Она погибла нелепо — от взрыва духовки за выпечкой печенья, а очнулась в теле женщины, которую сама же проклинала: злодейки-мачехи из прочитанного романа. Шанс всего один: не превратиться в чудовище, что избивает пасынка, — иначе повзрослевший мальчик станет Императором и казнит её собственными руками. Вместо пощёчин она выбирает суп и тёплые слова — но пересилит ли доброта сценарий, написанный для чужой жестокости?

Она погибла нелепо — от взрыва духовки за выпечкой печенья, а очнулась в теле женщины, которую сама же проклинала: злодейки-мачехи из прочитанного романа. Шанс всего один: не превратиться в чудовище, что избивает пасынка, — иначе повзрослевший мальчик станет Императором и казнит её собственными руками. Вместо пощёчин она выбирает суп и тёплые слова — но пересилит ли доброта сценарий, написанный для чужой жестокости?