время с тобой! Я хочу, чтобы это всё поскорее закончилось! — и в смущении подалась вперёд.
— Лодку будет качать, я же просил не дёргаться так сильно.
Столкнувшись с неожиданными трудностями в управлении закрылками, Казуки обнял Казуху-семпай левой рукой.
Когда её талию обхватила его рука, от Казухи-семпай с глухим хлопком отлетело сердечко-метка.
— Может, семпай сама этого хотела и специально устроила весь этот переполох?
— Н-неправда! Бабник!
Приятное время пролетело в мгновение ока. А затем…
— …Вот незадача, — пробормотал Казуки, вглядываясь в бинокль.
— Неужели там так много людей?
Они наконец приблизились на расстояние, с которого можно было отчётливо разглядеть противоположный берег, но, к их удивлению, на побережье Тобы, где они планировали высадиться, были люди.
— Множество рыбацких лодок, устричные или водорослевые фермы, ныряльщицы… что-то виднеется.
— И ныряльщицы тоже? У тебя просто невероятное зрение.
Как бы то ни было, видимость над морем была превосходной, и спрятаться было негде.
Им нужно было найти такой маршрут, чтобы остаться незамеченными, и там же высадиться на берег.
— Сделаем небольшой крюк и поищем безлюдное побережье.
Казуки направил лодку вдоль берега.
— А! Эй, Хаяшизаки, сюда летят чайки!
Словно ребёнок, Казуха-семпай трясла за плечо Казуки, который не отрывал глаз от бинокля.
— Чайки?.. Возможно, они привыкли к людям с прогулочных катеров, которые их подкармливают.
— Значит, они хотят есть, да? Отлично!
Похоже, Казуха-семпай прихватила с собой в поясной сумке какие-то закуски. Она достала рисовый крекер, встала в раскачивающейся лодке, удерживая равновесие, и с криком «Держите!» подбросила в небо кусочки крекера. Чайки с ловкостью спикировали и на лету схватили угощение своими клювами.
— Потрясающе! Ну-ка, смотри, Хаяшизаки, они подлетели! Какие же они умные!! Аха-ха…
— Боже, чему это семпай так радуется…
Отняв глаза от бинокля, он взглянул на стоявшую рядом Казуху-семпай — и заворожённо уставился на её сияющую улыбку. Он невольно растерял все слова, что собирался сказать. Подол короткого повседневного японского одеяния Казухи-семпай слегка взметнулся от сильного ветра, но она, слишком увлечённая весельем с чайками, этого даже не заметила.
(«Ну, ладно»), — Казуки, слегка покраснев, снова прильнул к биноклю.
Вместо неё он будет серьёзно следить за обстановкой.
В тот момент, когда он смотрел вдаль, лодку тряхнуло — *ГАТАН!* — и тут же раздался крик Казухи-семпай.
— А-а-а-а-а-а, Хаяшизаки, странные птицы! Они разогнали чаек и летят сюда!
Казуки оторвался от бинокля и посмотрел в небо — по спине пробежал холодок.
Огромная стая птиц заслонила синеву. «ГИИИ—! ГИИИ—!» — зловеще крича, они кружили над лодкой. У них были выпученные глаза, казалось, вот-вот выпадут из орбит, а их клювы криво изгибались, словно старые сучья. Насколько Казуки мог судить, это были зловещие птицы.
Разумеется, это были не обычные животные, а Демонические Звери.
— Чёрт! …Это место — Проклятая Земля!
Казуки внезапно осознал это и посмотрел на поверхность моря. Вода в радиусе десяти с лишним метров вокруг них приобрела тёмный оттенок, словно в одном месте океана собралось пятно. Поскольку Казуки смотрел только на далёкий берег, а Казуха-семпай — только на чаек, они совершенно не заметили, что заплыли на Проклятую Землю.
Проклятая Земля возникала только там, где были люди. Если здесь часто проходили прогулочные катера и рыбацкие суда, то неудивительно, что Проклятая Земля могла зародиться посреди моря. Место, где собирались привыкшие к людям чайки, скорее можно было назвать владениями людей, а не природы.
Однако, временное правительство Ямато… разве они не должны были разбираться с Проклятыми Землями?
Ведь так люди, работающие в море, окажутся в опасности!
— О, воля кружащего в небесах бога… соберись в моей руке, даруй мне право суда! О, сияние царственного дара, стань ослепительным, блистающим натянутым луком! Линия Молний!
В обеих руках Казуки зародились молнии. Он натянул их до предела и выпустил одну, две стрелы света. Эта магия Хикару-семпай, хоть каждый её выстрел и уступал по мощи «Баррету» Мио, позволяла стрелять многократно.
Одна, две туши демонических птиц были сбиты и утонули в чёрной воде. С этого момента демонические птицы, кружившие вокруг, оценивая свою добычу, направили свои клювы на лодку и ринулись вниз.
— Я жажду славной битвы, приветствую славную смерть и желаю участвовать в ещё больших битвах на небесах! Божественная защита цвета крови в моих глазах! Берсерк!!
Магия первого уровня Беатрикс, которую можно было активировать коротким заклинанием. Свет хлынул из-за разрыва в облаках, став силой и вселившись в Казуки. Его глаза окрасились в багровый цвет, а рефлексы и физическая сила многократно возросли.
Казуки не упустил ни одного клюва демонических птиц. Он поймал клюв самой первой подлетевшей птицы голыми руками, со всей силы размахнулся пойманной птицей, направив её на клюв второй приближающейся твари, и [использовал её как щит]. Брызнула свежая кровь. Он отбросил демоническую птицу, получившую смертельную рану от клюва своего же сородича, в море.
Приближающуюся третью птицу он поймал на этот раз левой рукой, а затем снова использовал её как щит против четвёртой.
Он ловил птиц руками и использовал их как щиты, прежде чем выбросить… он отчаянно сражался голыми руками.
Наблюдая за этой сценой со стороны, Казуха-семпай, опоздавшая с боевой подготовкой, в панике произнесла заклинание.
— О, несравненный мастер, явись вновь из-за пределов сна! Вместе с пламенем преображения, освободи память, запечатанную в серебряном зеркале, здесь и сейчас!! Кенки Тэнсэй!!
Вокруг Казухи-семпай вспыхнули огненные шары. Из них были призваны фантомы знаменитых мечников, оставивших свои имена в истории, — фантомные воины, созданные из огненных сфер, приземлились на поверхность воды и тут же… начали тонуть, барахтаясь и дёргаясь. К несчастью, на тесной лодке не было места для призыва.
Безмолвные фантомные мечники, казалось, думали:
{Зачем это ты нас вдруг сюда призвал, гозару?}
{У-а-а, издеваешься над нами?}
…С такими мыслями они погружались в чёрное море.
— У-а-а! Вы, ребята, бесполезны!
Казуха-семпай, полностью оказавшись в пучине хаоса, закричала, вцепившись в борт лодки.
— Семпай, вы ошиблись с выбором магии!
Эта ошибка, несомненно, была вызвана её привычной тактикой: сначала призвать фантомных мечников, а затем использовать их, чтобы выиграть время для произнесения более мощного заклинания.
— Я — Мико Меча… Скалу расколов, корень вырвав, грех отрубив, тот духовный меч сокрушающего зла — сейчас в этой руке! Обнажи свой клинок, Фуцу но Митама!!
Пока Казуки боролся с демоническими птицами, ему кое-как удалось произнести это заклинание.
Из ладони Казуки вырвалось пламя, создав священный древний меч.
Если у него в руках был меч, то это был его бой. Пикирующие демонические птицы были срублены одна за другой.
{О-о, великолепно! Прямо как Цубамэ Гаэси!}
Появился аватар Фуцунуси-но-ками и одобрительно воскликнул.
— У-а-а! Казуки! На этот раз из моря лезут какие-то странные извивающиеся твари!
Когда его внимание было поглощено небом, снова раздался крик Казухи-семпай. На этот раз не с неба, а из моря — бесчисленные щупальца вытянулись и оплели конечности Казухи-семпай.
— П-почему эта тварь даже не смотрит на Хаяшизаки, а нападает только на меня!?
— Семпай, щупальца — это такой вид Демонического Зверя! Раньше, когда они нападали на Мио, было так же.
— Что это за Демонический Зверь такой, который делает такое…! У-а, прекрати, не лезь под одежду!!
Щупальца, покрытые присосками, прижались к борту лодки, вторгаясь внутрь. Обе руки и ноги Казухи-семпай были схвачены. Они силой раздвинули её четыре конечности и попытались пролезть под воротник и подол, щекоча её.
Лодка издала треск!
Но щупальца, делавшие с Казухой-семпай всё что хотели, продержались лишь мгновение.
Оценив ситуацию, Казуки немедленно взмахнул мечом. Сначала он отрубил щупальца, которые собирались залезть под одежду Казухи-семпай, затем отрубил те, что связывали её руки и ноги.
Освободившаяся Казуха-семпай энергично прыгнула к Казуки и обняла его, заставив лодку сильно качнуться.
Но сколько бы щупалец он ни отрубал, основное тело Демонического Зверя извивалось в чёрном море. Катана не достанет. Использовать «Баррет» было бы бесполезно, потому что он исчезнет в морской воде. Стрелять молниями в море тоже было опасно для них самих. Тогда…
— О, поющий голос русалки, яви леденящую мысль. Печаль — в ледяные цветы, одиночество — в лёгкий снегопад, укрой мир в ледяном вакууме… Белый Альбом!
Казуки выбрал магию пятого уровня Коюки — крупномасштабное заклинание, замораживающее всё обозначенное пространство. Монстр внутри моря замёрз вместе с окружающей его морской водой. И, скорее всего, его дыхание остановилось так же внезапно.
