Сюзанна не сводила глаз с бегущего к ней Люмиана, охваченного багровым пламенем. Она поглощала энергию из толпы, в том числе торговцев, прохожих и жильцов, висевших на деревьях. Ей нужно было как можно скорее восстановить свои боевые способности.
Она не боялась, что Люмиан причинит ей вред. Находясь на вершине кроны дерева, она знала, что он до нее не доберется. К тому же, она была едина с Древом Тени, что делало ее практически неуязвимой. Без божественной силы любая атака причинила бы ей лишь незначительные ранения, неспособные убить или серьезно навредить.
Топ! Топ! Топ! Люмиан мчался вперед, туда, где переплетались ветви и лианы дерева, а сверху на них висело сто-двести человек.
Коричневато-зеленая листва пыталась опутать и пронзить его, но огненная аура заставляла ее в панике отступать.
Внезапно земля содрогнулась от грохота. Коричневато-зеленое дерево стремительно опустилось вниз, уменьшив свою высоту до семи-восьми метров.
От сильных толчков, сотрясавших чащу, Люмиану было трудно продвигаться вперед.
***
Грохот! Люстра в банкетном зале закачалась от толчка, подобного землетрясению. На лицах большинства присутствующих отразился ужас. Более сообразительные кинулись прятаться под длинный стол, покрытый белой скатертью.
В группу, назначенную для охраны Гюга Артуа, входили Имре, человек смешанной крови, Валентин и Потусторонний Пути Воина по имени Антуан.
Почувствовав неладное, они молчаливо отправили Имре на разведку. Тот бросился к окну и выглянул наружу, пытаясь определить источник беспокойства.
Имре видел, как несколько домов на улицах Анархии, Росиньоль и Блуз Бланш накренились, но не рухнули. Их стены были покрыты коричневато-зелеными ветвями и лианами.
На фоне всего этого выделялось огромное коричневато-зеленое дерево, стоявшее примерно на улице Анархии. Оно опустилось вниз, покрытое многочисленными наростами и цветами.
Странное явление длилось всего несколько секунд, а потом все вернулось на круги своя, словно неудачную картину заменили другой работой.
— Что происходит? — Гюг Артуа невозмутимо подошел к окну и поинтересовался у подчиненных.
Имре не стал ничего скрывать.
— На улицах Анархии, Росиньоль и Блуз Бланш происходит что-то странное, — понизив голос, честно ответил он.
«Улица Анархии, улица Росиньоль, улица Блуз Бланш…» Услышав названия улиц, Дженна, которая подошла к соседнему окну, но не успела ничего увидеть, застыла на месте.
В ее голове сразу же всплыли два имени: Сиэль, Франка…
Неужели они столкнулись с чем-то опасным? Сердце Дженны сжалось, она инстинктивно посмотрела на Гюга Артуа.
Она заметила, как на губах члена парламента появилась усмешка, словно он не мог скрыть своего восторга.
«Это он… Это он и его шайка еретиков!» — Дженна мгновенно пришла к такому выводу. Тьма окутала ее, отчаяние захлестнуло с головой.
«Смогут ли Франка и Сиэль противостоять спланированной атаке еретиков и пережить эту аномалию? Должна ли я броситься им на помощь с моими нынешними силами? Или я только наврежу им?»
В этот момент Дженне показалось, что колонны, на которых держался ее мир — двое друзей, всегда и во всем ее поддерживавшие, — вот-вот рухнут, как рухнули после смерти матери.
И во всем виноваты еретики, Гюг Артуа!
Мысли вернулись к словам Франки, сказанным, когда она выпила зелье и превратилась в Убийцу, предупреждая Дженну, чтобы та избегала контактов со злыми богами.
«Контакт со злыми богами не принесет ничего, кроме беды.
Он не только сведет человека с ума, лишит его собственного "я", но и затянет во тьму всех окружающих, знают они их или нет.
Если мы не устраним виновников, влияние злых богов никуда не денется. Боль будет возвращаться снова и снова, нескончаемым потоком».
И сейчас Гюг Артуа стоял в самом центре всех бедствий рыночного района.
Дженна опустила голову, не в силах встретиться взглядом с Гюгом Артуа, боясь, что глаза выдадут ее боль и ненависть.
Ненависть поглотила ее целиком!
Но она могла лишь напоминать себе, что ее брат Жюльен все еще жив, хотя и страдает от определенного психического недуга, который можно вылечить. Если он еще и сестру потеряет, то может и впрямь погрузиться в пучину безумия.
