— Да, меня так и называют — он снова улыбался.— Просто я решил представиться полным именем.
Я сощурила глаза и взглянула на него:
— Больше никогда не называйся полным именем.— и немного помолчав, добавила. — Ну, хорошо хоть не Валера.
После чего мы оба засмеялись, как дети. Непонятно почему, но меня страшно клонило в сон. Это было неперебарываемое желание.
—А меня зовут Гера. – устало представилась я, удивляясь своему спокойствию.
Не думаю, что нормальная девушка так отреагировала бы на незнакомого мужчину, появившемуся в ее доме поздно ночью.
— Знаешь, я так утомилась, не пойму почему, но душу готова продать, лишь бы только отдохнуть. Если ты не уходишь, то устраивайся, где хочешь, мои «апартаменты» в твоем распоряжении. Лео, мне уже все равно кто ты, зачем и почему. Захочешь убить меня, сделай так, чтобы я не мучилась, все равно заслужила. ОК?
—Ты такая странная, Гера. — каким-то отрешенным тоном сказал Лео, — Мы продолжим разговор завтра, а пока отдыхай.
В его голосе прослеживался неприкрытый нерв тоски, он старался завуалировать это, но от меня такое никак не могло ускользнуть.
Однако, его теплый тембр превратил меня в вялое растение и покорившись этому сумасшедшему полуночнику, я тихо уснула. По-хорошему, я должна была с визгами прогнать его к чертовой бабушке, но мне отчего-то совсем не хотелось кричать. Я бы поболтала еще, но веки не слушались меня и стали настолько тяжелыми, что никаких сил не хватало на то, чтобы держать их хотя бы чуть приоткрытыми. За какую-то секунду я уже заблудилась в сонном мареве.
***
Утром его уже не было. Неужели это был сон? И эти теплые, внимательные глаза, вокруг которых появлялись озорные морщинки, когда он улыбался или смеялся, красивая улыбка, показывающая неправильные зубы, бархатный голос, торчащие волосы, цвета кофейного зерна… все это мне привиделось? Ну, конечно, разве мог такой красавец встретиться мне в реальной жизни? Плод больного воображения, вот и все. Мягко выражаясь, настроение было безвозвратно испорчено, а уж если говорить как есть — я разбилась на миллион кусочков, сожалея обо всем на свете. Мне хотелось лишь одного — не просыпаться, но было уже поздно. Может быть, когда-нибудь повезет и он снова присниться мне, снова приблизиться, обдав горячим дыханием.
Я понимала, что на улицу лучше не высовываться, но мне было жизненно необходимо развеяться. Черные джинсы и куртка идеально передавали мое состояние, и лишь огромный синий шарф, закрывающий пол лица, являлся чем-то вроде полосы надежды в этом черном царстве. Такого чуда сервиса, как зеркало в моем новоиспеченном жилище не оказалось, впрочем, как и многих других вещей, без которых я еще совсем недавно вряд ли смогла бы существовать. Только теперь я и не вспомнила ни о зеркале, ни о ложечке для обуви, просто забыла об этом, передо мной все еще стоял тот прекрасный Лео из сна. Тем более, своим отражением я никогда не была особо довольна, посмотреть на себя, значило бы совсем сойти с ума от отчаянья. Я шагала по замороженной улице, туда, куда несли ноги. Узкие и серые сельские улочки оптимизма не прибавляли. Меня мало кто видел, видимо все сельчане грелись дома или на работе, а я почему-то совсем не боялась мороза. Скинув снег с доски, я села на деревянную лавочку под раскидистым, заиндевевшим деревом.
Мне не давала покоя реалистичность сна, я запомнила все до мелочей, но все же постепенно лицо незнакомца теряло очертанья, так бывает, когда все время вспоминаешь чей-то образ. Я грустила о нем,хотя мне следовало бы думать о себе, принимать какие-то решения, размышлять о дальнейших действиях. Но из головы не выходило ночное «кино».
Неожиданно для себя я поняла, что мне абсолютно все равно ищут меня или нет, найдут ли, может, посадят? Это важно вообще? В моей жизни не за что было уцепиться, лишь пустые мечтанья, которым не суждено было воплотиться в жизнь. Грезы чудесным образом превращаются в реалии только в наивных сказках для девочек, да и то не во всех, с чего же я тогда взяла, что случиться волшебство? Почему я верила в то, что в моей жизни может произойти что-то необычное или фантастическое?