Мрачное море, претерпевавшее трансформацию Проклятой Земли, быстро стало прозрачно-голубым.
Проклятая Земля распространялась из-за существования Демонических Зверей. Победив Демонического Зверя, первоначальный пейзаж должен был восстановиться.
— Ах, как утомительно~. Прости, я тебя только подвожу…
Казуха-семпай, обессиленная, сидела на палубе лодки и глубоко вздыхала.
— Семпай… сейчас не время расслабляться.
Когда щупальца сжимали Казуху-семпай, Казуки услышал ужасный звук треска.
В деревянной лодке появились трещины. Под их ногами понемногу просачивалась морская вода.
— Нас затапливает!?
Если судно сломается здесь, операция провалится. Они не смогут незаметно высадиться на берег.
— …Может, нам на время вернуться, используя [Пылающие Крылья], обратно к мысу Ираго?
— Но ведь противоположный берег уже совсем рядом…! Это моя вина…!
Казуха-семпай с досадой уставилась на противоположный берег. Пока она это делала, маленькая лодка продолжала тонуть.
— Точно! Давай доплывём до дальнего берега!
— Там много рыбацких лодок. Если мы поплывём вплавь в одежде, то будем выглядеть крайне подозрительно, семпай.
— Тогда нырнём! — Казуха-семпай посмотрела на море и потянула Казуки за руку.
— А как мы будем дышать!?
— Всё в порядке, предоставь это мне! …Я смою свой прошлый позор!!
Казуха-семпай с силой потянула *гуй-гуй* руку Казуки, пытаясь заставить их обоих прыгнуть в море. («Если у неё действительно есть какая-то идея»), — Казуки укрепился в своей решимости.
— Мы идём! Раз, два!!
С криком, разбрызгивая воду, они вдвоём нырнули в море.
…И что же, чёрт возьми, задумала Казуха-семпай?
Открыв глаза в прозрачной морской воде, Казуки увидел чудесное зрелище.
Пузыри, отражающие голубой свет, лились с поверхности в воду, к месту, где находились Казуки и Казуха-семпай.
Пузырь размером с человеческую голову следовал за лицом Казуки, а затем вошёл в его рот.
…Это воздух. Казуха-семпай с помощью Психокинеза втягивала воздух в воду.
…Потрясающе. Он снова почувствовал, что магический талант Казухи-семпай был экстраординарным.
Казуха-семпай широко улыбнулась под водой и указала в направлении берега. Казуки кивнул в ответ.
Если кислород будет поставляться таким образом, то это расстояние можно будет преодолеть без проблем.
Использование магии и погружение собственным телом — это был его первый опыт в прозрачном голубом мире.
На смену чайкам пришли рыбы, они вились вокруг Казуки и Казухи-семпай.
#### **Часть 2**
— Фух-ха! На секунду я уж было подумал, что нам конец!
Выбравшись из воды, Казуха-семпай, пошатываясь, встала на пляже и глубоко вздохнула. Но,
— Прежде чем передохнуть! Давай спрячемся получше!
Это место не было пляжем, оборудованным для купания, и вокруг не было никого. Но, как бы то ни было, открытый вид на пляже был слишком хорош. Полуденное солнце палило им в спину. Казуки крепко схватил руку Казухи-семпай и побежал в густой лес, росший неподалёку от пляжа.
— Н-не хватай меня вдруг за руку вот так!
— Почему-то от этого так волнительно, что сердце колотится, правда?
Скрывшись в темноте леса, они наконец смогли перевести дух.
Они оба криво усмехнулись, глядя друг на друга, и Казуки спонтанно затаил дыхание.
Оно было розовым — если бы его спросили, что именно розовое, то это был цвет нижнего белья Казухи-семпай.
Её переделанная японская одежда промокла и стала прозрачной, из-за чего сквозь неё просвечивал слабый розовый цвет.
После купальника это было милое нижнее бельё, которое заставляло его чувствовать контраст. Сам факт, что семпай носила такое бельё, был по-своему мил. Возможно, она с немалым боевым духом подходила к выбору этого белья.
Более того, из-за столкновения с теми щупальцами и необходимости плыть, её воротник и подол были небрежно растрёпаны.
Одежда Казуки тоже промокла и тяжело прилипла к коже. Казуха-семпай увидела состояние Казуки, а затем заметила, что и она в таком же положении, и её лицо вспыхнуло.
— Т-т-т-ты ЧТО—?! Не смотри, не смотри сюда-а-а!!
— П-простите, семпай! Это воля божья!!
— Я понимаю, воля божья или что там ещё! Я не особо злюсь, так что просто отвернись!!
Казуки и Казуха-семпай одновременно отвернулись, встретившись спинами.
— Семпай, давайте высушим одежду и наши тела с помощью магии.
Предложил Казуки. Если они используют Психокинез, чтобы избавиться от воды и соли, а затем создадут высокую температуру с помощью Пирокинеза, они смогут высушить одежду гораздо быстрее, чем если бы она сохла естественным путём.
— …Поняла. Тогда я сниму одежду. Абсолютно не оборачивайся.
Казуха-семпай ответила так ради того, чтобы поскорее разделаться с этой ситуацией.
Высыхание — это процесс, при котором частицы воды улетучиваются в воздух. Вместо того чтобы сушить одежду, не снимая её, снятие и сушка по частям увеличит площадь соприкосновения с воздухом, что ускорит высыхание в несколько раз.
…Интересно, значит ли это, что она мне доверяет.
Что Казуха-семпай сейчас, прямо за его спиной, раздевается догола.
Конечно, у Казуки не было и малейшего намерения предавать это доверие. Абсолютно никакого.
Твёрдо решив, что он ни в коем случае не обернётся, он сам снял пояс со своих хакама и стянул переделанную японскую одежду. Разложив снятую одежду руками, он сосредоточился на своей магии.
— В-ва, ВААААААААААААААААААААААА?!
Однако через несколько мгновений Казуха-семпай закричала.
— Казуха-семпай!?
Казуки немедленно обернулся. Ничего не поделаешь.
Ничего не поделаешь, но Казуки и Казуха-семпай тоже были всё ещё в нижнем белье.
Их взгляды встретились на мгновение, и в выражении Казухи-семпай промелькнул стыд.
Но вопреки ожиданиям, она не стала продолжать в том же духе.
Казуха-семпай закричала «Демонический Зверь!» и указала вперёд.
Демонический Зверь, сказала она? …Этот лес был настоящей природой, это ни в коем случае не была Проклятая Земля.
Даже если это место и не должно было быть Проклятой Землёй, в направлении, куда указывала семпай, сидел один-единственный ворон.
На первый взгляд, это была обычная птица, но густая магическая сила была сжата внутри этого маленького тела, слегка искажая окружающую атмосферу. И прежде всего, [у него было три ноги].
Казуки обнял Казуху-семпай за плечи и поменялся с ней местами. Он встал впереди, чтобы прикрыть её.
Трёхногий ворон смотрел на Казуки глазами, похожими на чёрные драгоценные камни.
— …Не нужно быть начеку. Я не держу вражды.
— Демонический Зверь говорит?! — Казуки и Казуха-семпай были потрясены до глубины души.
Ситуация, когда ворон говорил, была странной, но… слова, которые он произнёс, были ещё более странными.
Демонический Зверь, материализовавшийся в этом мире из-за Злокачественного Рака Иной Границы, был абсолютным врагом человеческой расы.
Атаковать только людей — это был их инстинкт, смысл их существования.
…Не нужно быть начеку? Эти слова опровергали саму концепцию Демонического Зверя с самого корня.
— То, что называют Демоническим Зверем, — это нечто, установленное в Мифологии как враг человеческой расы…
Трёхногий ворон открыл клюв и произнёс человеческую речь.
— …Я иной. Я нечто, установленное как проводник монарха, `<Ятагарасу>`. О, Король Соломон, Японская Мифология приветствует тебя. Пожалуйста, направляйся в Великий Храм Исэ, как-нибудь так.
Приветствует? …Несмотря на то, что мы пришли сюда, чтобы победить Аматэрасу.
Если предположить, что это не Дива и не Демонический Зверь, то что это за ворон, чёрт возьми?
Ворон, представившийся как Ятагарасу, сообщил лишь это, а затем взмахнул своими чёрными крыльями и улетел.
В тот миг, когда он взмыл в небо, его фигура растворилась в воздухе и исчезла.
Оставшиеся позади Казуки и Казуха-семпай были в недоумении и стояли как вкопанные.
— …Казуки, что, по-твоему, сейчас происходит?
Казуха-семпай спросила голосом, смешанным с замешательством.
[Приветствие]. Имело ли оно тот же смысл, что и само слово, или…
Ятагарасу — согласно мифам, это был посланник Аматэрасу в Японской Мифологии.
Они оба непроизвольно посмотрели друг на друга. И тут они снова вспомнили, что оба всё ещё в нижнем белье.
— А-а-а!? Я забыла, не смотри сюда!!
— Простите, это воля божья!
Они оба в испуге отпрянули и снова повернулись друг к другу спинами.
— …Что с тобой, воля божья, воля божья. Всё время это повторяешь.
Пока они возобновили сушку одежды, Казуха-семпай заговорила с ноткой недовольства, а затем, *бум-с*, прижалась своей спиной к спине Казуки. Её волосы, развеваясь сзади, щекотали затылок Казуки.
Возможно, ему стоило сказать что-то ещё. Не оправдание, которое он произнёс, боясь быть отруганным. Потому что Казуха-семпай была гораздо более мягким человеком, чем можно было судить по её внешнему виду.