«После окончания банкета, после того как владельцы фабрик выплатят свою "компенсацию", после того как я раздам все наши долги, я заберу Жюльена, и мы уедем из рыночного района и квартала Ботанического сада. Найдем другое место для жизни, подальше от боли…» — Дженна повторяла эти слова про себя, отчаянно пытаясь сдержать свои эмоции.
— Почему здесь происходит еще одна аномалия? — обратился Гюг Артуа к Имре, Валентину и Антуану.
Имре горько усмехнулся и ответил:
— Я видел это дерево. Оно появлялось в истории Трира уже не раз, но полностью с ним справиться так и не удалось.
С тех пор как он вступил в ряды Очистителей Трира, то узнал о скрытых опасностях, таящихся под землей, которые невозможно полностью устранить. Коричневато-зеленое дерево было одной из них.
Он, его начальство и его товарищи по команде не могли понять, почему Трир вообще построили на таком месте.
Не дав Гюгу Артуа времени усомниться в их способностях, Имре добавил:
— Раз уж аномалия обнаружена, ее подавление — дело времени.
Будучи сотрудником элитного отряда Очистителей, он знал, что Трир отличается от столиц других стран. Из-за постоянной опасности, исходящей из-под земли, и бывшая королевская семья, и нынешнее парламентское правительство договорились с двумя Церквями о том, что те тайно отправят в Трир по одному ангелу или разместят Запечатанные Артефакты 0-го уровня, дабы предотвратить любые неприятности.
Конечно, в те времена, когда королевская семья и правительство обладали огромной властью, ангелы Церкви предпочитали не вмешиваться. Например, во время правления Императора Розеля.
Как только аномалия, вызванная странным деревом, будет обнаружена, она подвергнется сокрушительному удару. И пусть полностью уничтожить ее не удастся, но под контролем ее удастся продержать довольно долго.
***
После стремительного и бурного нисхождения Древа Тени чаща успокоилась. Габриэль, Павар Нисон и остальные по-прежнему висели на ветвях, их лица становились бледными и черными, словно из них вытягивали всю энергию.
Люмиан, охваченный багровым пламенем, восстановил равновесие и продолжил бежать к ближнему коричневато-зеленому дереву.
Сюзанна Матисс к этому моменту уже успела восстановить значительную часть своих сил. Она увидела Люмиана и стала ждать, когда тот приблизится на расстояние, доступное ее нынешним способностям.
Внезапно позади Люмиана отделилась от своего хозяина тень и бесшумно бросилась ему на спину.
Это была Шарлотта Кальвино, «игравшая» роль тени!
Поскольку она не была хозяйкой ритуала и находилась далеко от вершины дерева, то не пострадала ни от отдачи, ни от сильного разложения, а значит, ее силы не ослабли. Заметив, что Люмиан оборачивается, она быстро спряталась и, вспомнив о своих актерских способностях, приготовилась нанести удар исподтишка.
Внезапно вдалеке раздался выстрел.
Железно-черная пуля летела слишком далеко и не отличалась точностью. Она лишь задела Шарлотту, но ее планам это помешало.
На краю чащи появилась Франка в блузке, светлых бриджах и красных сапожках. В руке она сжимала медный револьвер.
— Бл*ть, тебе не кажется, что мы в одной команде? — крикнула она в спину убегающему Люмиану.
***
Заметив, что улица вернулась в свое «нормальное» состояние, Гюг Артуа возвратился в центр банкетного зала с бокалом светло-золотистого шампанского в руке. Встав перед собравшимися, он как ни в чем не бывало начал свою речь:
— Дамы и господа, для меня большая честь видеть вас на этом поминальном банкете. Прошу вас почтить минутой молчания память тех, кто трагически погиб…
— Как видите, в рыночном районе вновь произошел несчастный случай. Так больше продолжаться не может. Мы должны создать более эффективную и гибкую систему реагирования на подобные ситуации.
— Я понимаю, что многие из вас испытывают гнев и страх в связи с недавним несчастным случаем. Ваши близкие, возможно, погибли, получили тяжелые ранения или, возможно, испытали волнение, душевный надлом и безумие в результате этого…
Услышав эти слова, Дженна резко подняла голову и снова посмотрела на Гюга Артуа.
Он только что упомянул «волнение, душевный надлом и безумие» в таких подробностях.
В обычных условиях в подобных объяснениях не было никакой необходимости. Достаточно было бы просто упомянуть безумие.
«Неужели Гюг Артуа знал, что кто-то пострадает от взрыва на химическом заводе, и сойдет с ума? И он нарочно упомянул об этом в своей речи, словно преступник, вернувшийся на место преступления, чтобы полюбоваться делом своих рук?» — сердце Дженны переполнилось абсурдной смесью ненависти и страха.