Долго еще я сидела на холодной лавке и не замерзала. Окоченевшая женщина пробегала мимо, и лишь недоуменно взглянула на меня, видимо удивившись, что я добровольно решила подвергнуть себя заморозке, чтобы через тысячу лет меня разморозил какой-нибудь гениальный ученый, и желательно бы, чтобы этот ученый выглядел точно как Лео. Такие же губы, волосы, руки, глаза. Ну что такое?
Я помахала перед собой руками, пытаясь отогнать мысли о нем, но тщетно, грусть просочилась глубоко, не высосешь. Поняв, что ни скамейка, ни что бы там ни было , меня не спасет, я услышала жалобное урчание собственного живота. Есть совсем не хотелось, но необходимо было накормить желудок, чтобы мозг не закоротило, а то мало ли, может все таки получиться подумать о чем-то кроме…
Встав наконец с лавки , без особого энтузиазма, я поплелась на поиски продовольственного магазина. Долго искать не пришлось, и вскоре я уже открывала дверь маленького придорожного магазинчика, у меня над головой зазвенел колокольчик. Пройдя к кассе, я встала за девушкой, которая покупала сигареты и жвачку, снова зазвенел колокольчик и за мной кто-то занял очередь. Даже если это был дед мороз, меня это не трогало абсолютно, все мои мысли летали где-то над потолком, словно горячий воздух, пытаясь собрать какую-то нечеткую мозаику. Удивительно, но мне даже чудился его аромат. Наконец, девушка разобралась со сдачей, и наступила моя очередь совершать покупки. Я купила куриные грудки, приправу, масло, сушеную рыбку, пачку сигарет, две свечки, спички и две бутылки пива. Подумала, раз уж такая меланхолия напала, то и не грешно бы попытаться ее утопить. Рассчитавшись, я принялась складывать покупки в пакет, и только взялась за бутылки, как прямо над ухом прозвучал знакомый, мягкий голос:
—Ты что, еще и алкоголичка?
От неожиданности я уронила бутылку, и она разбилась вдребезги. По полу расплескалась пахучая жидкость. Продавщица запричитала, ругала меня, на чем свет стоит, сотрясая воздух и нахмурив нарисованные брови. А я стояла, словно окаменевшая и не могла даже пошевелиться. В голове появилась одна мысль: «Я сошла с ума». Это ведь сон был! Просто почудилось!
Не успела я убедить себя в собственном безумии, как снова послышался голос, на сей раз Лео говорил виновато:
— Гера, прости, я пошутил, я не хотел тебя обидеть. Сейчас куплю нам пива, ладно?
Моя шея будто оттаяла, и я медленно повернула голову, боковым зрением зацепила его серьезное и даже взволнованное лицо, оно было все так же прекрасно. Я громко сглотнула, в меня провалился свинцовый комок, застрявший в горле. Лео заботливо отодвинул мое деревянное тело в сторонку и подошел к кассе. Пока он деловито покупал пивко, обаятельно улыбаясь продавщице, я смотрела на него, не отрываясь.
Ведь продавцу он не мог померещиться? Значит все-таки я не шиза.
Под натиском его обаяния, продавщица, конечно, быстро сдалась и, сменив гнев на милость, пыталась даже кокетничать с этим невероятным парнем. То было поистине комичное зрелище. Лео попросил прощения за свою «неуклюжую подругу» и оставил щедрые чаевые, чтобы компенсировать ущерб.
Я стояла молча, и снаружи никто не слышал шума волн, но внутри меня бурлил теплый океан. Я не верила ни глазам, ни ушам, но все же он был там, живой, из плоти и крови. Он появился вновь ради меня, плевать с какой целью.
Я шла впереди и очень боялась, обернувшись не обнаружить его силуэта, боялась, что он растает, как галлюцинация. Только снег по-прежнему хрустел под его ногами, резонировал со звуком моих шагов. Одна капля ,появившегося во мне океана, скатилась по щеке, не удержавшись.
Обновлено: 02.02.2026