— Рискованный наряд Казухи-семпай действительно заставил моё сердце биться быстрее.
— Что ты несёшь, идиот!
— Розовое бельё было милым.
— Ты что, думаешь, так просто, что девушка будет счастлива, если её похвалят!?
— Всё в порядке, я же сказал, что это была воля божья.
— Ты извращенец! — *ТУК! ТУК!* — удары по его спине стали сильнее.
Но у него было предчувствие, что семпай в этот момент не злилась, а, скорее, наслаждалась собой.
— …Вообще-то, я уже закончила.
За спиной Казуки послышался шелест — это Казуха-семпай надевала свою одежду.
— Э-э, уже!? Так быстро!
— Хмф, это потому, что ты говоришь глупости. Идиот, идиот. Бесполезная магия.
С пируэтом, Казуха-семпай, уже переодевшаяся, обошла Казуки спереди.
— Семпай… я, как бы, всё ещё в процессе.
Казуки был ошеломлён, когда она уставилась на него прямо спереди.
— Неважно ведь, ты же мужчина, в конце концов.
Что это за довод? Казуха-семпай согнула колени на месте и присела, затем её взгляд внимательно *дзи-и* пробежался по всему телу Казуки.
— …Хм-м, как и ожидалось, тело с мальчишеским ощущением. …Хм-м.
Он не особо смутился от того, что на него так смотрят, но… почему-то он не мог сосредоточиться на магии.
◇ ◇ ◇
Когда они вышли с побережья в город Тоба, городок, процветавший за счёт туризма и рыбной промышленности, превратился в довольно своеобразное место, оказавшись в состоянии [военного времени].
— Сначала давайте немного успокоимся и обсудим, что нам делать дальше.
Сказав это, Казуки указал на закусочную на углу улицы. В Тоба было несколько таких заведений. Эта закусочная называлась `<Хижина Ама>`, где можно было поесть свежие морские продукты, только что выловленные ныряльщиками.
— Раз уж ты упомянул, мой желудок, конечно, пуст.
Казуха-семпай тоже согласилась. …Сегодня до этого момента у них был довольно напряжённый график. После того как Казуки вчера объяснил план операции, они выехали из Нагои рано утром на следующий день, прибыли на мыс Ираго. Там они отплыли после окончания тренировки по управлению лодкой, а затем высадились в городе Тоба в префектуре Миэ именно в это время, время уже приближалось к полудню. Всё это были события, происходившие в течение этого утра.
Они были в середине важной операции, но, как бы то ни было, было трудно противостоять чувству голода.
Если они не поедят здесь, они не знали, что произойдёт с ними дальше.
Казуки и Казуха-семпай сели бок о бок у стойки, а затем заказали ассорти из моллюсков, которое было здесь фирменным блюдом, на дорожные расходы, полученные от Аканэ-семпай. На противоположной стороне стойки тётушка выложила моллюсков на глиняную жаровню с углями и начала их жарить.
Голосом таким тихим, что его могла услышать только Казуха-семпай, Казуки подтвердил то, что его беспокоило больше всего.
— Что касается того `<Ятагарасу>` из прошлого, Фуцунуси-но-ками вообще ничего не сказал?
— Я тоже спросила мысленно, о чём это, но…
Телепатия, направленная на Аструм, была именно такой.
— …Этот парень, он не даёт никакого ответа и игнорирует меня.
Значит, «Без комментариев». Несмотря на то, что он вёл легкомысленные разговоры, комментируя чьё-то мастерство владения мечом как Цубамэ Гаэси или что-то в этом роде.
Тот ворон, назвавшийся Ятагарасу, согласно мифу, был посланником Аматэрасу.
— Что, чёрт возьми, означает [Приветствие]? Даже при том, что мы пришли сюда ради победы над верховной богиней Японской Мифологии… Аматэрасу. Во-первых, разве Аматэрасу не должна была потерять рассудок, став Диким Богом?
Было что-то странное, что он почувствовал в истории Фуцунуси-но-ками, которая должна была быть [предпосылкой операции].
Во время операции, где они проникали на вражескую территорию, что требовало осторожности, было ужасно, когда сомнения всплывали на поверхность относительно предпосылки операции в первую очередь.
Когда Казуки разоблачил неискренность Фуцунуси-но-ками, Казуха-семпай сделала печальное лицо.
— Н-но, но Фуцунуси-но-ками…
— Конечно, я не думаю, что Фуцунуси-но-ками — шпион Ямато или что-то в этом роде.
Когда Казуки сказал это, Казуха-семпай вздохнула с облегчением.
— Если Фуцунуси-но-ками и Ятагарасу пытаются заманить нас в ловушку, то им совершенно не нужно делать такого рода приветствие.
Конечно, он сомневался, действительно ли он мог принять на веру то, что сказал [приветствующий] Ятагарасу, но разве то, что Ятагарасу хотел заявить в тот момент, не было то, что [это не ловушка].
— …У меня есть некоторые сомнения, что эта операция может пройти так, как планировалось, но на данный момент нам остаётся только пойти в Великий Храм Исэ и посмотреть, что там происходит.
Что их ждало в том месте, была ли это действительно [битва против Аматэрасу] или… Если по какой-то случайности это было не то, что должно было произойти, то по какой причине Фуцунуси-но-ками позвал Казуки и Казуху-семпай сюда.
…Если его позвали на вражескую территорию сюда из-за каких-то злых намерений, то это была бы худшая ситуация.
— Вот, наше фирменное блюдо, большой моллюск манила! Вы двое там тайно шепчетесь, но это не вкусно, когда не свежеиспечённое. Быстро закидывайте еду в рот и ешьте!!
Тётушка представила большую тарелку, наваленную моллюсками, с другой стороны стойки.
В тот момент, когда они это увидели, Казуха-семпай воскликнула: «Что, это отличается от моллюска, которого я знаю!?» — и повысила голос. То, что они увидели, было чем-то чрезмерно большим, чтобы называться моллюском, его размер был почти с ладонь ребёнка. Вдобавок к его пухлому телу, в его раковине было много супа, поднимался приятный аромат соли.
Затем тётушка подала большую порцию риса. Казуха-семпай немедленно съела кусок моллюска, после чего она сытно проглотила рис, «Вкусно!» — её выражение лица прояснилось.
Тётушка рассмеялась в хорошем настроении, увидев эту сцену.
— Я всё ещё жарю много-много здесь! Есть морской ушко, или этот гребешок йессо!
Казуки ещё раз оглядел магазин. Это была уютная закусочная, но её стены были украшены автографами знаменитостей, которых знали даже Казуки и Казуха-семпай. На стене даже висела фотография тётушки в мокром костюме ныряльщицы. …Внутри этой обыденной атмосферы это как-то успокаивало.
Похоже, что даже когда это место превратилось из Японии в Ямато, жизнь обычных людей совсем не изменилась.
— …Казуха-семпай, ваше [Вкусно!] только что было не очень хорошо. Вы не похожи на местную.
Казуки понизил голос и прошептал ей на ухо. «Ах, понятно!» — Казуха-семпай прикрыла рот.
— Семпай, давайте создадим себе образ парочки дурачков, которые не читают атмосферу даже в такой чрезвычайной ситуации и всё равно приехали на экскурсию.
Казуха-семпай воскликнула: «Э-э-э-э!?» — и растерялась.
— Я слышал, что на диверсионных миссиях трудно быть раскрытым, когда шпионы действуют как пара.
Пока Казуки шептал, он обнял Казуху-семпай за талию и притянул её ближе к себе.
Казуха-семпай на мгновение дёрнулась в нерешительности, но, возможно, она сразу же рассудила, что такой метод может сработать, и кротко прислонилась к плечу Казуки.
— …Но я не понимаю, что мы должны делать, чтобы вести себя как пара, знаешь ли.
Её щёки слегка покраснели, и она прошептала слабым голосом.
— Думаю, можно взять за образец слова Мио.
— …Понятно. Такое вот чувство…
Мио, которая могла заставить кого-то понять с одного упоминания, была действительно Мио. Казуха-семпай слегка кивнула. А затем она прижалась к плечу Казуки, как маленькое животное. «…Казу-кун, а-а-н». Так она прошептала сладким голосом, протягивая большой моллюск палочками. Казуки получил удар в грудь. «…Казу-кун», — сказала она?
Что, чёрт возьми, это за трепет в моей груди? [Это гэп-моэ, Казуки-ониисан!!] У него было чувство, что голос Лотты эхом отдавался у него в голове.
Приняв этот моллюск ртом и съев его, Казуки на этот раз вернул услугу Казухе-семпай.
— Казуха, а-а-н. — Так они вдвоём повернулись на своих местах, флиртуя и кормя друг друга моллюсками.
— …Э-это, это слишком неловко…
— Но Казуха сейчас ужасно милая. У меня такой трепет, которого я никогда раньше не чувствовал.
— Пре-прекрати, идиот! Боже… глупый Казу-кун…
Этот человек, она не слишком ли увлеклась настроением?
— О-о-о! Вы двое внезапно стали такими близкими! Знаете, этот моллюск, когда влюблённые едят его, есть легенда, что вы сможете идеально пожениться со своим спутником, ешьте побольше!!
Тётушка у стойки выкладывала много жареных моллюсков один за другим перед Казуки и Казухой-семпай.
Как-то, всё как они и задумали, казалось, они могут закончить это, не вызывая подозрений.
— …Я делаю это только ради миссии, так что… — прошептала Казуха-семпай подавленно.
— Тогда я буду в полной мере наслаждаться этой ситуацией, пока она длится. Вот, Казуха, а-а-н.