Если ее подозрения верны, то, возможно, к безумию Жюльена приложили руку еретики!
Можно ли его вылечить? Можно ли его спасти?
«Если не устранить первопричину, то, даже если я уеду из рыночного района вместе с Жюльеном, в будущем нас все равно могут подстерегать скрытые опасности и проблемы!» — чувство отчаяния захлестнуло Дженну, словно ее окутала непроглядная тьма.
Ее зрачки расширились, и в них отразилась фигура Гюга Артуа с пугающей ясностью.
Лица Имре, Валентина и Антуана помрачнели, они опустили глаза, услышав, как Гюг Артуа косвенно обвинил во всем две Церкви.
***
Альтернативное пространство Древа Тени лежало в руинах. Какие-то его части были покрыты черной, как смоль, слизью, в каких-то зияли дыры, словно их поглотила бесконечная пустота.
Внезапно из сузившейся двери звездного света показался проблеск света.
Он становился все ярче и ярче, словно превращаясь в солнце, освещая каждый уголок с пугающей ясностью, изгоняя все тени.
Из сияющего источника появилась женская фигура в белом одеянии, расшитом золотыми нитями. Она казалась созданной из чистого света, полупрозрачной и неземной. Изумрудно-зеленые глаза, развевающиеся светлые волосы — от нее веяло красотой и божественным величием.
Ангел-хранитель Трира, Святая Вив.
***
Под аплодисменты Гюг Артуа, закончив свою речь, с бокалом шампанского в руке направился к семьям погибших. Он держался энергично, дружелюбно и внушал доверие.
Дженна закрыла глаза и, словно в тумане, подошла к длинному столу, покрытому белой скатертью. Она взяла тарелку, положила на нее немного еды, схватила длинную серебряную вилку и принялась есть.
Она ела и как будто в бреду медленно приближалась к Гюгу Артуа.
Подойдя к нему поближе, метра на два, она приняла позу, которая говорила о ее намерении побеседовать с месье членом парламента.
Гюг Артуа, окруженный своей командой и охраняемый официальными Потусторонними, заметил Дженну. Он тепло улыбнулся, предвкушая ее подход.
Дженна прошла мимо секретаря Рона и встала в шаге от Гюга Артуа.
Но прежде чем они успели заговорить, земля снова содрогнулась, раздался грохот. Улица Анархии и улица Блуз Бланш словно стали намного светлее.
Кассандра, Гюг Артуа и остальные инстинктивно повернулись и посмотрели в окно, на их лицах отразилось беспокойство.
Увидев это, Дженна снова закрыла глаза. Затем она сделала шаг вперед и занесла серебряную вилку над Гюгом Артуа!
Все эмоции, подавленные в ее сердце, вырвались наружу.
«Будь ты проклят, мерзкий политикашка, навлекший на рыночный район беду и тьму!
Ты еретик, совесть которого сожрала собака!
Ты ублюдок, из-за тебя погибла моя мать, из-за тебя мой брат сошел с ума!
Сдохни же!
Пока ты жив, страданиям в рыночном районе не будет конца. Это место поглотит тьма, и рассвет никогда не наступит.
Да, ты окружен еретиками и тебя защищают официальные Потусторонние, любой, кто попытается с тобой расправиться, погибнет здесь, побоявшись риска.
Но что, если убийца не собирается уходить живым?»
Дженна вложила всю свою ненависть, ярость и боль в длинную серебряную вилку, которую сжимала в руке. Она обрушила на Гюга Артуа Могучий Удар Убийцы, целясь в правый глаз, когда тот повернулся.
В этот момент она заметила на его лице удивление, замешательство и страх. Она видела, как Гюг Артуа в панике посмотрел на Кассандру, моля о помощи.
Линию обзора Кассандры перегородил Очиститель Имре, который незаметно сместился по диагонали, поэтому она не видела нависшей над ее боссом опасности.
С чавкающим звуком длинная серебряная вилка в правой руке Дженны вонзилась Гюгу Артуа в глазницу и пробила мозг.
Лицо Гюга Артуа застыло. Страх, замешательство, ужас — все эти эмоции так и остались на нем запечатлены. Время не успело внести в них свои коррективы, лишь подчеркнуло глубочайшее отчаяние.
Дженна смотрела, как хлынула алая кровь, как лицо Гюга Артуа под светом люстр постепенно сереет. Вокруг вспыхнули красные искры — то ли от огнестрельного оружия, то ли от использования сверхъестественных способностей. Дженна закрыла глаза с безмятежной улыбкой, отдавшись на волю судьбы.
«Мама, я вижу свет».
Обновлено: 12.02.2026