Казуки обнял её талию ещё крепче и подал новоприбывший моллюск семпай «а-а-н». Казуха-семпай беспомощно прижалась к нему теснее и послушно прожевала еду.
— …Однако я никогда не думала, что это станет чем-то настолько возмутительным.
— Голос сзади.
Даже флиртуя с Казухой-семпай, Казуки не пропустил этот голос местного клиента.
Когда он взглянул назад, за задним столиком сидели двое мужчин лет тридцати.
— Эти сопляки думают, что это интересно, но говорить такое, как война с Японией. Они думают о такой невероятной идее. Говорят, что 72 Столпа Соломона пытаются захватить страну, хотя я думаю, в этом может быть доля правды.
— Но эти ребята в новом правительстве Ямато стали слишком увлечены войной с этой Японией. Они совершенно равнодушны к жизни простых людей, это действительно раздражает. Даже когда появляется Проклятая Земля, они просто оставляют её в покое, когда это ещё была Япония, такое было немыслимо.
— Проклятая Земля распространилась до самого моря здесь, ха, в последнее время. Когда мы идём на рыбалку, мы должны быть осторожны, чтобы не забрести случайно в эту область. …Хотя это море Исэ — важная кухня Аматэрасу-самы, не согласен?
— Это потому, что они просто оставили Великий Храм Исэ в покое, что он превратился в чертовски огромную Проклятую Землю в первую очередь. С такими отвратительными проклятыми вещами… мы действительно заключаем контракт с Дивами Японской Мифологии здесь?
— Кто знает, неважно, какой храм, всё это стало под строительство или что-то, что мы даже не можем молиться богу. Правда, эта ситуация действительно воняет. Когда дойдёт до дела, мы, люди моря, можем просто использовать корабли, чтобы свалить отсюда!
— …Казу-кун, ты слышал?
Казуха-семпай прошептала ему на ухо, продолжая их игру в пару.
Было что-то в нём, что стало мягким в груди, когда «Казу-кун» прошептали ему на ухо, но сейчас было не время думать о таких вещах.
…Они сказали, что Великий Храм Исэ превратился в чертовски огромную Проклятую Землю?
В любом случае, на данный момент у них не было другого выбора, кроме как пойти в Великий Храм Исэ и увидеть всё своими глазами.
Закалив своё сердце, в тот момент, когда они вышли из магазина, Казуки и Казуха-семпай насторожились.
Потому что прямо перед магазином Ятагарасу сидел на земле и ждал Казуки и Казуху-семпай.
Ятагарасу молча направил свой клюв на запад, а затем взмахнул крыльями и полетел на запад.
Он ничего не сказал, но его намерение было очевидным.
От этой гавани Тобы до Великого Храма Исэ на западе было около 10 километров.
#### **Часть 3**
Железнодорожный транспорт работал, но электропоезд линии Сангу не мог доехать до ближайшей к Великому Храму Исэ станции.
Поезд ходил только до `<Футамиура>`, которая теперь была ближайшей станцией к Великому Храму Исэ.
Внутри вокзала висел плакат с надписью [Информация о рекомендации к эвакуации на данный момент].
Это была ситуация, когда была рекомендация к эвакуации для района вокруг Великого Храма Исэ.
— …Наверняка это потому, что Великий Храм Исэ стал Проклятой Землёй, он понемногу расширяется, что мешает поездам приближаться туда.
Казуки тоже кивнул в знак согласия с догадкой Казухи-семпай.
Другого пути не было, сначала они пошли на станцию под названием Футамиура. Оттуда они начали идти пешком к Великому Храму Исэ.
Футамиура должна была быть районом, где рекомендация к эвакуации ещё не была объявлена, но, возможно, потому, что было много людей, которые начали эвакуироваться по собственной инициативе, улица, по которой они шли перед станцией, была пустынной.
Пока они шли, Казуки достал карту из своей поясной сумки. Эта сумка была водонепроницаемой, так что карта внутри не промокла.
— Футамиура здесь, так что расстояние до Великого Храма Исэ… э? На карте два Великих Храма Исэ.
Услышав растерянный голос Казуки, Казуха-семпай, которая шла рядом с ним, приблизила своё лицо и заглянула в карту.
— А-а, это. — Так она указала на две точки на карте. — Это внешнее святилище и внутреннее святилище Исэ. Ты не знал этого и принял миссию? Есть два Великих Храма Исэ.
Внешнее святилище и внутреннее святилище были разделены расстоянием около 5 километров и соответственно находились в разных местах.
…Хотя, если бы было два разных святилища, было бы лучше, если бы они были ближе.
— Всё в порядке, Аматэрасу-Оомиками находится во внутреннем святилище, так что я думаю, можно проигнорировать внешнее святилище на этот раз. Но когда люди посещают обычно, правильно идти сначала от внешнего святилища, знаешь ли. Во внешнем святилище есть эта богиня по имени `<Тоёукэ-но Оомиками>`, которая заботится об Аматэрасу.
Понятно, значит, это бог-горничная. Скорее, он бы хотел пойти в это святилище лично.
— До туда около 8 километров. — Говоря это, Казуки взял руку Казухи-семпай.
— …Что ты делаешь, эта твоя рука.
— Хотя здесь и мало людей, мы, намеренно идущие в сторону опасного Великого Храма Исэ, выглядим подозрительно со стороны. Вот почему, давай снова притворимся парой!
— Притворимся, снова притворимся парой!? Ты думаешь, что если мы будем вести себя как пара, то всё будет в порядке!?
— Я так не думаю, но я думаю, что пока есть какой-то предлог, я хочу вести себя как пара.
— Ты слишком честен! Идиот!!
— Но это тоже правда, что пару не заподозрят. Пара, идущая в место, где нет посторонних глаз… парочка дурачков, которые хотят показать девушке хорошее место и намеренно идут в опасное место… это имеет убедительную силу в двойном смысле! Иди сюда, Казуха.
— У-у, конечно, это… правда. …Я поняла, хорошо, Казу-кун.
Казуха-семпай нежно обняла руку Казуки и прислонила своё тело к его плечу.
То, что Казуха-семпай (хоть и понарошку) так честно ласкалась к нему.
…День, когда он привыкнет к этому контрасту, ещё не наступил.
— Как я и думала, у тебя действительно крепкое тело…
Слегка прижимаясь к Казуки, Казуха-семпай рассеянно пробормотала такие слова.
{Что за неожиданное путешествие паломничества, ха?} — Внутри Казуки, Леме подшучивала над ним.
◇ ◇ ◇
Пока они шли, они чётко осознали произошедшую трансформацию. Прямо там возникла граница Проклятой Земли.
Примерно от реки Исузу дорога понемногу менялась.
Текстура дороги, сделанной из чёрного асфальта, изменилась на нечто, что ощущалось как липкая грязь под подошвами их обуви. Частные дома вдоль дороги потускнели, приобретя сероватый цвет и выглядя поношенными. Их внешний вид был грязным, как у заброшенных зданий. Даже река Исузу, которая, как говорили, была святой, превратилась в совершенно чёрный поток. Небо тоже внезапно заволокло тёмными тучами, создавая мрачную погоду.
Похоже, то, что люди говорили о превращении Великого Храма Исэ в Проклятую Землю, было правдой. С Великим Храмом Исэ в центре, его окрестности были поглощены, и Проклятая Земля распространилась.
Казуки представил себе карту, которую видел раньше. Отсюда до Великого Храма Исэ было около 5 километров. Это означало, что масштаб этой Проклятой Земли составлял около 5 километров в радиусе.
— Как ужасно… неужели Ямато действительно не собирался истреблять Демонических Зверей?
Казуха-семпай скривилась, глядя на теперь уже полностью преобразившуюся улицу.
А затем она отделилась от Казуки. Казуки тоже не почувствовал никакого сожаления от этого.
Существование Демонических Зверей, скорее всего, означало также, что будет битва.
Рак — чистая магическая сила, выплеснувшаяся из Аструма в этот мир, затем превратилась в Демонических Зверей.
Если этого Демонического Зверя не истребить быстро, он вызовет ещё больше Рака и увеличит число Демонических Зверей. Когда размножение Демонических Зверей, подобное этому, было допущено, окружающее пространство загрязнялось густой магической силой и становилось полностью искажённым. Земля Демонических Зверей, где люди не могли жить, в таком случае она заканчивала свою трансформацию в Проклятую Землю.
Защита от расширения Проклятых Земель, быстрое истребление материализовавшихся Демонических Зверей также было одной из самых важных задач Рыцарского Ордена. Похоже, временное правительство Ямато уклонилось от этой обязанности.
Так вот эта область Исэ будет полностью захвачена.
— Но, говоря наоборот, это означало, что им не нужно бояться солдат Ямато на этой Проклятой Земле. Они не победили ни одного Демонического Зверя на Проклятой Земле, и всё же они разместили большое количество солдат внутри Проклятой Земли, такое действие было совсем не искусным.
Как и ожидалось, правительство Ямато вообще ничего не слышало от Диких Богов о важности Великого Храма Исэ.
Хотя Дикие Боги стали частью их боевой мощи, их неспособность наладить тесное общение с Дикими Богами обнажила фатальную брешь в их броне.
— Но Хаяшизаки, разве это не странно? Чтобы Великий Храм Исэ стал Проклятой Землёй так целенаправленно… Я думаю, это как-то слишком надуманно.
…Конечно. Однако, если это происшествие не было просто совпадением… то это означало, что правительство Ямато намеренно превратило Великий Храм Исэ в Проклятую Землю. Как? С какой целью?
С его превращением в Проклятую Землю, возможно, это было для замены его оборонительного отряда. Возможно, превращение Аматэрасу в Дикого Бога и превращение Великого Храма Исэ в Проклятую Землю были как-то связаны.
Они наверняка ничего не поймут, если не продвинутся вперёд.
Казуха-семпай похлопала себя по талии. Угадав значение этого жеста, Казуки рефлекторно рассмеялся. Казуха-семпай ответила кривой улыбкой на эту реакцию.
— …Когда на наших бёдрах нет катаны, как и ожидалось, такие люди, как мы, не могут успокоиться.
— Мы можем использовать Призывную Магию, так что всё в порядке, семпай.
Долгое время Казуки полагался на свою гордость в искусстве владения мечом. Однако, прежде чем он это осознал, он уже думал о своей битве с использованием Призывной Магии с такой же гордостью.
Не то чтобы искусство владения мечом стало для него чем-то тривиальным. То, как он мог владеть мечом так же, как Канаэ, и как он мог произносить ту же Призывную Магию, как и все в Ведьминском Особняке, — он одинаково гордился и тем, и другим.
— Фу-фу-фу. На самом деле, я не только практикуюсь в фехтовании, но и недавно провожу специальные тренировки по Призывной Магии! Теперь я могу использовать магию до 6-го уровня, видишь ли!
Казуха-семпай сказала это, словно естественно сочувствуя внутренним мыслям Казуки.
Казуха-семпай родилась с превосходным талантом к магии, но с детства она стремилась стать мечницей вместо того, чтобы использовать Стигму Магика. Она была редким человеком, который совсем не эффективно использовал этот талант.
Она заключила контракт с Фуцунуси-но-ками, которому поклонялись в её собственном доме, ещё до того, как 72 Столпа Соломона смогли обнаружить её талант, но она вообще не тренировалась в Призывной Магии, тем не менее, она могла владеть магией до 5-го уровня.
Если такой человек всерьёз возьмётся тренировать свою магию… То, что она уже смогла использовать магию 6-го уровня, Казуки, который также был магическим мечником, как она, не мог позволить себе расслабиться, чтобы не отстать.
Казуха-семпай произнесла заклинание в подготовке к битве и выполнила Доступ.
— …Моя багровая рука раскалена, сжимая руду. Гребень в небе, лезвие в земле, соединяясь во вспышке, становятся единым мечом. Твоя надпись — `<Фуцунуси-но-ками>`! О, бог стали и огня, покажи эту ковку!
Бог мечей и кузнечного дела, Фуцунуси-но-ками, даровал пылающее пламя Казухе-семпай. Пламя распространялось по одежде семпай, её Первоматерия распалась, превращая форму в совершенно иной боевой костюм — Магическое Облачение.
— Долгое время я зацикливалась только на мечах, но когда я вижу Хаяшизаки, я хочу становиться всё сильнее и сильнее, используя и меч, и магию вместе. В конце концов, ты и я — одинаковые магические мечники!
Выражение лица Казухи-семпай сияло.
— Семпай, когда вы говорите о силе, вы действительно оживляетесь.
— Это так? …Верно, ха. Я родилась в семье, которая поклоняется богу мечей. Мой отец тоже мечник… но мечники слабы по сравнению с Призывной Магией, и окружающие тоже смотрят на них с презрением… Я тоже стала упрямой и стала мечницей, но долгое время у меня совсем не было таланта, и меня высмеивали… честно говоря, это было действительно жалко.
Оглядываясь назад, это было что-то вроде чуда, что она выросла с таким прямолинейным характером, пройдя через такой извилистый путь полжизни. Природа самой Казухи-семпай была сильной, наверняка она была в порядке благодаря тому, какой она была яркой личностью.
— …Я думаю, именно поэтому во мне укоренилось чувство желания стать сильнее других. Чувство постоянного желания становиться всё сильнее и сильнее не исчезает. Хотя почему-то это неприличная грубость для женщины. …Ха-ха-ха.
Казуха-семпай неловко горько улыбнулась.
— Это совсем не так. Оживлённая Казуха-семпай в тот момент даже более очаровательна, чем обычно. …Тем более, что обычно Казуха-семпай совсем не честна со мной.
— Хмф, не говори таких дерзких вещей, хоть ты и всего лишь мой младший!
Когда Казуки говорил так, словно подкалывая Казуху-семпай, она надменно отругала его.
— …Но когда я вместе с тобой, у меня такое чувство, что я могу стать сильнее без всяких ограничений…
Тихо, словно шёпотом, она добавила это. Знак сердца, означающий увеличение уровня позитивности, вылетел из её груди.
Она почему-то стеснялась. Они оба шли бок о бок молча некоторое время.
— А, теперь я вспомнила, семпай, поясная сумка ведь тоже распалась и стала частью Магического Облачения, не так ли?
Когда Стигма Магика выполняла Доступ, вещи, прикреплённые к телу, рассеивались в Первоматерию из-за искажения реальности, называемого магической силой, а затем реконструировались в Магические Облачения при поддержке божественного ответа заключённой Дивы.
Поясная сумка тоже была поглощена этим искажением?
— Ах, точно! Так я не смогу съесть крекеры, которые принесла в качестве закуски!!
Казуха-семпай, осознав свою потерю, после того как ей сказали, похлопала себя по талии несколько раз и издала печальный возглас.
◇ ◇ ◇
Обращая пристальное внимание на своё окружение, Казуки и Казуха-семпай продвигались по дороге Проклятой Земли.
— Спустя несколько минут ходьбы Казуки сказал «Подождите, пожалуйста» и удержал Казуху-семпай.
— Пожалуйста, усильте зрение с помощью магии и посмотрите вперёд. Там что-то есть.
Впереди, на дороге Проклятой Земли, которая продолжалась прямо, его усиленное зрение уловило [странную человеческую тень].
Хотя Казуха-семпай нервно *глотнула* слюну, она собрала магическую силу в глазах… затем её лицо окрасилось недоумением. То, что видел Казуки, было также отчётливо видно и ей.
— …Э-э-э, что это, эта штука?
— Это воин, не так ли? — ответил Казуки.
— …Это, конечно, воин, ха, эта штука там. …Но этот ответ совсем не решает ни одного вопроса.
То, что стояло на пути далеко впереди, был подозрительный человек в доспехах и шлеме.
Несколько стальных пластин были склеены вместе и собраны в одно целое, это были большие доспехи, которые выглядели громоздкими и тяжёлыми.
Его лицо было закрыто шлемом и лицевой маской. Снаружи можно было увидеть только блеск его глаз.
Это был воин в доспехах, который выглядел так, будто вылетел прямо из периода Сэнгоку, тяжело шагая по дороге, которая превратилась в Проклятую Землю.
Не говорите мне, что это оборонительный отряд Ямато? Хотя это было внутри Проклятой Земли? Разве их не атакуют Демонические Звери?
…Нет, это вообще человек? Он не чувствовал никакой человеческой воли от воина в доспехах, который бродил по улице. Скорее, его атмосфера была похожа на атмосферу Демонического Зверя, который беспокойно бродил.
— Похоже, это противник, мимо которого мы не можем пройти, притворяясь парой. Давай пойдём другой дорогой.
Весь маршрут, который они могли использовать для достижения своей цели — Великого Храма Исэ, не ограничивался одной дорогой. Казуки и Казуха-семпай повернули обратно по улице и свернули за поворот. Они пошли по другой улице.
— Даже впереди этой улицы тоже были разбросаны воины в доспехах, заставив их остановиться.
Почему-то воины в доспехах были не одни, казалось, их было много, бродящих вокруг. Их число всё возрастало.
…Нет другого пути, кроме как победить их? Когда Казуки начал склоняться к тому, чтобы пробиться силой в своём сердце,
— Хаяшизаки. Как насчёт того, чтобы мы забрались на здание и пошли от крыши к крыше? У меня такое чувство, что эти парни не смотрят никуда, кроме как прямо перед собой.
Казуха-семпай указала на крышу здания рядом с ними и сказала это.
Это на самом деле был дом горожанина, прежде чем это место превратилось в Проклятую Землю, но теперь он потерял свой цвет и стал сероватым. Он выветрился и выглядел поношенным, обнажая свою бетонную раму и став заброшенным зданием.
…Конечно, этот воин в доспехах не казался особенно бдительным. Если они пройдут по верхушкам зданий, не похоже, что Воины намеренно направят на них свой взгляд.
— Но они же заметят наши шаги, верно? Почему-то похоже, что у них острые звериные чувства.
— Тогда всё в порядке, если мы не будем шуметь, верно? Это так просто.
Говоря это, Казуха-семпай положила руку на внешнюю стену здания, которое выглядело заброшенным, затем она одним махом взобралась на крышу с физической силой, которая была усилена магией. В тот момент, когда она приземлилась на крышу, приземлившись без звука.
Словно невидимая подушка покрывала обе ноги Казухи-семпай.
А затем она поманила Казуки рукой.
Точно так же Казуки взобрался на внешнюю стену и приземлился на крыше. Звук отсутствовал, как и ожидалось. У Казуки было ощущение, что его ноги окутаны какой-то магической силой. Он направил удивлённый взгляд на Казуху-семпай.
— …Случайно, семпай не стёрла звук с помощью магии?
— Это не то, чему стоит удивляться, верно? Что-то вроде звука — это просто вибрация в воздухе, так что разве это не простое дело Психокинеза?
Казуха-семпай сказала это небрежно, но Казуки не мог не потерять дар речи.
Конечно, манипуляция звуком не требовала много энергии, хотя она и вибрировала воздух в мельчайших деталях.
Но контроль магической силы для этого был чем-то действительно сложным, потому что было трудно представить себе что-то подобное. Улавливать невидимые звуковые волны, было всё же проще просто усилить их, но сделать трюк, подобный красивому смещению звуковой волны, не должно было быть чем-то таким простым.
…Она может быть гением. Этот человек может быть выше кого-либо ещё в Ведьминском Особняке в области, не имеющей никакого отношения к Призывной Магии.
Конечно, Призывная Магия была той, что была полезна в бою, но общая магия, которая была эффективна в детальном практическом использовании, несомненно, ярко сияла в специальных миссиях, подобных этим операциям по проникновению.
— Я также стираю и твои шаги, так что давай пройдём мимо воинов в доспехах вот так, используя крыши.
С небольшой гордостью, Казуха-семпай бесшумно прыгала *пён-пён* по крыше.
Чтобы их было трудно увидеть с земли, они оба приняли низкую позу с опущенной талией и прыгали с крыши на крышу, как великие воры периода Эдо.
Пройдя мимо всё большего числа воинов в доспехах с крыш, их походка становилась всё более осторожной. Внезапно Казуха-семпай указала на что-то немного дальше.
Впереди, куда она указывала, возник синий свет, *ПАН!*, а затем послышался тихий звук, словно лопнул воздух.
Воин в доспехах отреагировал на это и отвернулся. Он тяжело пошёл в направлении звука.
…Если она могла стирать звук, то и производить звук было также возможно.
Казуха-семпай широко улыбнулась, глядя на Казуки. Казуки тоже вернул улыбку и пошутил с лёгким чувством.
— Семпай… сколько шалостей вы до сих пор совершили с этой способностью? У меня такое чувство, что этот маленький трюк можно полностью использовать не по назначению.
— Я-я никогда не делала ничего подобного шалости! В конце концов… у меня нет друзей, которых я могу разыграть или похвастаться…
Он просто слегка поддразнивал, но Казуха-семпай тяжело опустила голову.
— Семпай… если вы не против меня, то, пожалуйста, разыгрывайте меня сколько хотите.
— Нет, мне не нужно такое обращение! Я не настолько скучаю, чтобы разыгрывать кого-то вроде тебя!
Пока они обменивались тихими голосами, ещё больше воинов в доспехах тяжело шли спереди по улице, заставив Казуки и Казуху-семпай быть ошеломлёнными. Похоже, этих воинов в доспехах действительно очень много.
Они всё ещё не должны спускаться с крыш.
Они неуклонно пролетали по крышам ряда невысоких зданий в жилом районе, который был преобразован в Проклятую Землю, и продвигались вперёд.
По пути им преградило путь высокое [семиэтажное многоквартирное здание], которое выделялось по сравнению с его окружением.
Скорее всего, оно изначально было заполнено различными магазинами, которые стали там арендаторами. Сбоку от высокого и узкого заброшенного здания виднелось несколько рекламных щитов, на которых было написано что-то нечитаемое из-за смоляной грязи.
— Ха, Хаяшизаки… мы собираемся и на это залезть? — Казуха-семпай посмотрела на здание и отшатнулась.
…Верно, если это была Аура Усиления, то он был более искусным. Словно в пику Казухе-семпай, которая только что так важничала, Казуки хмыкнул «Фу-фу-фу» и усмехнулся.
— Ну что ж, на этот раз предоставьте это мне. Я оставлю следы на усмотрение семпай.
После такого заявления он силой поднял Казуху-семпай, которая стояла прямо.
Казуха-семпай, оказавшаяся в объятиях Казуки, забилась с ярко-красным лицом.
— Подожди секунду! Тебе не нужно поднимать меня как принцессу вот так, ты можешь просто нести меня на спине!
— Это не просто ношение на руках. Это Последнее Секретное Искусство стиля Хаяшизаки [Свадебный?Любовный Подъём]!
Казуки кружился и кружился, как на карусели, неся Казуху-семпай на руках.
— Последнее Секретное Искусство!? Так стиль Хаяшизаки — это просто шуточная школа боевых искусств!? Зачем ты кружишься!?
— Канаэ была той, кто утвердил это как Последнее Секретное Искусство. В кружении нет никакого смысла. Поехали!
Казуки повернулся к многоквартирному зданию, всё ещё неся Казуху-семпай, и прыгнул.
Оттолкнувшись ногой от рекламного щита, торчащего из стены, он сделал второй прыжок, используя его как опору.
Используя рекламные щиты как опоры, он продолжал прыгать с одного на другой. Казуха-семпай гасила все звуки от действий Казуки. Прекрасно синхронизировав дыхание, им удалось бесшумно закончить прыжки.
Только расстояние от последнего рекламного щита до крыши было немного больше, чем предыдущие прыжки.
— Берсерк!
Казуки немедленно произнёс заклинание усиления 1-го уровня, которое он мог быстро активировать. Усиление рефлексов было в данном случае тривиальным, его целью было усиление физической силы, хотя бы немного.
С этим усилением Казуки смог великолепно и бесшумно приземлиться на крышу заброшенного здания.
Он мог видеть окружающую Проклятую Землю одним взглядом с вершины здания. В центре Проклятой Земли был заметно потемневший лес и здание. Это наверняка был Великий Храм Исэ.
— Возможно, мы оба — дуэт, который подходит для миссий по проникновению, не так ли?
— Н-не ухмыляйся так счастливо, опусти меня скорее!
Даже пока маленькая метка-сердечко вылетала из Казухи-семпай, она говорила это изо рта и металась.
Казуки послушно опустил Казуху-семпай.
— …Э? Ты просто так меня опускаешь?
Казуха-семпай сделала недовольное лицо. Казуки напрягся и повернулся к Казухе-семпай.
— Семпай… [нас заметили].
…Похоже, эта миссия не будет такой простой.
Казуки, чьё зрение было дополнительно усилено [Берсерком], ощутил слабое движение среди пейзажа.
— Э… нас заметили, говоришь, это же крыша десятого этажа, знаешь ли?
Казуха-семпай прошептала ошеломлённо.
— В этот момент эта человеческая тень двинулась. Человеческая тень, такая маленькая, как пылинка, которую не было видно с крыши, где стояли Казуки и Казуха-семпай, двигалась с ужасающей скоростью. Она направлялась в эту сторону.
Казуки всего на мгновение опоздал с решением о побеге, что было вызвано высотой десятиэтажного здания, которое изначально не позволило бы человеку безопасно спрыгнуть на землю, что заставило его инстинкты колебаться.
Маленькая человеческая тень, которая начала двигаться, прыгнула с улицы на крышу, используя все окружающие здания как опоры со сверхчеловеческой ловкостью — не успев даже сказать «ах», она прыгнула с крыши на крышу к крыше, где были Казуки и Казуха-семпай.
Под небом Проклятой Земли, заполненным тёмными облаками, на крыше узкого здания, Казуки и Казуха-семпай столкнулись с ним.
Вслед за воином в доспехах, это была фигура со странным внешним видом.
Образ, который возник у него в голове с одного взгляда, был — [призрачный лемур].
Маленькое тело, стройное, как у обезьяны, однако оба его глаза были большими, как у монстра. Его глазные яблоки были даже больше, чем сжатый кулак — был ли это действительно человек?
С его телом, одетым в чисто чёрное, были видны только эти огромные глазные яблоки из-под капюшона, который он носил.
Совершенно ниндзя-подобная фигура. Так вот оно что, здесь был не только воин в доспехах.
В то же время Казуки ещё раз вспомнил, что это место было Проклятой Землёй.
Был ли этот парень человеком или Демоническим Зверем, [он не мог различить, кто из них кто].
— Мой Лорд… Мой Лорд… я нашёл её… Стигмата… Нашёл её…
Ниндзя с телосложением обезьяны издал приглушённый голос из своего рта, который был закрыт капюшоном. Это был слабый, тихий голос, который не был слышен никому, кроме Казуки и Казухи-семпай, которые были на этом месте. Однако—
{…Оба твоих глаза — мои глаза… Так вот оно что, так эти парни пришли. Если они ступили на эту землю, они уже не смогут сбежать!}
Сверху, из смоляных чёрных облаков, заполнивших небо Проклятой Земли, раздавался голос. Слова можно было различить, но это был такой приглушённый голос, что он не мог сказать, был ли говорящий мужчиной или женщиной.
Это было произносимое заклинание.
{Здесь поднимается густое облако, воздвигни барьер, что сдерживает все бедствия. …Моё <Яэгаки> спокойствия здесь. …Изумо Яэгаки? Каскад Рассечённого Мира Данкай Бакуфу!!}
Была вызвана магия — чёрное облако, полностью покрывавшее небо, начало яростно течь.
Облака тонко разошлись в мгновение ока, а затем медленно опустились на землю в направлении края неба. Купол. Облако в небе покрыло Проклятую Землю в форме полусферы, отрезая их от внешнего мира.
…Они не могли сбежать? Холод пробежал по спине Казуки. Это означало провал их проникновения. Вдобавок к тому, что их обнаружил враг, их путь к отступлению был заблокирован.
— Мой Лорд… Стигмата… Мой Лорд… Стигмата, Убить! Стигмату Убить!
Обезьяноподобный ниндзя издал голос, словно говорил в бреду.
{Так вот 72 Столпа Короля Соломона пришли на эту землю… эта война закончится, если этого парня убьют. Звучит неплохо, если его можно убить, то я не против, если ты убьёшь его досыта!}
Голос с неба дал своё одобрение. После этого обезьяноподобный ниндзя издал немыслимо громкий голос из-под своего капюшона.
— …ннн, нГИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИ!!
Уши Казуки и Казухи-семпай естественно засияли защитной магической силой, чтобы защитить свои барабанные перепонки. Вот насколько громким был этот голос. Не было сомнений, что он, вероятно, разнёсся по всей Проклятой Земле. Казуки почувствовал, что бесчисленные взгляды одновременно были направлены в эту сторону с земли. Этот парень позвал своих товарищей!
— Семпай, плохо, если мы останемся здесь! Бежим!!
Казуки наконец отбросил свои инстинкты и начал действовать. Он снова поднял Казуху-семпай и со всей силы прыгнул на землю. «Казуки!?» — Казуха-семпай издала растерянный крик.
Крыша здания — с высоты более 30 метров — на землю.
*ДА-А-АН!* — Казуки приземлился на землю, издав на этот раз громкий звук. Подошвы ног Казуки, его колени, всё сияло синей защитной магической силой и погасило удар приземления.
Казуки взял руку Казухи-семпай и помчался со скоростью, за которой Казуха-семпай едва могла поспеть.
Он одним махом повторил путь, по которому они следовали до этого момента.
— Скроемся и оторвёмся от них!
Воины в доспехах на земле все одновременно направлялись сюда и преследовали их.
Однако бег Казуки и Казухи-семпай превосходил тяжёлых воинов в доспехах. Они в мгновение ока увеличили расстояние от преследователей. Большинство воинов в доспехах наверняка немедленно потеряют из виду фигуру Казуки, если он так убежит.
— НГИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИ!!
Но тот ниндзя, который выглядел совершенно как обезьяна, тоже спрыгнул вниз и погнался за Казуки и Казухой-семпай. Он оттолкнулся от стены окружающего здания, ускорился и быстро сократил расстояние с Казуки.
В руке этого ниндзя незаметно появился чисто чёрный лук и стрела.
*ШУ-У-Ух!* — Была выпущена стрела, разрезая воздух. Целью была Казуха-семпай.
Словно предвидя траекторию стрелы, тело семпай быстро увернулось от неё.
Казуки на мгновение удивился, глядя на это великолепное движение тела, но тут же вернул своё внимание к ниндзя.
— Баррет!
Казуки ответил огненной стрелой в ниндзя. Ниндзя был отброшен назад, сияя защитной магической силой.
…Отлично, они собираются спрятаться вот так!
{Я уже сказал, что вы не можете сбежать! Я не позволю вам игнорировать мои слова, вот увидите!!}
Сверху, над головами Казуки и Казухи-семпай, которые бежали изо всех сил, раздавались голос и заклинание.
{…Изумо Яэгаки? Связывание Ветряной Нитью Кумоито Сибари!!}
Из куполообразного облака, покрывавшего небо, сползали две [нити из облаков]. Их кончики преследовали убегающих Казуки и Казуху-семпай и мгновенно обвились вокруг их тел.
Облачные нити обвились вокруг Казуки и Казухи-семпай, но не было ничего, что бы ограничивало их движение или что-то в этом роде. Но облачные нити продолжали удлиняться, как бы далеко они ни уходили, связывая Казуки и Казуху-семпай с небом.
Это метка! Казуки понял цель этой нити. — Если за этой облачной нитью следить с неба, то неважно, где Казуки находился внутри этой Проклятой Земли, его местоположение будет постоянно известно.
— Фуцу но Митама!!
Казуха-семпай немедленно произнесла своё заклинание и создала божественный меч Фуцунуси-но-ками. Меч сокрушения зла, который разрушал различные магические эффекты, такие как проклятие или печать. Этот меч был направлен на облачную нить и взмахнул вбок.
Но — он не был разрезан. Лезвие не вернуло никакой отдачи в державшую его руку и прошло сквозь облачную нить полностью.
— Это… магическая сила, превосходящая Фуцу но Митама! — Казуха-семпай повысила голос.
— Что это значит, Фуцунуси-но-ками! — крикнул Казуки, бежа изо всех сил.
— Даже если с нашей стороны не было никаких ошибок в проникновении до сих пор, этот парень по имени Ятагарасу почувствовал наше присутствие! Если кто-то случайно узнал о нашем передвижении, это должно быть потому, что кто-то проболтался! Более того, эта магия под названием [Изумо Яэгаки]… это магия Японской Мифологии!!
Казуки не мог придумать другого объяснения этой ситуации, кроме как то, что Японская Мифология его подставила.
— Фуцунуси-но-ками! Ты предаёшь меня и Хаяшизаки, и завёл нас в ловушку!?
Рядом с Казухой-семпай, которая издала скорбный голос, появился аватар бога меча.
Не было сомнений, что Фуцунуси-но-ками был тем, кто создал эту ситуацию.
{Неверно… этот Ятагарасу не враг. Я привёл вас двоих в это место… не для ловушки. Это не ловушка, а [просьба]. На этой земле я желаю, чтобы вы спасли Японскую Мифологию. Магия из прошлого, это `<Сусаноо>` из Изумо …один из двух великих верховных богов Японской Мифологии, магия Сусаноо.}
— Два великих верховных бога!? Верховный бог не только Аматэрасу, но их двое!?
Казуки издал потрясённый голос, услышав неожиданную правду. Казуки сразу подумал, что его обманул Фуцунуси-но-ками. …Однако, теперь, когда он вспомнил, Фуцунуси-но-ками никогда не говорил ничего о победе над Аматэрасу, только что он должен победить верховного бога. Но… спасти Японскую Мифологию?
{…Победи Сусаноо, спаси запечатанную Аматэрасу и спаси Японскую Мифологию, вот моя просьба.}
— [Если я спасу Аматэрасу, как ты и говоришь, Дикие Боги вернут свой рассудок]!?
Фуцунуси-но-ками снова [намеренно давал им информацию небольшими порциями] и вводил их в замешательство. Даже если он не лгал, это был всего лишь один из видов мошенничества. Как только он подумал, что было бы нормально сказать, что его обманули.
Это наверняка не ловушка, он верил в это.
Однако самым важным было то, удалось ли ему достичь того, о чём просил Фуцунуси-но-ками, тогда [вернутся ли Дикие Боги Ямато в свои чувства?]. Если это было возможно, то он не возражал, какой бы курс ему ни пришлось пройти.
— НГИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИ!! СТИГМАТА-А-А-А-А-А-А!!
Странный голос пронзительно раздался у них за спиной. Это было не место для разговоров. На них также впоследствии была выпущена стрела.
— Берсерк!
Казуки снова усилил своё динамическое зрение и отмахнулся от летящей стрелы голыми руками.
— Хаяшизаки! Если мы сможем просто победить этого парня, то, думаю, нам не придётся беспокоиться о том, что нас обнаружат. Давай сразимся!
Казуха-семпай остановилась, затем повернулась и посмотрела на врага.
— Верно, не так ли, давай сразимся пока, — Казуки тоже подумал о том же.
Они уже вернулись на место у края Проклятой Земли. Свисающее облако, похожее на занавески, выглядело близко. Он хотел подтвердить, коснувшись занавеса из облаков, действительно ли они не могли отсюда сбежать, но если они будут сражаться, повернувшись спиной к этому занавесу из облаков, то им не нужно будет беспокоиться о нападении сзади на данный момент.
— …Более того, эти парни не похожи на тех, кто может использовать Призывную Магию.
Враг был неизвестен, но уже с этим фактом степень угрозы противника значительно снизилась.
Прямо впереди по улице мчалась толпа воинов в доспехах. Тот, кто вёл их, был тот обезьяноподобный ниндзя, который был намного быстрее по сравнению с остальными. Даже во время бега он направился к Казуки и Казухе-семпай и снова натянул лук и стрелу.
— Баррет! — Казуки атаковал прежде, чем тот успел выстрелить.
Обезьяноподобный ниндзя был отброшен назад к толпе воинов в доспехах. Это стало сигналом к началу боя.
— Сти, СТИГМАТА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!
В тот миг, когда Казуки использовал Призывную Магию, воины в доспехах взвыли с громкостью, которая сотрясала землю.
— …У этих парней обида на Стигмату!?
Кричащие воины в доспехах подняли свои большие боевые мечи над головой справа от лица, как в стиле Дзигэн-рю `<Стойка Стрекозы>`, и приблизились к Казуки и Казухе-семпай. Это была стойка, из которой было легче всего немедленно нанести удар мечом сверху вниз, поставив всё на один удар.
Воины в доспехах, вошедшие в боевую готовность, ускорились со светом, исходящим со всего их тела. Этот рывок был скоростью за пределами человеческого разума. Он превосходил предел обычного мечника.
Тот обезьяноподобный ниндзя был таким же, но как будто их физические способности использовали магию усиления. [Это заставляло подозревать их связь с какой-то Дивой.]
Казуки и Казуха-семпай тоже были без своих катан, они были полностью безоружны.
— Семпай, берегитесь! — Казуки вышел вперёд, чтобы прикрыть Казуху-семпай.
Первый воин в доспехах, который приблизился с неудержимым ударом сверху вниз, был быстро уклонен Казуки. Удар сверху вниз второго воина в доспехах, который подошёл почти одновременно с первым, на этот раз увернуться было невозможно, он поймал лезвие между обеими руками.
Поймать голое лезвие настоящего меча — если это было с усилением [Берсерка] для его рефлексов и физической силы, такая техника была возможна.
Однако внутри ладоней Казуки длинный меч, который был зажат между ними, пробивался с *гу-гу-гу* и приближался к Казуки.
— О, божественная защита воинов, удвой Мегин, что кружится в моём теле! Цель бога, что побуждает меня к бесконечной битве, этому телу! …Мегингъёрд!
Казуки дополнительно произнёс заклинание усиления 2-го уровня норвежской мифологии `<Тор>`.
Призывная Магия этой Дивы по имени Тор… для её 1-го и 2-го уровней обе быть магией усиления было ужасающе экстремальным сочетанием, но… для мечников эта Дива была слишком уж дружелюбна к пользователю.
Пояс света спустился с неба и обвился вокруг тела Казуки. Этот пояс света увеличил объём мышц всего тела Казуки. Своей усиленной силой Казуки украл длинный меч, который он зажал между ладонями.
Перехватив украденный меч, он нанёс ответный удар воину в доспехах.
Воин в доспехах был отброшен назад отдачей своей защитной магии, *ДОСУН!* — он упал с тяжёлым звуком.
Он был толстым — Казуки втайне содрогнулся. Эта защитная магическая сила была более чем в пять раз толще, чем у обычного человека.
— СТИГМАТА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!
Третий и четвёртый воины в доспехах, обладавшие необычайной силой и выносливостью, приблизились к Казуки ещё ближе. Удар, который они нанесли, был скорее как у берсерка, чем у мечника.
— О, ветер Татары, призови палящий жар стали к моей ковке! Возьми молот закалённый здесь, отбей позор души!
Казуха-семпай, которую прикрывал Казуки, закончила произносить своё заклинание сзади.
— …Молот Ветра Небесного Пера, Огненное Творение Амэно Хидзукури но Кадзацути!
Пока блеск её магической силы нарастал, Казуха-семпай выставила вперёд правую руку.
Из этой руки *ДОН!!*, словно выстрелила невидимая пушка, несколько приближающихся воинов были сметены altogether. В то же время воины в доспехах были охвачены взрывами пламени.
Композитная атака ударной волны и пламени, произведённая из ладони. Это была магия 4-го уровня Фуцунуси-но-ками.
— Казуха-семпай, большое спасибо! …Баррет!!
Из бреши, образовавшейся от сметённых воинов, выпрыгнул ниндзя с луком и стрелами и приблизился. Казуки бдительно заметил это на мгновение раньше и выпустил огненный снаряд.
Воины в доспехах, которых смела Казуха-семпай, встали и снова приняли стойку, похожую на стрекозу.
— Казуха-семпай, я выхожу вперёд, так что, пожалуйста, прикройте меня сзади!
Казуки крикнул, принимая стойку с украденным длинным мечом наготове.
— Прикрывать сзади, говоришь? …Это неверно, Хаяшизаки, я такой же магический мечник, как и ты!! …Я становлюсь жрицей меча. Скалу расколов, корень вырвав, грех отрубив, тот духовный меч сокрушающего зла прямо сейчас в этой руке!! Обнажи свой клинок, Фуцу но Митама!!
Магия 3-го уровня Фуцунуси-но-ками. Из ладони Казухи-семпай вырвалось пламя и создало божественный меч, обладающий силой разрывать магическую силу.
Казуки удивился в глубине души — после того, как она произнесла заклинание 4-го уровня, время, которое ей понадобилось, чтобы закончить произнесение этого заклинания 3-го уровня, было пугающе быстрым. Это была скорость произнесения, приближающаяся к скорости Коюки.
А затем Казуха-семпай обогнала Казуки и нанесла удар в направлении воина в доспехах.
Люди, которые когда-то знали Казуху-семпай, посмеялись бы над этим действием как над безрассудством, но если это была нынешняя семпай, то это не было безрассудством. Казуха-семпай сначала срубила одного врага, затем она увернулась от удара сверху, идущего сбоку, с разницей в толщину бумаги и нанесла удар второму врагу в контратаке, а затем она быстро отпрыгнула назад, чтобы увернуться от удара третьего врага.
Казуки сомневался в своих глазах, глядя на её лёгкие и простые движения тела, которые не отступали ни на шаг перед лицом врагов с численным превосходством.
Казуха-семпай, которая великолепно вела себя на этой узкой улице, постоянно двигалась на мгновение быстрее врага.
Это было не так точно, как у Казуки или Канаэ, но [она ощущала магическую силу противника и предвидела их движения].
Не только её способность к произнесению заклинаний, её мастерство владения мечом также сделало потрясающий прорыв.
Как только в ней появилась уверенность в себе, она стала кем-то, кто мог великолепно достигать быстрого роста, как это.
…У него было неверное впечатление. Казуха-семпай не была чем-то вроде объекта защиты.
Она была партнёром, который сражался с ним плечом к плечу.
— Казуха-семпай, тогда, пожалуйста, я оставлю правую сторону вам.
Казуки бросился налево рядом с Казухой-семпай и атаковал воина в доспехах своим мечом.
— Фу-фу-фу, оставь это мне!
Казуха-семпай *дон* ударила своим левым плечом о правое плечо Казуки и надёжно улыбнулась.
◇ ◇ ◇
…Она не делала ничего, что бы сдерживало его, как когда они были в море.
Абсолютно ничего.
После того как Казуха ударила его плечом и почувствовала присутствие своего партнёра-Казуки, она прыгнула в толпу воинов в доспехах. Голое лезвие сверкало много раз, но она проскальзывала сквозь всё это и наносила ответные удары, проходя мимо них.
Если это Хаяшизаки, то он наверняка будет сражаться так — пока она сжимала свой меч, такое воображение постоянно витало у неё в голове. Казуха всегда отчаянно пыталась повторить это движение в своём уме.
Эта мысль, которую она чувствовала, была, без сомнения, стремлением.
Вот почему её собственное фехтование день ото дня становилось всё более похожим на фехтование Хаяшизаки.
Предвидение в стиле Хаяшизаки — его фундаментальная истина была восприятием от тщательного усиления Экстра-сенсорики.
Чтобы братья и сёстры Хаяшизаки приобрели такую силу восприятия, они наверняка должны были потратить долгие месяцы и годы, оттачивая свои тела. Но она была выше этих двоих в магическом таланте, не было причин, по которым она не могла бы делать то же самое, что и они.
Воспринимать каждое движение противника. Эти предварительные признаки от их дыхания, напряжения мышц, а затем их состояние ума.
Двигаясь так, двигаясь так, приближаясь так.
Казуха двигалась, её красно-белое Магическое Облачение развевалось вокруг, она уворачивалась от атак врага, словно танцуя Кагуру.
А затем нанести ответный удар по уязвимому месту. Реализовать этот образ в реальность вот так, окончательный ответ.
— Но, чтобы сделать толпу такой большой своим противником, Предвидение Казухи было всё ещё неполным.
Стрела летела из-за пределов её образа.
Казуха внезапно осознала. Лук и стрела того обезьяноподобного ниндзя…!
В тот миг, когда она решила получить удар, рука вытянулась перед глазами Казухи, внезапно отбивая приближающуюся стрелу.
— Баррет!
Затем из этой ладони был выпущен огненный снаряд. Это было не из-за быстрого произнесения заклинания, а плавное действие, как будто он видел всё насквозь. Способ ведения боя человека, носившего псевдоним Циклоп.
Тело ниндзя было снова поражено огненным снарядом и отброшено на другую сторону толпы воинов в доспехах.
— Спасибо, Хаяшизаки! — Слова благодарности естественно вырвались из её уст.
Пока этот парень сражался с бесчисленными воинами в доспехах, он одновременно обращал внимание и на эту сторону.
…Он действительно добр, когда сражается. Бой, больше чем что-либо ещё, был тем местом, которое заставляло её по-настоящему чувствовать его доброту. Время боя также было единственным местом, где она могла стать честной, когда речь заходила о нём.
Вот почему, синхронизировать дыхание друг с другом — и помогать друг другу.
— Рассеивая цветы ночного ремесла, о, закалка ремесленников, достигни переплетения неба кончиком своего меча! Роль меча — ради победы… По моему приказу, станьте грозовыми тучами и пролейтесь дождём! Тэнку Батто Рэнгэ Хо!
Сражаясь, Казуха одновременно произносила свою магию.
Пламя вспыхнуло вокруг Казухи. Это пламя трансмутации заставило появиться бесчисленные Священные Сокровища в окружении Казухи. Мечи различных форм из всех времён и стран — с помощью манипуляции магической силой Казухи все они могли быть выпущены во всех направлениях и под любым углом, как ракеты.
— …ВПЕРЁД! — Вместе с этой командой бесчисленные мечи беспрестанно обрушились на воинов в доспехах.
В то же время, когда эти Священные Сокровища пронзали врагов, пламя и лёд, молнии и тому подобное, каждый из мечей проявлял различную силу стихий. Казуха также направила эти атаки в сторону Казуки.
— Большое спасибо, семпай!
Грудь Казухи подпрыгнула, когда она услышала эти ответные слова благодарности.
Это чувство единства в этом командном бою заставляло её голову чувствовать себя чисто-белой от опьянения.
Как я и думала, мне нравится сражаться с ним.
Нет… возможно, я уже люблю его…
Похоже, Хаяшизаки мог воспринимать изменение уровня позитивности. По какой-то случайности, даже посреди этой битвы, возможно, это изменение, произошедшее внутри неё, уже было передано ему.
Обычно это было бы чрезвычайно неловко, но… прямо сейчас она была счастлива, что её чувства были переданы. Она хотела, чтобы он знал больше об этом чувстве, о котором она могла быть честной посреди этой битвы, вот что она по-настоящему чувствовала из глубины своего сердца.
О чём ты, чёрт возьми, думаешь, когда тебя окружают все эти мрачные воины в доспехах, я.
Всё тело Казухи спонтанно наполнилось силой от смущения. Она направила этот стыд на воинов в доспехах и нанесла удар со всей своей силой, чтобы выплеснуть свои чувства.
Обновлено: 08.04.2026